Чтение онлайн

— Я — первый разведчик, кузина, — отрезал он. — Я сам решаю, когда и где пустить в ход Дар. И на какого человека оказать влияние. — Садд Сарк сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь взять себя в руки. Опасно было выказывать гордыню перед обладательницей большей силы, пусть даже и близкой родственницей. А гнев, пожалуй, и еще хуже. Пальцы клановца безотчетно потянулись к успокаивающей теплоте браслета, охватывающего его запястье.

— Где ты это взял? — поинтересовалась, приглядевшись к нему, Раэль, с готовностью уходя от опасной темы. — Это же… из эпохи до Расслоения, верно?

Барэк кивнул и протянул к ней руку, отчего узор на тусклом металле браслета заиграл отраженными искрами.

— Подарок Керра. Он любил собирать такие вещи. — От воспоминаний голос садд Сарка внезапно сел. — Наша славная история очень его волновала. Он мог часами говорить о том дне, когда Те, кому доступен м'хир, вышли из глины Клана — о том дне, когда наши предки стали богами.

— Легенды, — пренебрежительно махнула рукой Раэль, потом склонила голову набок с внезапно загоревшимся в глазах подозрением. — Только не говори, что ты фанатик, а? А то меня уже от собственной матушки и так тошнит.

Барэк нахмурился, недовольный презрением в голосе кузины. Может, ее мать и была всего лишь Мирайм садд Теерак, а Первой Избравшей своего семейства быть уже перестала, но тем не менее все еще представляла собой грозную силу. Ее связь со своей старшей дочерью, Сийрой, оставалась сильной и плодотворной почти два десятилетия, создавая энергетические каналы в м'хире, которые помогали компенсировать недостаток силы множеству Тех, кому доступен м'хир, между ставшим пристанищем Сийры Камосом и домом Мирайм на богатой внутренней планете Стоунрим-III. Хотя связь Мирайм с Раэль, а потом и с младшей дочерью, Пеллой, по пять лет каждая, были более типичными, нельзя было отрицать, что ее вклад в м'хир пошел на благо всем.

И то, что, миновав зенит славы, Мирайм стала посвящать свое время и деньги горстке своих последователей по поиску утраченного мира предков с его так называемой жизнью-без-м'хира — местоположение которого, как всем было известно, Совет Клана отказывался раскрывать — не значило, что можно над ней насмехаться. Каждый имеет право на свою страсть, таков был девиз Барэка — при условии, что ее никому не навязывают.

— Разумеется, я не ниспровергатель м'хира. И Керр тоже не был одним из них, — сказал садд Сарк. И тут его словно прорвало. — Но мир предков Клана существует, Раэль. Именно там был выплавлен этот металл. — Его смех прозвучал скорее горько, чем весело. — И я могу поверить в то, что если это место до сих пор существует, то клановцы, которые не могут прикоснуться к м'хиру, возможно, рассказывают какие-то легенды о Тех, кому доступен м'хир. Об отважных и могущественных первых семьях — семистах Избиравших и их Избранных — собравшихся вместе во время Расслоения нашего рода и покинувших мир предков. Помнят ли они наших прапрадедов как своих детей, которые сочли их мир и его народ слишком тесным для своих новых способностей? Или как неисправимых тиранов, которым сказали: «Скатертью дорожка!» — и дали коленом под зад?

— И что толку снова пережевывать все это, кузен? — Раэль деланно зевнула. — Без сомнения, Совет знает ответы на все твои вопросы, а по первичному закону нам откроют их, если прошлое вновь будет иметь значение. Меня лично все у нас устраивает. Как должно было устраивать и твоего брата, садд.

Барэк вздрогнул, изо всех сил стараясь обуздать свой язык и свой нрав и понимая, что собеседница была вправе поставить его на место. Но боль от утраты еще не утихла, и презрительный отзыв кузины об убеждениях Керра слишком сильно задел его за живое.

— Керр был ди Сарк, дорогая кузина. Неужели мне нужно просить об уважении к его памяти? А если тебя так заботят первичные законы, предлагаю вернуться к проблемам твоей сестры.

