Ты услышишь мой голос
Шрифт:
— Я вам сейчас дам, брюнетки! — Наташка в шутку погрозила разделочной доской. Хрустя огурцом, Витька наклонился к ней и заговорщицким тоном произнёс:
— Если ты нам дашь, Димон тебя не поймёт.
— Ну, дураки же… — Наташа покраснела и, стукнув кулачком по спине, оттолкнула хихикающего Мазура, — Неси салат.
— Ну, что, идём за стол, вроде всё… — Дима заглянул в кухню и, пропустив мимо себя Сашку с Витькой, шагнул ей навстречу, — Наташка моя… — обнял и, целуя её, прижал к себе крепко-крепко, — Я так соскучился…
Застолье затянулось далеко за полночь. После поздравлений и тостов за Димку разговор перешёл на новую, волнующую всех тему — предложение Лапина по раскрутке «Ночного патруля» за пределами области. Наташа слушала ребят, и предчувствие чего-то нехорошего змеёй заползало в душу. Девчонки, которых привели с собой Говоров и Мазур, вели себя довольно непринуждённо, не стесняясь, и Наташа невольно задумалась — а сколько таких «случайных» подружек было бы сегодня здесь, если бы она не смогла приехать? От всех этих мыслей ей становилось грустно.
— А где твоя Ира? — улучив момент, когда Сашкина сегодняшняя девчонка вышла из гостиной, Наташа подняла на Говорова глаза, — Вы что, поссорились?
— Почему поссорились? — тот удивлённо пожал плечами, — Она же в круглосуточной аптеке работает, сегодня её смена.
— Понятно, — Наташка грустно усмехнулась, — а третью куда дели?
— Кого?! — Говоров вытаращил глаза, — Кого дели?!
— Подружку. Дима же не знал, что я приеду, — они говорили вполголоса, так, что, увлечённый беседой с Журавлёвым, Димка не слышал их разговора.
— Ты чё, Натаха, — Сашка укоризненно посмотрел на девушку, — третьей и не было. Дима не по этим делам, можешь даже не заморачиваться. Он верный…
Улыбнувшись через силу, она обняла Димку и положила ему голову на плечо. Ей очень хотелось остаться с ним наедине, но он так «разгулялся», что и не собирался уходить спать. Вопреки обыкновению, изрядно перебрав спиртного и о чём-то поспорив с Женькой, он вскоре встал из-за стола и притащил из прихожей свой синтезатор. Включил его и, настроив, заиграл одну из своих баллад. Увлечённый игрой, он даже не обратил внимания, как Женька пригласил Наташу на танец.
— Почему ты такая грустная? — обаятельно улыбаясь, Журавлёв пристально посмотрел на девушку.
— Не знаю… — вздохнув, Наташа пожала плечами, — Устала, наверное.
— Скажи мне свой номер телефона?
— Зачем? — Наташа подняла на него удивлённый взгляд.
— Я тебе позвоню, а ты забьёшь мой номер.
— Зачем такие сложности? — Наташа засмеялась, — Не проще тебе свой номер сразу сказать?
— Мне-то проще, но ты не запомнишь. А записывать сейчас — у других вопросы возникнут.
— А ты запомнишь? — она недоверчиво улыбнулась.
— Я запомню. У меня память феноменальная.
— А что я Диме скажу — откуда у меня твой телефон?
— А ты ему всё говоришь? — прищурившись, Женька посмотрел ей в глаза.
— Да…
— У вас что, всё так серьёзно?
— Да. А что?
— Интересно просто… ладно, шучу я. Говори номер. Скажешь Диме, что для связи насчёт концертов.
— Ну, хорошо… — назвав номер мобильного, Наташа немного помолчала, — А, всё-таки, зачем мне твой телефон?
— Голос твой понравился. Если будет желание поработать со мной, позвони.
— Поработать? В ресторане?! — она удивлённо приподняла брови, — Ты шутишь?
— Не шучу. В общем, увидишь пропущенный звонок — это мой, забей себе. Предложение будет в силе.
— Спасибо, Жень, боюсь, Дима не разрешит, — заметив его усмешку, она поспешно добавила, — но… я всё равно забью.
— Не за что. В жизни всё бывает, — теперь он смотрел на неё серьёзно, — Спасибо тебе.
— За что?
— За танец…
Уже под утро, сказав Димке, что она идёт спать, Наташа ушла в его комнату и, не раздеваясь, прилегла на кровать. Вопреки обещанию скоро прийти, он всё ещё оставался за столом с друзьями, и, подождав немного, девушка встала и решительно повернула ручку — дверь закрылась изнутри на замок. Снова прилегла и закрыла глаза… Она впервые была в его комнате. Здесь он жил… спал…писал музыку… может, даже приводил сюда девчонок. Уж Кристина точно была тут. А что, если они спали вот на этой самой кровати? Наташка вдруг почувствовала какое-то щемящее одиночество. Дима забыл о ней. День рождения… Друзья, удачный концерт… Всё это можно было понять. Но она так по нему соскучилась… Так мечтала о встрече… А вот сейчас сидит одна в его комнате, а он и не думает к ней идти.
— Наташ, открой! — дёргая ручку с другой стороны, Дима прислонился к косяку, — На-таш-ка! От-крой!
— Чё, закрылась? — Сашка ухмыльнулся, — Правильно сделала. Натаха, не открывай ему!
— Ната-а-аш… Я к тебе хочу! — Дима тихонько постучал в дверь, — Я сильно-сильно к тебе хочу…
— А я бы открыла! — сидя с Сашкой в обнимку, игриво произнесла одна из девиц, — Дима, а, давай, я закроюсь, а ты постучишь?
— Наташка… ну открой… Я соскучился… — не обращая ни на кого внимания, Димка всё ещё стоял под дверью в свою комнату, — А, хочешь, я тебе песню спою?
— Во, точно! Сейчас… — Витька взял гитару, с которой пришёл Женька, сделал пробный аккорд, — Поехали!
— Не задавала вопросов… слёзы — дуло к виску… — присев на корточки и спиной опершись о дверь, довольно выпивший, Дима пел не совсем уверенно.
— Кто так поёт?! — Сашка возмущённо поднялся с места, — Под окном надо петь!
— В принципе, серенады именно под окнами и поют, — улыбаясь, подал голос Журавлёв, — Пойдём на улицу?
— А, пойдём! — Дима решительно поднялся, и вся компания, включая девчонок, высыпала из квартиры.
Всё так же лёжа на кровати, Наташа прислушалась к наступившей тишине. Потом тихонько встала и, открыв дверь, выглянула наружу: в квартире никого не было.
— На-таш-ка!.. На-таш-ка!.. — нестройный хор нетрезвых голосов нарушил ночную тишину улицы. Пробежав назад, в Димину комнату, девушка выглянула в окно с четвёртого этажа.
— Не задавала вопро-о-о-сов… Слёзы — дуло к виску-у-у-у… — под аккомпанемент Женькиной гитары даже не запел, заорал Димка, — Я заплетал твои ко-о-о-сы — волосок к волоску-у-у…