Тяжелое испытание для прынцев
Шрифт:
– Спасибо...
– это действительно был комплимент, и Анель стало приятно.
– Но звук можно было сделать и потише. Как всех удар не хватил. А то бы и отчитываться ни за кого не пришлось.
Ганна усмехнулась и, не прощаясь, исчезла из зеркала. Анель нахмурилась. Как-то всё это странно выглядело: срочный вызов, дипломаты ещё всякие. Не верилось, что тетка не смогла разобраться со всем сама. Опять интриги какие-то плетет, и ведь не узнаешь какие, пока не объявишься в столице. Чтобы оказаться там к девяти утра, придется задействовать резервный телепорт, на который настроен замок и который не будет блокирован. Но вот обратно придется переноситься к лесу, и уже оттуда добираться верхом или пешком до замка. Даже если не считать времени на выяснение всех обстоятельств дипломатического возмущения, времени уйдет не менее шести часов. Если же проблемы будут посерьезнее, то возможно спасителей придется оставить одних на сутки или на двое. А Анель совершенно этого не хотелось. И дело было совсем не в том, что она опасалась с их стороны каких-то действий. Ей просто не хотелось расставаться с Декстером. Даже на пол дня. А что же будет, если он действительно уедет? Сердце захлестнула петля тоски. И выход здесь только один - рассказать ему всё честно. Вот съездит в столицу и расскажет. Хотя ещё лучше бы было решить все проблемы с Тенькой и смыться из этого мира. Побыть обычной герцогиней без лишней головной боли.
В холле Анель ждала делегация из уже одетых мужчин и женщин. Большинство из них так и не определились: то ли убить ведьму за внеплановую побудку, то ли готовиться к встрече с какой-то неведомой опасностью.
– Завтра утром нас вызывают в столицу. Так что к восьми часам прошу всех быть готовыми: мужчины получат задание на день, а девушки отправляются со мной.
Девушки хотели было расспросить Анель о подробностях вызова, но до них быстро дошло, что мужчинам некоторые вещи знать не следует. Поэтому все тихо разошлись по комнатам. Спать оставалось два часа.
***
– Итак, ваше очередное задание очень простое: перемыть всю находящуюся здесь посуду, - девушки стояли в сторонке и пытались не зевать в открытую. Мужчины выглядели не лучше. Один Проней был свеж и бодр, чем очень раздражал окружающих. Сейчас в зале для испытаний были сооружены пять моек с кранами, рядом с которыми на столах расположились небольшие стопки чистой посуды.
– Что-то подозрительно простое задание, - задумчиво протянул оказавшийся самым прозорливым Глацием.
– Вот и хорошо, что простое, - голос её звучал чуть устало и равнодушно. А потом не стесняясь она подошла к Декстеру и прижалась к нему. В этом было столько щемящей нежности, что все остальные невольно почувствовали себя лишними. Эль, чтобы скрыть смущение и неловкость, довольно бесцеремонно дернул на себя сереброволосую и буркнул:
– И ты иди сюда.
На что Индгир только улыбнулась и потрепала по волосам смутившегося рыжего.
– Не шали там... А то знаю я столицу... И быстрее возвращайся.
– Слушаюсь, мой господин, - она хоть и иронизировала, но таким собственническим замашкам Эля неожиданно для себя была только рада.
– То-то же...
– Индгир, прижавшись к его плечу, не видела, каким тоскливым и обреченным был в этот момент взгляд всегда веселого рыжего; как крепко сжались его челюсти, когда он болезненно сжал её в объятиях.
Мэлвин и Урсус прощались легко - между ними не было недомолвок и секретов, и оба не сомневались - расстаются они ненадолго.
Нелэ внешне веселая и беззаботная чмокнула Пронея и Аргстрана по очереди в щеку, заставив их для этого наклониться. Только свою руку в руке Аргстрана задержала чуть дольше, да встретившись с ним глазами, невольно залилась краской.
Диона к Аэтерну не подходила, разглядывала что-то особо интересное на непроницаемо черном потолке, стараясь не смотреть на милующиеся парочки. Он подошел сам.
– Может, для приличия хоть попрощаемся?
– стоит, перекатываясь с пятки на носок, руки в карманах.
– Скажешь что-нибудь ехидное... А то прям всё такое сладкое вокруг...
– Да я в патоке захлебнулась от неожиданности... Да и к чему такие церемонии, когда самое позднее мы здесь будем завтра утром.
– Угу... Ну ты там в столице мужское население не сильно утруждай...
– Мне-то что, у меня жены нет. Это ты постарайся не всех нимф попробовать.
Сказали друг другу гадость и разошлись довольные, искренне улыбаясь.
***
– Да дьявол всё побери!
– Аэтерн со всей силы швырнул тарелку в стену. Та не посмела сопротивляться и разлетелась на множества мелких осколков. Через несколько секунд на месте каждого упавшего кусочка появились тарелки покрытые черно-зеленой слизью.
– К-хххх...
– Эль оглядел появившееся безобразие.
– Ты б поосторожнее...
– Сделай уже с ними что-нибудь!
– взмолился Декс.
– Пытаюсь. Но защита не поддается. Единственное: понял, что она настроена на меня.
– Значит, догадалась, - с оттенком гордости выдал Декстер.
Задание, на первый взгляд не представлявшее сложности, оказалось с подвохом. Стоило вымыть одну тарелку, как на её месте сразу появлялось две новых. За каждые пять помытых тарелок полагалась кастрюля, за каждые десять - сковорода. Причем все они становились всё грязнее и грязнее. Если же прекратить мыть посуду, то через три минуты простоя появлялась тарелка, а потом каждые три минуты их число удваивалось. А теперь выяснили, что происходит, если тарелку разбить. Надо ли удивляться, что через час все горизонтальные поверхности были заставлены башнями из грязной посуды.
– То есть, другой маг мог бы её взломать?
– некромант был спокоен как удав. Мыл тарелки он недолго, кажется, исключительно из интереса, а потом только ходил и подравнивал стопки посуды, чтобы они случайно не свалились на голову. Половина зала уже была занята тарелками под потолок. А мужчины переместились к выходу, опасаясь попасть под посудную лавину.
– Возможно.
– Ну да, осталось только притащить сюда короля, чтобы он кому-нибудь разблокировал магические возможности, - фыркнул Аэтерн.
– И как только он успевает всё? Или желающих мало?
– Проней с искренним любопытством наблюдал за появляющимися, как грибы после дождя, тарелками.
– Мало. Здесь с некоторых пор строгая эмиграционная политика.
– Я слышал, что строгой она стала около двадцати лет назад. Когда в результате заговора пришлых магов, которым разрешили колдовать, была убита вся семья нынешнего короля, - проявил осведомленность Урсус.
– Сам он выжил только чудом.
– А сколько лет ему случаем не знаешь?
– Да около тридцати должно быть, - Урсус пожал плечами.
– Так-так-так, - произнес за спинами мужчин низкий хриплый женский голос.
– И что у нас тут происходит?
Взорам обернувшихся мужчин предстала полная женщина лет шестидесяти. Высокая грудь, на которой с трудом сходился черный строгий пиджак; седые волосы, убранные в кокетливую прическу, с маленькой вычурной шляпкой; длинный нос, нависающий над тонкими губами; крупные черты лица; сигаретка в уголке рта и не по-старчески голубые глаза.