Раэль сделала жест уступки, но ее руки начертили ритуальный знак с явной неохотой. Клановец задумался, не оставит ли она его, и сознательно выпустил эту тревогу на поверхность своих мыслей. Женщина покачала головой.

— Сийре нужна не только твоя помощь — пусть даже и оказанная от чистого сердца, — сказала она великодушно. — Но прежде чем ты до неузнаваемости переиначишь первичный закон, влияя на новых и новых людей, Барэк, подумай о том, что может быть и другой способ. — Она восприняла молчание кузена как ободрение и продолжила: — Давай действовать так, как действовали бы на нашем месте люди. Попросим блюстителей помочь нам отыскать пропавшую родственницу. Если этой Боумен и так о нас все известно, кому это повредит? А ведь у нее вполне может оказаться какая-нибудь информация о Сийре, которая нам пока недоступна.

— Боумен пользуется мыслеглушителем. — Губы сада, Сарка искривились. — Мы не можем уловить ни ее мысли, ни чувства…

— Ну и что? Всегда есть какие-то люди, на которых мы никак не можем повлиять. Но с ними можно справиться. Мы далеко не беспомощны, Барэк, мы просто не можем контролировать эту отдельно взятую блюстительницу. Пусть она полагается на свои приспособления — нас она, скорее всего, будет недооценивать. Мы можем обратить такое отношение в свою пользу.

— Не знаю, Раэль, — проговорил с сомнением сада, Сарк. — Это большой риск. Боумен встречалась с Джаредом, она знает о Клане.

Лицо женщины казалось прекрасным каменным изваянием.

— Она знает всего одного члена нашей семьи. Ты приведешь к ней второго. Что может быть проще?

— Ты отправишься к ней сама? — Несмотря на дурные предчувствия, клановец не смог удержаться от улыбки. Потом, однако, покачал головой. — Одно дело, когда с людьми имею дело я — разведчики делают это постоянно. Ты же рискуешь оставить след, если свяжешься с ней через м'хир.

Глаза Раэль опасно сверкнули.

— Я — Избравшая. И могу отправляться куда захочу.

Сада, Сарк вздохнул.

— Раэль, если ты оставишь след, который свяжет нас обоих с блюстителями, тот, кто будет наблюдать за м'хиром, почувствует это и оповестит Джареда. Ты это знаешь. — Он на миг задумался. — Я доставлю Боумен в систему Денеба. Если ты отправишься туда, это ни у кого не вызовет вопросов.

— Неудобно… — Раэль скорчила недовольную гримаску, потом философски пожала плечами. — Хотя, возможно, смысл в этом есть.

Барэк кивнул. Еще одна мысль стерла с его лица улыбку.

— Только Боумен не должна ничего узнать о Сийре.

— По какой причине ты считаешь меня идиоткой, кузен? — фыркнула женщина, и раздражение отразилось на ее силе вспышкой, опалившей разум садд Сарка. — Блюстительница узнает только то, что мы ей позволим, — и проживет с этим знанием ровно столько, сколько это будет нас устраивать.

Если вы не поторопитесь, осклизлые жабы, я сообщу кораблю, что мы в беде, и он вскипятит все это ваше мерзкое болото, которое вы зовете дорогой!

Переговорник был отключен, так что эта мысль хотя и доставила мне немалое удовольствие, но была совершенно неосуществимой. «Лис» подчинялся сначала Моргану, а уж потом, в ограниченных рамках, местной портовой администрации. Я была в его списке самой последней. Джейсон же пребывал в коме, погруженный манипуляторами корабельного медблока в гелевый кокон.

А портовая администрация Рета-VIII все держала нас на земле, отказывая в буксировщике и разрешении на взлет с профессиональной любезностью, граничившей с оскорбительным высокомерием. Мне было плевать, стоят ли за этим жрецы, или его светлость лорд Лиспетк, или все они вместе взятые. Все, чего мне хотелось, — это поскорее убраться с этого гадкого комка грязи.