Чтение онлайн

На вечер у меня как раз не было никаких планов, поэтому я поднялась в спальню, а затем ушла купаться.

Выйдя из ванной, я увидела входящий от Руслана и ответила.

— Ужинала?

Я взглянула на время, было почти шесть часов. Я помотала головой и сказала:

— Нет, я скоро уеду.

И тут я словно ощутила, как на том конце провода он недовольно насупился.

— Под вечер? Куда же?

— Арина сказала, что Ефимовы устраивают городской благотворительный аукцион, на котором будет выставлена шкатулка из сандалового дерева, которая очень похожа на ту, что завещала мне бабушка. Я хочу посмотреть на нее.

В комнату зашла Таисия Ивановна и, увидев, что я говорю по телефону, жестами дала мне понять, что готов ужин. Я кивнула и показала ей, что скоро спущусь.

Тут в трубке раздалось:

— Скоро приедет Захар, он поедет с тобой!

Понимая, что он переживает за меня, оттого и раздувает из мухи слова, я ответила:

— Да все будет в порядке, я ведь буду с Ариной.

Однако он настаивал на своем:

— Поезжай с Захаром!

Понимая, что спорить бесполезно, я лишь утвердительно сказала:

— Ладно!

Видя, что время поджимает, я добавила:

— Все, мне пора. Вернусь домой, – позвоню.

Он промолвил:

— Только поужинай сначала. И оденься потеплее.

Я кивнула.

— Да, я знаю, что только начало весны. Но мы не в Москве, а в Питере, и тут, вообще-то, намного теплее!

Я видела, что многие дамочки уже ходят по улицам в юбках.

Он будто пропустил ми слова мимо ушей и вновь добавил:

— Оденься, пожалуйста, потеплее. И не забудь позвонить, как вернешься.

Понимая, что последовавшие слова – лишь его брюзжание, я несколько раз спешно произнесла «окей», и сбросила.

Для людей, которые так долго живут вместе, все разговоры сводятся к повседневным, рутинным делам, но, наверное, это и есть жизнь в чистом виде.

Когда я спустилась, Таисия Ивановна как раз заканчивала разговаривать по телефону. Увидев меня, она подошла ближе и промолвила:

— Эмилия, давай-ка покушай перед отъездом. Помощник Гришин в пути. Он как раз подъедет, когда ты поужинаешь

А я, увидев, как она прекратила с кем-то разговаривать, не смогла не спросить:

— Тебе Руслан звонил, да? – и попутно отправилась за обеденный стол.

Когда я села и принялась за еду, Люба, игриво сощурившись, посмотрела на меня и сказала:

— Мама, дядя Руся заставляет тебя есть, как будто ты ребенок.

Я положила ей в тарелку тушеные овощи, которые она не сильно жалует, и не в лучшем настроении сказала:

— Но ребенок здесь ты, так что давай ешь.

Таисия Ивановна налила в тарелку суп и поставила передо мной со словами:

— Наш барин еще утром распорядился, чтобы я сварила для тебя суп. Гороховый, с копченостями! Он сказал, что тебе необходимо похлебать чего-нибудь питательного!

Я поглядела на большую миску супа перед собой, отчего у меня слегка закружилась голова, и я сдавленным голосом ответила:

— Таисия Ивановна, здесь слишком много, я не осилю.

Она покачала головой с серьезным выражением.

— Ну, уж нет, моя дорогая. Ты должна все съесть. Господин Демидов сказал, что ты пойдешь на аукцион, и там не будет нормальной еды, максимум десерты, а тебе нельзя много сладкого, это вредно.

У меня складывалось такое ощущение, что Руслан не в Москве сейчас, а тут, в Питере; что бы я ни делала, его тень везде преследовала меня.

Я удрученно вздохнула и молча принялась за суп. Доев все до конца, я почувствовала, что сейчас лопну.

Я поглядела на Таисию Ивановну и беспомощно кинула:

— А теперь я свободна?

Она сурово глянула на меня, указала на оставшееся в суповой тарелке копченое ребро и сказала:

— Ребро тоже надо съесть. Мясо – необходимый источник белка для организма.

Во дворе раздался звук мотора. Я встала и, глядя на Любу, сказала:

— Люба, доешь ребрышко.

Затем оглянулась на Таисию Ивановну.

— Помощник Гришин приехал. Я пойду.

Оставляю Любу на тебя.

— Эх, таки не съела ребро! – крикнула старушка мне вслед, чтобы я точно услышала.

Вскоре я уже сидела в машине. Посмотрев на Захара, я произнесла:

— Отправляемся в Курортный район, адрес я тебе высылала сообщением, чтобы ты настроил навигатор.

Он утвердительно кивнул и завел машину. Затем он увидел Таисию Ивановну, которая вышла из дома и засеменила к нам, и машинально кинул:

— Таисия Ивановна – бойкая старушка.

Еще бы! Таисия Ивановна уже почти добежала до машины, и я поняла, что ничего хорошего это не сулит. К счастью, мы, наконец, тронулись, и Захар даже не думал останавливаться.

Уже в дороге он взглянул на меня так, будто хотел что-то сказать, но так и не решился. Когда это повторилось еще несколько раз, я не вытерпела и, косо уставившись на него, спросила:

— Что такое? Ты хочешь что-то мне сказать?

Внимательно наблюдая за дорогой и сжимая руль, он сказал:

— Ефимовы – это целое поколение нефтяных магнатов Европы, и то, что они выбрали Санкт-Петербург как площадку для аукциона, – это неспроста.

Я кивнула.

— Я знаю. Говорят, в этот раз в Питер приехал старший внук Ефимова, а он просто обожает устраивать аукционы, где только возможно. Он и сам заядлый коллекционер, и, не глядя на высоченные цены, покупает в коллекцию то, что ему приглянулось.

Он искоса взглянул на меня и после небольшой паузы сказал:

— И все же нужно быть осторожными. Господин Демидов просил передать, чтобы вы смотрели в оба.

Я кивнула, и мне в голову сама по себе пришла мысль, что Руслан трясется из-за каждой мелочи.

Ефимовы – семья большая, и в каждой семье есть представители, которые особо увлечены чем-то.

Как императорская семья, члены которой в равной степени тяготели кто флоту, кто к красивым женщинам, а кто к предметам роскоши. Так что совершенно неудивительно, что в семье Ефимовых есть молодой господин, который увлекается древностями и антиквариатом.

Спустя пятнадцать минут.

Машина остановилась у музея, в котором вскоре должен состояться аукцион. Когда я вылезла из салона, Захар промолвил: