Чтение онлайн

Танк «Пантера» Ausf.G, застрявший у дороги и оставленный экипажем. Район Берлина, 1-й Белорусский фронт. Машина имеет номер 312, на борту башни нарисована свастика — её изображение являлось не характерной чертой для немецкой бронетехники (АСКМ).

Противостоящие войска 3-го Украинского фронта, понёсшие значительные потери в предыдущих боях, насчитывали всего 398 танков и САУ, из которых почти четверть составляли лёгкие СУ-76. Так что в ходе боёв основную тяжесть борьбы с танками вынесла на себе артиллерия (к 5 марта 1945 года в войсках фронта числилось 2995 орудий калибра от 54 до 203 мм.

Кроме того, значительный вклад в противотанковую оборону внесли самоходки СУ-100 — в начале боёв 3-й Украинский фронт получил три самоходно-артиллерийских бригады таких машин, всего 205 штук. Они действовали довольно успешно на направлении главного удара немцев. Обычно они вели огонь с дистанции 1000–1500 метров, при этом уверенно поражая все типы немецкой бронетехники, как правило, с первого попадания.

Например, 9 марта 1945 года 1068-й полк СУ-100 208-й самоходно-артиллерийской бригады был атакован 30 немецкими танками. Открыв огонь с дистанции 1000–1500 метров, в течение 20 минут самоходки подбили 7 танков, в том числе одну «Пантеру», потеряв подбитыми 2 своих машины. Не добившись успеха атакой в лоб, немцы попытались обойти позиции полка с флангов, но при отражении атаки потеряли 6 танков, из них 2 «пантеры» (в ходе боя сгорела одна СУ-100). При повторной атаке самоходчики подбили три танка, из них один «Пантера», потеряв 2 СУ-100 — одна сгорела, вторая была подбита. Таким образом, при отражении трёх атак 1068-й полк вывел из строя 16 танков противника, из них 4 «пантеры», потеряв 5 машин — 2 сгорело, 3 подбито.

Офицер Красной Армии около «Пантеры» из состава танковой роты «Берлин», вкопанной в землю на одной из улиц Берлина. Май 1945 года. Хорошо видно попадание 85-мм бронебойного снаряда в маску пушки (АСКМ).

В ходе операции «Весеннее пробуждение» немецкие танковые части понесли очень большие потери в танках. По данным 3-го Украинского фронта за десять дней боёв (с 6 по 15 марта) было уничтожено 324 танка и САУ. По немецким же данным, на 13 марта безвозвратные потери 6-й танковой армии СС составили 42 танка и 1 БТР (!). Правда, при этом 396 танков и САУ числились в краткосрочном и долгосрочном ремонте (как всегда, немецкая довольно лукавая система учёта потерь помогла скрыть истинное положение дел).

Однако в данном случае есть подтверждение того, что более точными являются цифры, приведённые советской стороной. Дело в том, что после боёв (примерно 23 марта) производилось фотографирование подбитой и захваченное немецкой бронетехники. Автору известны фото, на которых отмаркировано советскими специалистами 279 танков и САУ. В нумерации есть пропуски (видимо, сохранились не все фотографии), но наибольший номер, которые виден на подбитой технике — это 355. Таким образом, цифра потерь противника, заявленная 3-м Украинским фронтом, довольно близка к истинному положению дел. К сказанному следует добавить, что из 279 бронеединиц, изображённых на фото, 70 танков «Пантера», что составляет 25 % всех потерь.

Ещё одна «Пантера» танковой роты «Берлин», установленная в качестве огневой точки на одной из площадей города. Май 1945 года. Хорошо видны четыре снарядных пробоины в борту башни (АСКМ).

По немецким данным, на 15 марта 1945 года панцерваффе насчитывало на советско-германском фронте 2590 танков и самоходок (только в танковых частях — дивизиях и батальонах, без учёта штурмовой артиллерии и частей истребителей танков), из них 776 «пантер» (30 % всех машин), из которых лишь половина — 387 штук — были боеспособны.

На 10 апреля 1945 года на советско-германском фронте имелись 3851 танк и самоходки всех типов, из них — 564 «пантеры», или 15 % всех бронеединиц. Если же брать только танки, то из 1167 машин они составляли почти половину.

