Чтение онлайн

Я никогда не произносила подобных слов в присутствии Руслана, однако, договорив, ощутила невиданную уверенность и спокойствие. Вероятно, именно моя самоуверенность бросилась в глаза собеседнику, и выражение его лица из совестливого стало хмурым, а глаза наполнились гневом и злобой.

— Да ну? Он не вредит тем, кто тебе дорог? А что насчет тебя? Вашего сына? Он прекрасно знал, что для тебя ребенок важнее всего, и что при любой возможности ты рискнешь собой, чтобы спасти его! То, что тебя успешно взяли в заложники, то, что ты спокойно и без происшествий появилась передо мной, все это уже давно происходит в рамках его плана! Ему плевать, жива ты или нет, он просто хочет добиться своей цели – отомстить!

— Заткнись! – не дала ему продолжить я, а от поднявшегося в душе гнева мое тело задрожало.

— Правда жестока, верно? – очень хищно улыбнулся Тимур. — Внешне кажется, что Руслан сильно любит тебя, однако то, что он раз за разом подвергает тебя опасности, означает, что его любовь – просто болтовня, внутри он ничем не отличается от меня! Мы с ним – люди эгоистичные и циничные, и никто не благороднее другого!

Я инстинктивно нахмурилась и, сжав зубы, возразила:

— Руслан не такой! Не такой!

— Не имеет значения, в плане самообмана девушки всегда были впереди мужчин.

Договорив, Тимур окинул меня холодным взгляд, после чего встал и покинул столовую. Я упала на стул и длинно выдохнула, ощущая, что в произошедшем споре использовала все свои силы.

Когда шаги мужчины стихли, я запоздало вытащила из-за пазухи телефон, собираясь позвонить и предупредить Руслана, однако обнаружила, что тот превратился в муляж. Похоже, они давно все предвидели и, пока я спала, тихо подменили устройство, отрезав мне пути к отступлению. А сплю я некрепко, и то, что они смогли это сделать, свидетельствовало о том, что в этом старинном замке был кто-то очень смелый, но кем был этот человек, я пока не узнала. Ведь если так подумать, то даже пропажа Элизабет, вероятно, была частью плана Тимура

Внезапно меня накрыла чья-то длинная тень, оплетая мои ноги. Обернувшись, я тут же увидела направлявшуюся ко мне девушку. На ней были берцы и джинсы, свитер с высоким воротником из теплого и мягкого материала, волосы естественно рассыпались по плечам, что придавало ей очень нежный вид. Я не помнила, чтобы в этом здании была еще и такая личность.

— Судя по всему, у вас состоялся не самый приятный разговор.

Едва она заговорила, как я тут же узнала ее. Это была та женщина, которая вчера в машине поддерживала телохранителя, а сегодня, из-за того, что она сменила стиль, я ее не распознала. Она беззвучно прошла весь путь от лестницы к столовой – похоже, именно она вчера подменила телефон.

— Не смотри на меня так, когда я не на задании, мне нравится одеваться проще и свободнее. Зови меня Мия. – Девушка очень естественно сообщила прислуге, что желает овсянку с молоком, после чего, не обращая ни на что внимания, села наискосок от меня.

— Честно говоря, Эмилия, господин всегда говорил, что ты особенная, однако, проведя с тобой некоторое время, я так и не увидела в тебе чего-то, что отличало бы тебя от других. Надеюсь, что в этот раз господин не ошибся. – Слова Мии были наполнены презрением.

С тех пор, как мы сели в машину, девушка говорила только об этом «господине», и мне стало интересно, что это, в конце концов, за человек, который держал при себе таких людей, как Мия и тот телохранитель, но при этом с готовностью шел на сплоченное сотрудничество с Тимуром.

— Что вы, Мия, подразумеваете под словом «особенная»? – спросила я, после чего, приняв строгий вид, продолжила. — Неужели то, что меня включили в какие-то планы, обманули, я всего один раз увидела ребенка, была вынуждена разлучиться с семьей, и даже такому отношению я благодарна и противостою всему этому с улыбкой, это ты имела в виду?

— Пф… – холодно фыркнула Мия. — На язык ты остра, посмотрим, доколе ты будешь упрямиться.

Договорив, она также вышла из комнаты. Вероятно, из-за серьезных травм, некогда пленный телохранитель не спустился на завтрак, и всю первую половину дня я провела в одиночестве на первом этаже. В два часа дня на входе на лестницу одновременно появились Тимур и Мия. Увидев, что на девушке черная кожаная куртка и кожаные брюки, я тут же встала. А та, вновь приняв безразличный вид, прошла мимо меня и, не поднимая взгляда, направилась прямо к выходу. А Тимур, остановившись и окинув меня лишь одним взглядом, больше не обернулся и ушел.

Мия говорила, что одевается так только на задания, значит, они ушли явно с какой-то целью. А не была ли эта цель связана с Русланом?

.

Тимур с напарницей отсутствовали три дня, и все это время от них не было никаких новостей. Все эти дни я вела себя чрезвычайно осторожно, спала неспокойно, погружаясь в сон только смотря видео со своим малышом.

Той ночью, едва заснув, я смутно услышала, как на первом этаже скрипнула дверь, и, практически тут же проснувшись, накинула на плечи куртку и направилась вниз. Когда я спустилась в гостиную, Мия уже поднялась по другой лестнице, а телохранитель бесследно исчез, отчего в огромной комнате остался только одетый в черную мантию-накидку Тимур, от которого веяло усталостью. Как и при нашей первой встрече, его горящий взгляд был направлен на прибитого к распятию Иисуса.

Услышав звук моих шагов, мужчина спросил:

— Так поздно, а ты еще не спишь? Ждала меня?

А его тихом голосе слышалось удовольствие. Не желая подпитывать его чрезмерный нарциссизм, я сменила тему разговора, сказав:

— Судя по всему, в этот раз вам не повезло.

— Надеешься, что это так, Мила? – спросил тот и как ни в чем не бывало подошел ко мне. — Бог не всегда будет на стороне Руслана.

Он остановился напротив меня и, слегка наклонившись вперед, окинул взглядом мое тело, а его скромное и мягкое с виду лицо в этот момент ни с того ни с сего помрачнело.

— Однако он не обязательно встанет на твою сторону, так? – Я невозмутимо сглотнула, не показывая никакого волнения.

Тимур надеялся увидеть тревогу и панику, и, если бы я действительно выдала себя, то попала бы впросак. А тот, заинтересовано подняв брови, тут же выпрямился и, словно услышав невероятно смешную шутку, поднял уголки губ в глумливой улыбке и посмотрел на меня, заявив:

— Не обязательно.

Всего два слова, но каких уверенных.

Когда я уже собиралась заговорить, Тимур резко развернулся, как будто нисколько не интересовался моей реакцией, и произнес:

— Ранее ты сказала, что всего один раз видела ребенка, наверное, ты очень скучаешь по нему, ведь так, Мила?

Тема изменилась настолько очевидно, что у меня не было никаких причин неблагодарно сбивать его с нее.

— Да, я не могу перестать думать о том, когда же я все-таки смогу увидеть своего сына.

Стоявший ко мне спиной мужчина повернул голову и равнодушно ответил:

— Скоро.

— Пф. – Теперь его слова действительно не звучали достоверно. — А что, по-твоему, значит «скоро»? День? Месяц? Или год? Ты знаешь, что такое день, который тянется как год? Ты неизменно повторяешь, что любишь меня и хочешь, чтобы я выбрала тебя, однако разлучаешь меня с семьей и заставляешь испытывать невзгоды в бесконечной тьме, это и есть то, что ты называешь любовью?