Ты всё равно станешь моей
Шрифт:
— Да какой идеальный, Люсь, ты что! Хамло мажорное! Идеальный он в своем высокомерии разве только. Ладно, забудь о нём. Уехал — и то радость, пусть хоть и с моим студаком... И вообще — подумаешь, поцапались. Отдал бы и катился!.. И чего он привязался ко мне?..
— Да-а, — тянет Люська и бросает на меня странный взгляд. — Мне тоже показалось, что он как-то слишком уж прицепился к тебе... Даже вон как подхватил, когда ты к нему поскакала. Для такого парня как он так цепляться к самым посредственным девушкам — это нонсенс.
"Это она сейчас проехалась по мне или что?.. " — устало удивляюсь я, и тут же в пристальном взгляде Люськи замечаю отчетливый огонёк зависти.
"Она просто устала, — отмахиваюсь. — К тому же её незаслуженно унизил этот придурок — любому бы обидно стало".
Решаю всё спустить на тормозах и не отвечаю. Молча плетемся к метро. Люська в самый последний момент решает поехать на такси и сразу же ловит попутку на ближайшей остановке. Я же спускаюсь в подземку. Уставшая, разбитая, расстроенная... Захожу в теплый вагон и чувствую, что едва-едва не засыпаю. Обесиленно закрываю глаза, и у меня в мыслях тут же возникает красивое лицо с пристальным взглядом зеленых глаз.
Разочарованно фыркаю и выбрасываю воспоминание о Ермолове из головы — хватит уже, проехали. Завтра будет новый день.
И новые сюрпризы...
Утром приезжаю в университет, едва не опоздав. Пробегаю по заснежанному тротуару от КПП до входных дверей и бегу в гардероб. Там встречаю Люську, и мы уже вместе идем к турникетам.
— Пропустите, пожалуйста, — прошу я. — У меня нет с собой студенческого...
— Не могу, — бурчит хмурый охранник. — Не положено.
— Ну что вы, пропустите девушку, у неё студенческий билет украли! — вступается за меня Люся, и мне становится приятно, что подруга снова на моей стороне.
— Украли, пусть идёт оформлять пропуск. — Охранник указывает на белую дверь в углу холла. — А потом в деканате заказывает новый студенческий.
— Нет, ну как же так?! Это долго, а у нас семинар сейчас! — возмущается Люська, гневно отбрасывая за спину свои локоны. — Самостоятельная работа наисложнейшая! Мы...вместе её делать будем!
— Ничего не знаю! Следить за своими вещами надо лучше!
— Ну что теперь делать, если она недотепа такая?! И вы на встречу пойти не можете! А страдать на семинаре буду я... Ну то есть...
У меня вытягивается лицо. Смотрю на подругу и не узнаю её — такое ощущение, что со вчерашнего вечера в ней стали открываться те вещи, о которых я либо не догадывалась, либо не замечала...
— Иди. Сама разберусь, — холодно бросаю я.
— Мир, подожди, ну я не это имела ввиду! — кричит мне вслед Люся, но её уже теснят другие студенты, и охранник торопит проходить побыстрее.
Понуро направляюсь к двери бюро — теперь, чтобы попасть на занятия придётся оформить пропуск... Стискиваю зубы и сжимаю руки в кулаки. Хочется волком выть от всего происходящего! На семинар опоздаю, и работу придется писать в другой раз... Потом ещё придётся бегать и пороги обивать, чтобы студенческий восстановить! Ещё хлеще то, что Люська что-то ведет себя совсем не как подруга. И всё это из-за вчерашнего столкновения с тем мажорным козлом!..
Кстати, о мажорах. Замечаю у себя на пути стайку "упакованных" парней с новороченными мобильниками. Все четверо смеются, что-то обсуждая, орут на весь корпус, ржут и хоть бы им хны.
На них даже смотреть лишний раз бояться. Я не исключение. Собираюсь их обойти стороной, но...
— Эй, Одинцова.
Замираю на месте, глядя в пространство стеклянным взглядом. Мне сейчас показалось? Или...нет?
Оборачиваюсь. Слегка взъерошенные пепельно-русые волосы, циничный блеск зеленых глаз на красивом лице... В стильном свитере и брюках, с теми самыми часами на запястье и моим студенческим в изящных пальцах...
Чувствую, как кровь отливает от лица. Руки немеют, и внутри дребезжит опаляющий нутро трепет. Он мешается с яростью, досадой... С восхищением.
Внезапно вижу, как один из мажоров что-то с улыбкой бросает Роме. И понимаю, что вся эта что стайка, что стоит за спиной Ермолова, явно имеет к нему отношение.
"Его друзья?..
– мелькает мутная мысль у меня в голове. — Но они же вроде все отсюда..."
— Как ты...сюда попал? — только и нахожу силы спросить.
— Вообще-то я здесь учусь, — нагло усмехается Ермолов, подтверждая мое самое страшное опасение. — Какое забавное совпадение, правда?
6
Мира
— Вообще-то я здесь учусь, — нагло усмехается Ермолов, подтверждая мое самое страшное опасение. — Какое забавное совпадение, правда?
Меня словно вырубает электрошокером.
Он что, серьёзно сейчас?!
"Только этого не хватало!" — в ужасе кричит мой мозг и понуждает уносить скорее ноги, но я все равно стою, как примороженная к полу и во все глаза смотрю на Ермолова.
Опускаю взгляд на студенческий в его руке.
— Как видишь, твой студак все ещё у меня, Одинцова, — нагло улыбается мажор, и я поджимаю губы. — Как думаешь, сможем договориться?
Ермолов подмигивает мне, а его дружки на заднем плане начинают гоготать. Вот козёл!
Думает, что я дам ему возможность надо мной и дальше издеваться?! Разбежался!
Молча разворачиваюсь и продолжаю идти в сторону бюро.
— Ну и куда ты? — летит мне в спину. — Тебе не нужен твой студенческий?
— Ты мне всё равно его не отдашь, — фыркаю я.
Далеко уйти не получается. В колонну перед моим носом мощным рывком врезается рука Ермолова. Оторопело смотрю на него.
— Дай пройти!
— Нет, — скалится Рома и чуть прищуривается, пристально глядя на меня.
В горле пересыхает, и сердце в груди сжимается в тугой комочек. Он снова...слишком близко. Отвожу взгляд почти сразу, но лицо уже горит огнём. Господи, ну почему такая несправедливость?! Как такие гады, Ермолов могут быть настолько красивыми?! Ведь буквально каждая его черточка наполнена такой харизмой, что я едва ли могу этому сопротивляться. И почему у меня все время возникает какое-то дурацкое восхищение к этому козлу?! Он же меня травит почем зря!
— Пусти! — снова требую, и снова:
— Я сказал тебе: нет.
— Да чего тебе надо?! — рыкаю я, злясь на Ермолова, а ещё больше — на себя. — Тебе что, заняться нечем?!
— Есть чем, но мне хочется немного поиграться с токсичной нищебродкой.
— Это я-то токсичная?! — нервный смеюсь, упираясь в Ермолова ошеломленным взглядом. — А ты тогда какой?! С твоими садисткими наклонностями только меня в токсичности обвинять!
— Ты слишком много болтаешь, — делая ко мне шаг, бархатно-низким голосом говорит Рома.