Ты услышишь мой голос
Шрифт:
— А… кто именно?.. Это же из моего центра девочки? — несмотря на плохое самочувствие, Кристина старалась выглядеть участливо.
— Сейчас… — он нахмурился, вспоминая имена, — В протоколе было написано… Э-э-э… Светлана Нечаева и… Елена… Елена…
— Тищенко? — Кристина подсказала отцу фамилию Алёны.
— Да, точно. Тищенко.
— И всё? Больше никого не было?
— Нет…
— Значит, Морозову повезло, — она усмехнулась, — его Наташа не пострадала…
— Её не было. И это спасло тебя… — он серьёзно посмотрел на дочь.
— Как? — удивлённо спросила Кристина.
— Насколько я понял, он её искал, и лишь поэтому приехал в клуб. Если бы она была там, он просто забрал бы её домой и уехал… Но он её не нашёл, и поэтому всё ещё оставался там, когда я вернулся.
— А почему он её искал, не знаешь? — заинтересованно спросила девушка.
— Не знаю, — он пожал плечами, — хотя… Игорь сказал, что она была в это время у него…
— Что?! — Кристина недоверчиво усмехнулась, — Наташа была у Фишера?! Он, всё-таки, добился своего…
— Ничего не знаю, — Леонид отстранённо поднял правую ладонь, — завтра мы с Игорем договорились встретиться, думаю, он всё расскажет. А на сегодняшний день — я благодарен Диме…
— Я ведь ничего не помню, — едва улыбаясь уголком губ, Кристина задумчиво покачала головой, — значит, Дима — мой спаситель…
— Да, — Лапин уверенно кивнул головой, — спаситель, и по-другому не скажешь.
— Когда мне мама сказала об этом, я подумала, что так не бывает.
— Бывает.
— Знаешь… я сегодня весь день думала только об одном…
— О чём же? — он слегка улыбнулся.
— Папа, мне нужно тебе кое-что сказать, — недолго помолчав, как будто собираясь с мыслями, Кристина глубоко вздохнула.
— Говори, — он тоже вздохнул, но с облегчением.
— Папа… это не Морозов разгромил студию.
— А кто?
— Это я…
— Кристина, если ты берёшь на себя вину Морозова только потому, что он тебя спас, то…
— Это правда. Отдай ему все деньги, — в её голосе слышался некий протест, видимо, боровшиеся в ней чувства побеждали на равных… Но, сделав над собой усилие, она всё же решилась сказать правду.
— Хорошо, — глухо ответил Лапин, — я сделаю так, как ты хочешь.
— Отдай ему деньги… сегодня же. И… скажи, что я хочу с ним поговорить… Хотя… — она наморщила лоб, как будто что-то прикидывая, — нет, не говори. Я позвоню ему сама, как только мне станет чуть получше.
Уютное кафе, куда Дима приехал на встречу со своей бывшей одноклассницей и первой своей любовью Мариной, горело новогодними огнями: развешанные по стенам и потолку гирлянды стекались к высокой, украшенной игрушками ёлке. Присев за угловой столик и сделав заказ, Дима внимательно смотрел на свою спутницу. По всему было видно, что девушка очень тщательно готовилась к сегодняшней встрече — причёска, макияж, платье говорили о том, что Марина не один час провела у зеркала. Она уже не так серьёзно, как при первой встрече, смотрела на Диму, и он замечал в её глазах какой-то интерес — они буквально лучились, когда он встречался с ней взглядом.
— Ну, что у нас тут получается? — он кивнул на папку с документами, которую она выложила на стол.
— Ну, кое-что получается, — она обожгла его взглядом, — я там, в условиях контракта, сделала пометки… Несколько пунктов явно притянуты за уши и могут быть оспорены в суде, если ты захочешь подать в суд. Для верности я проконсультировалась с нашим старшим юристом, у него такое же мнение.
— Слушай, — он взял папку в руки, — я даже не знаю, как тебя благодарить…
— Вообще, если ты захочешь оспорить контракт, то звони сразу мне, — она легонько хлопнула ладонью по поверхности папки и засмеялась, — мы их сделаем!
— Серьёзно? — он радостно посмотрел на неё, — Марин, не ожидал… Правда, не ожидал…
— Ну, такая у нас работа, — она победно улыбнулась, — что называется — обращайтесь!
— Всем буду советовать, — он улыбнулся в ответ, — а насчёт «подать в суд» я обязательно подумаю. Конечно, сначала поговорю с Лапиным, и, если он не пойдёт навстречу, тогда… тогда — позвоню тебе. А пока — огромное спасибо!
— Звони… — кажется, она ожидала от него несколько других слов и была слегка разочарована, — Ты вообще что хочешь? Разорвать контракт или изменить условия?
— Вообще я хочу уйти оттуда… — он стал серьёзнее, — Там очень сложно стало, сама понимаешь… Мы с Кристиной давно порвали отношения, но столкновения происходят постоянно. Она сложный человек…
— Ну, это же классика, — Марина усмехнулась, — если она тебя ревнует до сих пор, то она тебе покоя не даст, насколько я её помню…
— Ну, как-то так, — было видно, что разговор не приносит Диме удовольствия.
— Тебе вообще, наверное, трудно… — она бросила на него мимолётный взгляд, потом опустила глаза, — Дома, наверное, жена пилит…
— Меня? — он удивлённо приподнял брови, — Нет, не пилит.
— И что — даже не ревнует? — чуть насмешливо спросила девушка.
— Ну… может, и ревнует… Но я об этом не догадываюсь, — Дима обаятельно улыбнулся, — она же сама теперь там, со мной.
— Понятно…
— Прости, — он достал сигналивший телефон, — Да! Здравствуйте, Леонид Борисович, — услышав голос Лапина, Дима слегка нахмурился, — слушаю вас… К вам?.. Когда? Ну, хорошо, скоро подъеду… — отключившись, он снова посмотрел на свою спутницу, — Лёгок на помине. Это Кристинин отец, просит срочно к нему приехать.
— Ну, что ж… — было видно, что Марина слегка расстроена таким поворотом дела, — Дела превыше всего.
— Ну, да. Заодно и насчёт контракта поговорю, — Дима кивнул на папку, потом взял с соседнего кресла приготовленный заранее букет цветов, — а это тебе… Я очень благодарен. И… неловко спрашивать, но я так не привык. Сколько я должен?
— Ну, ты меня огорчил… — она с усмешкой снова опустила глаза, — Разве я говорила о деньгах?
— Марин, прости, если что не так… Просто я по-другому не могу.
— Дима… тогда… сколько я должна тебе за букет?
— Марин… — он весело рассмеялся и, пожав её руку, вдруг резко посерьёзнел, как будто о чём-то вспомнив, — Да… Раз уж так можно, у меня к тебе есть ещё один вопрос…
— Спрашивай, — она снова слегка улыбнулась.
— Ты не могла бы узнать в своих профессиональных кругах об одном человеке? Есть информация, что он совершает очень тяжкие преступления… Просто узнать — известен ли он правоохранительным органам?
— Ну… Если получится, узнать можно, — Марина пожала плечами, — как его зовут?