Чтение онлайн

— Если ты хочешь умереть, я провожу тебя.

Он говорил это, используя все больше силы.

Со всех сторон раздавалась критика и вздохи, я отреагировала с запозданием. Юлия ужасно разозлила Руслана. Он был движим убийственными намерениями.

Видя, как люди вокруг меня достают свои мобильные телефоны, чтобы сфотографировать их, я почти подсознательно подбежала к Руслану, разжала ему руку и сказала:

— Руслан, не будь импульсивным, пойдем домой.

Как только новость распространится, я боюсь, что мужа будут сильно осуждать.

Независимо от того, насколько хорош мужчина, как только он прибегнет к избиению женщины и проявит склонность к насилию, интернет-сообщество вообще не будет выяснять, кто виноват, и этот мужчина будет всеми осуждаем, будто он совершил страшные преступления, караемые смертной казнью.

В это мгновение, Руслан все-таки был Русланом. Он много лет руководил корпорацией «Demigroup». Он прошел через многие интриги и испытания, одной Хохловой Юлии Мироновны было недостаточно, чтобы заставить его потерять самообладание.

Он убрал руку, приподнял тонкие губы, достал несколько банкнот из бумажника в кармане, сложил их пополам и засунул в пухлую грудь Юлии.

С легкой улыбкой джентльмен был чрезвычайно вежлив:

— Это чаевые за выступление. У меня особая страсть к чистоте. Я брезгую пользоваться таким общественным транспортом, как ты. Этих денег тебе хватит, чтобы вернуться домой на такси.

Удар острым ножом – это в лучшем случае боль плоти и крови, но этот сарказм и насмешка более болезненны, чем нож.

Лицо Юлии в одно мгновение побледнело и обескровилось.

Несколько слов Руслана были сказаны для того, чтобы смешать ее с уличными падшими девками. Ее душу и самоуважение растоптали.

Девушка посмотрела на Руслана, капли воды повисли на ее загнутых ресницах и медленно упали.

Руслан встал, изящно и почтительно положил бумажник в карман, протянул руку, чтобы потянуть меня, и направился к двери.

Сзади раздался душераздирающий крик, и, следуя за мужем, я повернула голову и увидела группу людей, окруживших Юлию.

В таких местах, как ночные клубы, какими бы дорогими и чистыми они ни были, будут люди, которых нельзя назвать приличными, всякие люди собрались вместе.

Красота и фигура девушки – лучшие из лучших, не говоря уже о том, что она только что была топлесс, я боюсь, что она стала их мишенью.

Подойдя к двери, я остановилась, и Руслан тоже остановился и оглянулся на меня.

Его брови уже не такие злые, как только что, но он снова поднял их:

— В чем дело?

Немного подумав, я все же сказала:

— Руслан, ей нужен кто-то, кто отведет ее домой!

Муж нахмурился, его взгляд упал на меня, лицо слегка поникло:

— Эмилия, она недостойна твоего сочувствия.

Я могу понять, почему мужчина так злится, потому что слова Юлии, будь то сарказм или насмешка, перешли все границы. Я – граница терпимости Руслана. Его гнев появился из-за злобы девушки по отношению ко мне.

Увидев, что он уходит, я удержала его и сказала:

— Я не сочувствую ей, но она сотрудница корпорации «Demigroup». Ее только что похвалили на ежегодном собрании. Если с ней что-то случится, она представляет не только себя, но и корпорацию. Просто найди кого-нибудь, кто отвезет ее обратно, обеспечь безопасность, и все остальное будет в порядке.

Сочувствие?

Есть немного.

Мы с Юлией встречались всего несколько раз, я плохо знала ее. Если бы я никогда не слышала о ней из уст Бондаревой Алии, мне, вероятно, было бы все равно на сегодняшний скандал.

Но я услышала слова Алии, и был тронута состраданием. Руслан вызывает восхищение у людей, это не противоречит здравому смыслу.

У жизни долгий путь. Что касается молодых хорошеньких девушек вокруг него, я думаю, что муж лучше меня знает, как с ними обращаться.

После долгого молчания Руслан вздохнул, пошел на компромисс, поднял руку, чтобы привлечь внимание официантов, сказал им несколько слов, посмотрел на меня и сказал:

— Все в порядке?

Я кивнула, взяла его за руку и сказала с легкой улыбкой:

— Хорошо, пойдем домой.

***

В машине.

Мужчина не торопился заводить машину, неподвижно посмотрел на меня парой черных глаз и сказал:

— Эмилия, ты, кажется, не так враждебна к ней?

Я была застигнута врасплох и невольно спросила:

— О ком ты?

— О Хохловой Юлии!

Я сделала паузу, немного подумала:

— На самом деле, дело не в том, что нет враждебности, но я знаю, что я у тебя в сердце, потому что достаточно уверена, что ты любишь меня, поэтому я знаю, что даже если рядом с тобой много людей, которые мечтают о тебе, я не боюсь, потому что ты вернешься ко мне.

Муж посмотрел на меня глубокими глазами:

— Ты так сильно мне доверяешь?

Я кивнула, уверенно посмотрела на него и сказала:

— Дорогой, мы прожили треть нашей жизни. Многое можно понять. Поэтому обыденные дела и мелкие проблемы – это и есть жизнь.

Он долго молчал, больше не заговаривал, завел машину и всю дорогу молчал.

Я понимала, что в том, что я сказала, не было ничего плохого, но мне казалось, что он слишком молчалив.

.

Исходя из моей памяти кажется, что в столице всегда была зима. Возможно, это потому, что я давно не была в Москве. Всего две глубокие зимы. Когда я впервые приехала в столицу, я потеряла ребенка и чуть не сошла с ума.

Во второй раз, когда я приехала в столицу, это было четыре года спустя, я снова ступила на эту землю. Никто не изменился, но я, кажется, нахожусь в другом состоянии духа.

***

Когда я вернулась на виллу, было уже очень поздно.Телефон был выключен и заряжался, поэтому я приняла ванну и легла спать.

У хозяина дома было много дел. Что касается дел компании «Arhitech», то он, похоже, не собирался проявлять милосердие. Муж все еще продвигался шаг за шагом. Многие объекты недвижимости компании «Arhitech» рухнули, и Тимур, вероятно, был подавлен.

На следующий день, когда я проснулась, мужа уже не было дома. Подсчитав время, я поняла, что сейчас он выходил раньше, чем в конце года.

Руслан много чего наговорил. Изначально он думал, что после ежегодного собрания все будет забыто, так что через несколько дней он сможет хорошо отдохнуть.