Чтение онлайн

— Не бойся Демьян нас скоро вытащит, — заверила матушка главы тайной канцелярии. Елена представила взгляд своего фиктивного возлюбленного и в голове мелькнула мысль, — быть может темница это не так уж плохо?

Радмир Горыныч

Добротный дом в два этажа, располагался далеко от центра Славенграда, но выглядел впечатляющие. Резные створки, кованые ворота, выбеленные рамы. Даже и не скажешь, что тут обитает человек, который за последний десяток лет спустил целое состояние на азартные игры.

— Мы точно по адресу? — уточнил Радмир.

— Ну, конечно! Я столицу, как свои пять пальцев знаю. Это дом Якуба, или ты решил сдать назад. Только учти сие будет твоим проигрышем, — заявила красавица и победоносно улыбнулась. Радмир залюбовался барышней, до чего же хороша, так и хотелось коснуться этого пламенного облака волос…

— Рано радуешься, душа моя, просто надо немного лучше подготовиться. Ты ведь поддержишь мою игру?

Маруся нахмурилась, весь ее вид стал таким настороженным, что глядишь даже волосы в иголки превратятся.

— Даже не думай тянуть ко мне свои грязные лапы.

— Ничего такого, — мотнул головой Радмир, — просто молчи и соглашайся со всем, что я говорить буду.

— Но…

— Маруся, я не буду пытаться требовать от тебя каких-то обещаний, просто немножечко мне подыграй.

— Ладно, — сдалась девушка и вздохнула так горестно, будто ее на заклание отправили.

Радмир просиял и направился к дому. Едва дошел до двери, как та распахнулась. Горыныч узрел на пороге старика, он был худой как жердь, но спина при этом ровная, волосы аккуратно подстрижены, а подбородок гладко выбрит.

— День добрый, отец, — Радмир прибавил в голос учтивых ноток. — Подскажи, здесь живёт мой старинный друг Якуб Серый? Мы с ним целую вечность не виделись.

Старик нахмурился, пристально разглядывая улыбчивого Горыныча.

— А сам ты, кто таков будешь? Не помню я тебя средь знакомых Якуба Ольховича.

— Так я Радмир из Златополя. Мы с Якубом учились вместе, а это невестушка моя…

Маруся чуть не рухнула после такого заявления, гнев полыхнул на дне прекрасных глаз, а кончики пальцев, чуть не обратились в кошачьи коготки.

— Мы собственно потому и явились, хотели Якуба на свадебку позвать… Так как тут он нынче или ошиблись мы?

— Заходите, — неожиданно посторонился дед и цепким взглядом обвел улицу.

Радмир нахмурился и барышне жестом велел от него далеко не отходить.

— Пойдемте на кухню побеседуем, в ногах правды нет.

— Истину говоришь, — кивнул Горыныч и следом брюхо почесал, — я бы и сам не отказался чего-нибудь на язык положить, а то мы с Марусей, с самого утра по городу носимся, столько дел, мать честная…

Старик выглядел все так же хмуро и неприветливо, вот только спина его чуть-чуть расслабилась, а это уже хороший знак.

Дом изнутри выглядел неряшливо, в углах собралась пыль, большую печь с начала осени никто не протапливал, оттого воздух в комнатах сбитый и душный. Только кухонька выглядела обжитой и уютной. Стены радовали чистотой, пол блестел, подле окна сушились травы, а на столе настраивалась хлебная закваска.

— Отец, у Якуба неприятности? Он еще в дни учебы был рисковым парнем… Наверное мы не вовремя?

— Да, он и сейчас не шибко-то поменялся, все гонится за золотом, выгоду ищет. Сколько бы домой добра не приносил, но счастья в жизни как не было, так и нету.

— Правду говоришь, батя, не в деньгах счастье, — покачал головой Радмир и ласково посмотрел на Марусю.

— А вы чем занимаетесь-то?

— Так я в управе Златопольской много лет на службе состою.

— Стражник? — насторожился дед.

— Нет, я сыском занимаюсь… Но городок у нас небольшой, потому и преступления — разве, что на бумаге случаются. А моя Маруся — лекарка. Намедни меня вот сюда ранили, — Радмир потрогал под живший бок. — а Маруся меня спасла, выходила. Золотые ручки…

Девушка смутилась, аж щеки заалели, дед мельком глянул на барышню, а потом и сам заулыбался.

— Так что там с Якубом приедет он на свадьбу? Пиршество аккурат на середину следующего месяца приходится?

Старик горестно вздохнул и опустился за пустой стол. Горыныч поглядел на него внимательно, нужно еще немного подтолкнуть его и он заговорит.

— Душа моя, накрой чего-нибудь на стол! — попросил Радмир, а сам достал с буфета две рюмки, одну перед собой поставил, вторую деду протянул. — Давай, батя, за знакомство, — предложил Горыныч и вытащил из-за пазухи флягу. Плеснул понемножку, а по воздуху сразу же аромат трав поплыл.

— Давай, чего уж там… — буркнул старый слуга и залпом осушил рюмку, рукавом занюхнул и крякнул. — Хороша настойка.

— Златопольская, — улыбнулся Горыныч, — так что там за беда у вас приключилась, коли надо помощь, говори, друзьям не отказывают, — спросил он и быстренько по второй налил.

Старик выпил молча, только погрустнел еще сильнее, тут уж Маруся подсуетилась, на стол немного закусок добавила, из того что успела на кухне найти.

— Чувствую, хороший ты человек, Горыныч, хоть и оборотень. Якуб мой, действительно в беду попал… В воровстве его обвиняют, совсем недавно стражи сюда прибегали, бамажками трясли тут, да дом вверх дном переворачивали. Бесстыдники… — старик поджал губы и покачал головой. — Да, токо ж Якуба я с пеленок знаю… Не стал бы он воровать. Да и зачем, последние лет десять мы безбедно жили.

— Якуб и раньше азартным был… — мягко изрек Радмир, — может проигрался?

— Да, не играл он, во всяком случает, в том разумении, что ты говоришь, — неожиданно признался старик. — Карты его всегда слушались, вот он и нашел работенку по умениям…

Маруся нахмурилась не сообразив о чем идет речь.

— Стало быть, он других обыгрывал! — предположил Радмир и налил по третьей.

— Вот, ты сразу суть узрел, — кивнул старик и залпом выпил, да сыром закусил, — А посему не стал бы он чужое золото себе забирать, за каждого обыгранного гостя Якуб свой процент от властителя игрового зала получал… Но все доказательства против него.

— Может, кто-то на него злобу затаил? — участливо полюбопытствовал Горыныч. — Например, хозяева тех же залов игровых.

— Сомневаюсь, хозяева эти в Якубе души не чаяли. Он их гусь, что приносил золотые яйца.

— Давай думать с другой стороны, — изрек Горыныч и снова деду рюмку наполнил, — как давно неприятности начались?

Старик скривился будто язык опек.

— Все эта баба виновата!

— Батя, ну разве можно так при женщинах-то? — пожурил старика Радмир и мило улыбнулся Марусе.