Чтение онлайн

— Спасибо вам, принцесса, — с чувством сказал Толик.

— Да что вы, не надо речитативов, — смутилась прекрасная Сельсель. — Главное, я наконец прошмаргала этого негодяя Обанана. Будет теперь на что раскорытиться. Ну я отправляюсь.

— Погодите, ваше высочество!

— Что?

— Извините за вопрос — но у вас случайно компаса нет?

— Компас есть, но он мне самой нужен. Могу подарить машинку мгновенного шмаргания. Только назовите ей конечную точку — и она вас шмаргнет куда надо.

— А язык-то она английский понимает?

— Понимает. Она также понимает русский, обананский и узбекский. Ну прощайте! Некогда мне.

Принцесса вложила в ладонь Толика какую-то металлическую завитушку с кнопочкой и, взвихрив остатки здешней мебели, взлетела к кораблю-матке. И прошло не более минуты, как этот корабль с жутким грохотом и ревом растворился в небесах. На нас смотрело синее небо. И никого кругом.

— Ника! — радостно завопил Толик. — Мы свободны!

Мы резвились как дети. Убежав от проклятого дома, мы отправились в лес и долго любовались его первозданной красотой. Еще я была просто очарована сципианскими бирюлиантами. Они так сияли! Хотелось оставить их себе на память, но гному Тарталье требовалась свобода, так что…

Но главное — свободны были мы, а значит, жизнь продолжалась!

— Ну что, Ника, — спросил меня Толик, когда мы наконец отрезвились, — испробуем машинку мгновенного шмаргания?

— Ой, Толик, как-то страшновато. А вдруг она нас шмаргнет неизвестно куда? Вообще за пределы Солнечной системы? А кстати, куда нам нужно?

— Ты опять все забыла, — укоризненно покачал головой Толик. — Мы должны отправиться в поместье Молчаливый Лес, для того чтобы встретиться с Розалией Карловной Блюменталь.

— А для чего нам Розалия Карловна Блюменталь?

— Ну, Ника, ты даешь! Она же наслала на Дарью Белинскую проклятие, и Дарья теперь страдает от раздвоения личности. Мы должны уговорить Розалию Карловну снять это ужасное проклятие.

— Да, теперь я припоминаю что-то в этом роде. Извини, Толик. У меня действительно память частично отшибло. Да еще шок, наверное.

— Тогда давай перемещаться. Итак. Машинка, а машинка?

— Что угодно господам?

— Шмаргни нас, пожалуйста, в поместье Молчаливый Лес.

— Рассчитываю координатную сетку. Подождите, пожалуйста.

— Ждем.

— Готово. Молчаливый Лес так Молчаливый Лес. Давите, господа, на кнопочку.

Толик надавил.

На нас рухнула темнота, что-то застрекотало, как швейная машинка, а потом мы увидели, что стоим перед коваными узорчатыми воротами. На воротах висела табличка:

Молчаливый Лес

Частная собственность

Злые собаки

— Не очень-то приветливо, — сказала я. — Но, главное, мы переместились. Спасибо тебе, машинка.

— Не за что, госпожа. Только зря меня не гоняйте. Энергии во мне — на комариный чих.

— Хорошо. — Толик убрал машинку в карман и нажал на вделанную в панель интеркома кнопку звонка.

Звон раздался по всему поместью. Через некоторое время из динамика интеркома раздался недовольный женский голос:

— Кто здесь?

— Мы к Розалии Карловне, — начала объяснять я. — Я Вероника Рязанова, ведьма и гадалка, а это рядом со мной инкуб майор Колосков. Мы пришли с миром!

Не знаю, почему я в конце ляпнула эту кондовую фразу. Видимо, зрелище инопланетного корабля-матки так на меня подействовало.

— А зачем вам Розалия Карловна? — продолжал допрашивать интерком.

— По очень важному и срочному делу! — воскликнула я. — Поверьте нам, пожалуйста.

— Ладно, входите. Чаппи, проводи.

Ворота медленно распахнулись. Мы шагнули вперед, и тут увидели, как из здоровенной будки вышел здоровенный же пес и без улыбки посмотрел на нас.

— Чаппи?

Пес молчаливо махнул хвостом и пошел к особняку, приглашая нас следовать за ним.

Ну мы и последовали.

Особняк выглядел мрачным и неухоженным, а когда мы вошли внутрь, оказалось, что мрачность и не ухоженность возведена здесь в абсолют.

В холле нас встретила дама, похожая на горничную.

— Идемте, — поманила она нас рукой.

Мы прошли через анфиладу комнат и оказались в большой неуютной гостиной. На стенах здесь висели картины маслом, изображающие пейзажи.

Пейзажи были сплошь осенние и зимние.

— Хозяйка сейчас придет, — сказала горничная и удалилась, а меня проняла дрожь при слове "хозяйка".

Мы стояли и рассматривали картины.

— Нравится? — внезапно раздался у нас за спинами неприветливый женский голос.

Мы обернулись и увидели Амалию Карловну Блюменталь. Нет, конечно, это была не Амалия, а Розалия Карловна, просто сестры были очень похожи. Только у Розалии было больше морщин на лице и пигментных пятен на руках.

— Благословенны будьте, Розалия Карловна, — вежливо поклонилась я, а за мной расшаркался и Толик. — Мы очень признательны вам за то, что вы приняли нас.

— Вы не ответили на вопрос о картинах, — едко заметила ведьма. Ее хвост недовольно дрогнул.

— Картины прекрасны, — сказала я. — В них есть чувство, поэзия, ностальгия по несбывшемуся. Сами писали?

— Сама. — Хозяйка, похоже, подуспокоилась, поняв, что мы расхваливаем ее картины. — Сейчас подадут чай. Присаживайтесь.

Мы расположились на диванах. Горничная принесла поднос с чаем и печеньем, поставила все на низенький столик из матового стекла на бронзовых лапах. Мы взяли по чашке.

— Итак, — заговорила первой Розалия Карловна. — Что привело ко мне, в мои скромные пенаты, ведьму и инкуба?