В августе 1943 года на итальянский фронт прибыл укомплектованный «пантерами» Ausf.D 1-й батальон танкового полка 1-й танковой дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», имевший 71 машину. Батальон в боях не участвовал и в октябре убыл в Германию — у танков обнаружилось огромное число недостатков, их направили на ремонт, а батальон получил машины модификации Ausf.А.

В феврале 1944 года в Италию направили 1-й батальон 4-го танкового полка, имевший на вооружении 76 «пантер». Они участвовали в боях под Анцио и Неттино, где понесли большие потери.

Танк «Пантера» Ausf.G, подбитый в боях на улице Берлина. Май 1945 года. Возможно, машина входила в состав танковой дивизии «Мюнхеберг», части которой вели бои в городе (АСКМ).

23 мая 1944 года началась последняя атака союзников на немецкие позиции так называемой «линии Густава» у Монте-Кассино, где тяжёлые бои шли (с перерывами) с 17 января 1944 года. Через день немецкая оборона была прорвана, и союзникам открылась дорога на Рим. Для остановки наступления противника командование вермахта бросило в бой свои резервы, в том числе и «пантеры» 1-го батальона 4-го танкового полка. В течение короткого времени эта часть понесла большие потери. Вот выдержки из журнала боевых действий 4-й роты батальона, повествующие о двух днях боёв: «23 мая 1944 года в 3.55 командир 4-й роты приказал привести танки в боевую готовность. В 4.45 три „пантеры“ (№ 401, 414 и 431) выдвинулись из района сосредоточения. Ещё четыре „пантеры“ (№ 421, 422, 423 и 433) должны были следовать за ними после заправки горючим. Задержка произошла из-за того, что бензин привезли в 200-литровых бочках, а для заправки имелся только один насос. В 5.15 из-за сильного артиллерийского огня три ушедшие „пантеры“ вынуждены были отойти.

В 10.30 началась атака пехоты и танков противника. Командование решило ударить во фланг. Во время выдвижения дорога обстреливалась артиллерией. Из-за пороховой гари и дыма двигаться по дороге приходилось с большим трудом. Разрушенный участок удалось обойти пяти „пантерам“, которые атаковали противника. Две машины № 423 и 431 отстали из-за поломок.

Противник отошёл на восток, оставив на поле боя своё вооружение и снаряжение. Удалось отбить и контратаку танков противника, но при этом была подбита „Пантера“ № 433 — её командир погиб, наводчик и заряжающий ранены. Чуть позже получил ранение наводчик „Пантеры“ № 433.

Командирская «Пантера» из состава штаба 26-го танкового полка. Италия, март 1944 года. На заднем плане виден «Элефант» 1-й роты 653-го батальона тяжёлых истребителей танков (ЯМ).

Всего в ходе боя удалось уничтожить 28 танков противника. Девять из них были на счету „Пантеры“ № 433, шесть — „Пантеры“ № 422, по пять — у „пантер“ № 415 и 414 и три у „пантеры“ № 401. Все 28 танков сгорели. Кроме того, было подбито ещё три танка, которые не горели.

А огонь фугасными снарядами по опушке леса, как выяснилось позже, рассеял три роты пехоты противника, которые готовились к бою. В результате они не смогли перейти в атаку.

В 20.40 вставшая из-за отсутствия топлива „Пантера“ № 411 попала под обстрел и была уничтожена, один член экипажа получил ранение. В 23.00 23 мая убыла на ремонт „Пантера“ № 415.

24 мая 1944 года в 4.30 рота получила приказ немедленно возвратиться в прежний район сосредоточения. Там, после дозаправки, все „пантеры“ предполагалось использовать против танков противника, атаковавших с востока и юго-востока.

В 10.30 офицер связи 163-го панцергренадерского полка сообщил, что четыре вражеских танка прорвались в Регно. Рота была немедленно приведена в готовность, и четыре „Пантеры“ выдвинулась через брод в Мелфу. Командир роты на „Пантере“ № 401 убыл в штаб 163-го панцергренадерского полка для получения данных и организации взаимодействия. В это время последовала атака противника, в ходе которой „пантеры“ уничтожили четыре танка (два машиной № 414 и по одному № 415 и № 421). Ответным огнём были разбиты „пантеры“ № 414 и 415, один член экипажа получил ранение. Два других танка № 421 и 423 также получили повреждения и вышли из строя.