Чтение онлайн

Ни тепла, ни холода он не почувствовал.

Автоном-очиститель покорно принимал температуру среды. Ему было в высшей степени безразлично, что думает о нем получеловеческое существо с Паролем в голове.

Й-Фрон вживил в Девятого тестер. Оставалось лишь отойти на безопасное расстояние и немного подождать.

Девятый не перестал работать. Через несколько минут тестер со щелчком отпочковался, подтверждая полную исправность автоном-очистителя. Й-Фрон знал: будь иначе, тестер немедленно дезактивировал бы Девятого.

Однако потеря заурядов?..

Ни к чему ломать голову самому. Пусть это делает Нбонг-2А-Мбонг. У него их две. Донесение уже ушло на корабль.

Й-Фрон выбрался из карьера. Долго он здесь не задержится, активный скафандр вернет его на «Основу Основ». Стоит приказать ему сделать это, и он сделает. Скафандр – часть корабля, и эта часть во власти ограниченно ценного с условным гражданством. В случайном парадоксе таится единственная сладость десантирования на планету, особенно кислородную. Можно еще раз покинуть скафандр. Можно безнаказанно пнуть его ногой. Можно пропустить очередной виток лидер-корвета, а до следующего витка успеть слетать к границе очищенной зоны и посмотреть, что там и как. Только лишь ради собственного любопытства, потому что клеймо ограниченно ценного не будет с него снято никем и никогда.

В том, что ему попросту хотелось отсрочить возвращение на «Основу Основ», Й-Фрон признался себе гораздо позже.

Хранитель Столицы лежал навзничь, подогнув под себя ноги, и мертвенный синий свет из уцелевших светящихся стеблей заливал его неестественно запрокинутую синюю голову, острый синий кадык, обтянутый тонкой пергаментной кожей, и пять тонких стрелок, вонзившихся глубоко и тоже синих. Капельки темной крови ощупью прокладывали себе путь по морщинам дряблой шеи.

Не помешай Умнейший, стрелок было бы шесть.

«Как же это мы? – то шептал, то отчаянно кричал кто-то внутри Леона. – Как же?..»

Мир съежился. Не стало Нимба над головой и Простора под ногами. Молча разъехалась земля, открывая черную бездонную прорву, и в эту прорву так же молча, не в силах испустить крик ужаса, сыпались Тирсис, Элий, Фаон, Сминфей, Батт… Леон…

– Очнись, на тебя смотрят, – скороговоркой шепнул Умнейший и толкнул его локтем в бок.

Смотрят… Пусть.

– Сминфей, сбегай-ка за Парисом и Кирейном, – нарочито бодрым голосом приказал Умнейший. – Морочника с одрами можно отпустить, пусть ждет нас в деревне у яйцеедов. А вы четверо посмотрите-ка, что там в ближайших коридорах. Только чур далеко не ходить и руками ничего не трогать.

Леон кивнул, когда Тирсис вопросительно взглянул на него, и подростки, подхватив духовые трубки, разбежались. Пожалуй, даже слишком охотно.

– Спасибо, – глухо сказал Леон. – Я этого никогда не забуду. Но почему ты уберег именно меня?

– Завяжи-ка мне повязку, – вздохнул Умнейший. – Не так, потуже, потуже… Почему тебя, спрашиваешь? Да просто потому, что тебе еще рано убивать людей, да и мне, прости, тоже. Нам нежелательно даже находиться вблизи места, где это происходит, да так уж получилось.

– А этим мальчишкам – можно убивать?! – вне себя крикнул Леон. Грянуло сложное эхо.

Умнейший пожал плечами.

– Во-первых, не шуми. Во-вторых, никакого убийства не было, разве ты не заметил? Была самозащита или даже несчастный случай. Я лично думаю, что это был несчастный случай. Пожалуй, и твоих орлов убедить в этом не составит особого труда.

– Это было убийство!

– Вот как? Тогда заяви об этом сам своим мальчишкам, если у тебя повернется язык. Можешь даже прибавить, что это я вынудил их, простодушных и наивных, совершить убийство, и это будет правдой. Но я бы на твоем месте их пожалел.

Леон промолчал.

– Кстати сказать: в противном случае они станут для нас совершенно бесполезны…

Леон не стал смотреть, как выдергивал Умнейший стрелки из шеи Хранителя. Выдернув последнюю, старик изломал их в щепу и, зашвырнув подальше, отряхнул руки.

– Типичный несчастный случай…

К тому времени, когда явились Парис и Кирейн и все снова собрались в зале, Умнейший успел снять целый пласт металлической шкуры неживого чудовища. Еще прежде он осмотрел оружие убитого и брезгливо отложил в сторону.

– Как только не разорвало при первом же выстреле! – И покачал головой.

– Что это? – спросил Леон. Его все еще одолевала противная дрожкая слабость.

– Древняя сморкалка, карабин. Где-нибудь поблизости и патроны найдутся. Снимем ржавчину, смажем, и можешь взять себе, я тебя научу пользоваться им. Но это еще не оружие. Главное оружие, кажется, – вот оно.

Он долго копался в потрохах чудища, бормоча себе под нос непонятные слова. Один раз он опасливо прикоснулся к какому-то металлическому лепестку сначала пальцами, а затем, к удивлению и страху Леона, и языком. Затем с кряхтеньем распрямил спину.

– Пойдем посмотрим, что тут есть еще.

Подземная река в этом месте разливалась в небольшое озерко, глубокое и спокойное. Невидимые прозрачные существа плескались у поверхности, рябя воду.

– Ну понятно, – сказал Умнейший. – Он тут рыболовничал, тем и жил – не каждый же день в деревню наведываться. Вон и кости. А вон там, – он потянул носом и указал на карстовую щель в полу зала, – у него была выгребная яма, только он ее отроду не выгребал…

– Как ты думаешь, были у него ученики? – маясь, спросил Леон.

– Может, и были. Теперь все равно. Давай-ка лучше поищем план пещеры в его барахле.

Искали долго и не нашли.

– Наверно, он помнил его наизусть…

Прошли второй зал, вступили в третий. Змеящееся по полу темное щупальце, которое Умнейший именовал кабелем, все не кончалось.

Местами пол был вымощен потрескавшимися плитами.

В вековечной тишине гулко отдавались шаги. Ни Париса с Кирейном, ни Тирсиса с «гвардией» давно не стало слышно – пещера оказалась ненормально обширна, тут и тремя группами потратишь не один день на беглое исследование…

Умнейший, шагая впереди, вслух восхищался подземельем, прищелкивал языком и ничуть не выглядел удрученным.

– Интересно, как далеко мы от входа?

Леон прикинул пройденное расстояние.

– Далеко.

– Я говорю о засыпанном входе со стороны ущелья. Со временем надо будет разгрести завал. Чую, эти пещеры нам когда-нибудь очень пригодятся… Ага!

Искореженный металлический лист, попавшийся Леону под ноги, гулко громыхнул. Несколько железных чудищ непонятного назначения показывали вывернутые внутренности, залитые известковыми натеками. Ржавчина, пыль… Кабель уходил прямо в стену небольшого зала, ровную и шершавую. С трудом различался на ней странный знак, похожий на небывалый трехлепестковый цветок в полустертом круге.