Чтение онлайн

Лучше бы подбили карий

Утром меня разбудил телефонный звонок.

— Слушаю, — буркнула сонно и услышала смешок.

— Серафима Викторовна, благотворитель ты наш, не соблаговолишь ли подъехать для беседы? В свете последних событий я бы назвал ее дружеской.

— Не в участке? — спросила с надеждой, а он вздохнул:

— До такой стадии наших отношений мы ещё не дошли. Давай кати сюда, мне надо хотя бы делать вид, что ты на подозрении. Начальник в бешенстве. И адвоката прихвати, чтоб все натурально выглядело.

— Может, завтра? — закинула удочку, а он рыкнул:

— Не зли меня, — и повесил трубку.

— Олег Дмитриевич, надо навестить господина Беседина, — дозвонилась до адвоката с третьей попытки. — Очень просил, так трогательно, ещё мгновенье и я бы расплакалась.

— Понял, — ответил Беседин серьезно. Слишком серьезно.

— У меня проблемы? — спросила осторожно.

— Что? — переспросил растерянно. — А, нет, все в порядке. Встретимся там. Через час или два?

— Лучше два, — прикинула я свои силы и сразу же начала собираться.

Заехала в офис, удостоверилась, что все заняты делом, перекусила на ходу, совершив роковую ошибку, и в участок заходила с приятным зеленоватым цветом лица, с трудом сдерживая подступающую тошноту. Беседин при виде меня глубоко вздохнул и опустил голову, а я виновато улыбнулась и села на стул, пододвинув ногой мусорную корзину поближе.

— Перейдём к делу, — сказал Брянцев строго. — Как видите, Серафима Викторовна неважно себя чувствует.

— Приемы устраивать она хорошо себя ощущает, — шикнул следователь язвительно, — а как в участок — сразу дурнота подкатывает.

— И Вы вновь обвиняете мою клиентку в беременности, — вздохнул Брянцев. — Продолжайте в том же духе, прошу Вас. Это существенно упростит мою работу.

— Серафима Викторовна, как спалось? — спросил внезапно, а я напряглась. — Ничто Вас ночью не будило? А Вас, Олег Дмитриевич? Внезапный звонок, например.

— Что происходит? — зашипела, переводя взгляд с одного на другого. Брянцев раздувал ноздри, едва сдерживаясь, а Беседин раздражающе щелкал ручкой. Ну я решила слегка разрядить обстановку и склонилась над ведром, оставив в нем свой завтрак. — Простите, — прохрипела, ставя его обратно на пол, а следователь протянул мне коробку салфеток со стола, стараясь не морщиться.

— Неподалёку от Вашего дома, Серафима Викторовна, завязалась драка. Ваши соседи вызвали полицию и та обнаружила без сознания одного мужчину, вызвав скорую. Этот мужчина — Марк Олегович Брянцев. Санитары сделали с его номера экстренный вызов и абонентом оказался его отец, Ваш, Серафима Викторовна, адвокат. Ровно так и выяснилось, а кто он, собственно, такой. Очнувшись, он заявил, что нападавшего не видел, хотя подбитый глаз и скула говорят об обратном. Вот я и спрашиваю — как спали?

— Как убитая, — ответила хмуро и поднялась. — Я могу идти?

— Разумеется, — улыбнулся всеми зубами Беседин, а я поняла, где видела одного парня из альбома: в нем. Нет, это был не он, но сходство было на лицо. Правда, фамилии Беседин на обратной стороне фотографии не было… либо просто совпадение, либо у них одна мать, но разные отцы.

— Марк в больнице? — спросила хмуро, когда мы вышли из участка, а Брянцев поморщился:

— Дома. Ничего серьёзного.

— Я бы… навестила его, — замялась, а Брянцев вздохнул:

— Серафима Викторовна, на пользу делу это не пойдёт. Я в ваши личные дела не лезу, но, как Ваш адвокат…

— Вы дадите мне его адрес и я попробую узнать, какого черта произошло. И, кстати, между нами ничего нет, мы обсуждали дело.

— Это пока, — вздохнул удрученно. — Вышлю в сообщении. Но помните, что если дойдёт до суда, выглядеть все будет не лучшим образом. Извините, но и двух месяцев не прошло со смерти Вашего мужа. Вы носите ребёнка, ДНК которого не с кем сравнить, и следствием установлено, что изменяли мужу при жизни.

— Я Вас поняла, — ответила сухо и пошла в машину.

Адрес он выслал через пару минут, я вбила его в навигатор и через двадцать минут тормозила у новенькой девятиэтажки в том же районе, где живет Влад.

«Слишком маленький город» — скривилась, заходя в просторный подъезд, и была остановлена консьержем. Сообщила фамилию и номер квартиры и только после этого смогла пройти дальше.

На этаже было всего две квартиры и, едва Марк открыл дверь, я поняла почему. Один только коридор был на столько огромным, что хотелось назвать его холлом.

— А апельсины где? — хмыкнул, сунув руки в карманы, а я расстроилась в ответ:

— Черт, лучше бы карий подбрили. Голубой мне нравился больше, — он пропустил меня в квартиру, ухмыльнувшись, а я привалилась плечом к стене и вздохнула: — Ну, рассказывай.

— Очнулся — гипс, — пожал он плечами. — Твой район только выглядит прилично, по факту — ночью лучше не ходить.

— А ты шёл с закрытыми глазами и поэтому не увидел нападавшего?

— Увидел, конечно, — пожал плечами в ответ, — но мне это ровным счетом ничего не дало. Нет смысла тратить время на протоколы и прочую бумажную волокиту. Зайдёшь?

— Нет, — мотнула головой, отлеплять от стены, — ты вроде в порядке.

— А ты пришла пожалеть? — ухмыльнулся, а я резко развернулась и вышла, закрыв за собой дверь.

Выскочила на улицу и только тогда сообразила: он темнит. И район у меня спокойный и того, от кого он получил по морде, он явно узнал. К чему скрывать? Не имеет отношения ко мне и просто один ночью на пустынной улице он был хорошей мишенью? Что-то личное… в конце концов, он дознаватель и просто заноза в заднице, у меня самой руки чесались не раз. Да и обратного он не утверждал, отделался ничего не значащей фразой. Несколько смущает тот факт, что произошло все недалеко от моего дома, но это легко объяснить удобством совершения злодеяния — частый сектор и минимум свидетелей при удобном расположении (не нужно тащиться в область). Ладно, пусть сам разбирается со своими проблемами. Хотя, получил он не слабо: фактически, ударом в челюсть его отправили в нокаут. У кого-то сильная рука и хорошо поставленный удар.

Я вернулась в офис, встретившись взглядом с Кравченко, вышедшим из своего кабинета, замедлила шаг и остановилась, развернувшись.

— Евгений Павлович, минутка найдётся?

— Разумеется, — кивнул с важным видом.

Мы прошли к нему в кабинет, который он имел не смотря на то, что был отдельный офис. Он сел за свой стол, явно чувствуя себя в своей стихии, я ухмыльнулась мысленно и спросила:

— Когда Вы занимались моей защитой, были ли проведены какие-либо сыскные мероприятия?