Чтение онлайн

Калеб поднял глаза на своего поверенного и затем медленно-медленно взял свои бумаги. Они покачивались в воздухе - его руки тряслись. Меня это порадовало. Он прокашлялся.

– Эшли, Мистер и Миссис Мейнерд, - начал он. Он замолчал, поднял взгляд и снова опустил его.
– То есть, только...э, Миссис Мейнерд. Последние месяцы были для меня тяжелыми, как и для вас тоже, я уверен. Я много думал о том, что сделал, и понял, что должен извиниться. Миссис Мейнерд, простите, что нарушил спокойствие вашей семьи. Я понимаю, что мои действия привели к трудностям в вашей работе и в личной жизни, и мне очень жаль.

Он замолчал и снова поднял взгляд, и меня удивило, что мама кивнула ему не очень по-доброму.

– Спасибо, - тихо сказала она. Она не сказала, что извинения приняты, и я знала, что для мамы это было важно - то, что извинения не приняты, потому, что нескольких зазубренных предложений было недостаточно. Из-за того, что он сделал с нашей семьей. С папиной работой.

Калеб перевел взгляд на меня, и я, наконец, что-то почувствовала. Ностальгию, что ли. Тоску по прошлому. Я поняла, что уже выросла и не могу его ненавидеть, и мне бы хотелось, чтобы у меня не было для этого повода. Но я знала, что не смогу его вернуть. Не смогу вернуть нас, вернуть то, что было. Это невозможно, после всего, что произошло. Я бы хотела вернуть наивность - ту наивность, когда ты веришь, что парень никогда не сможет сделать тебе больно.

Калеб откашлялся снова и выровнял бумаги, которые держал в руках :

– Эшли, я знаю, что причинил тебе боль. Я не оправдал твое доверие, нарушил личное пространство и мне очень жаль. Также, я очень сожалею, ведь тебе пришлось через многое пройти из-за меня, люди говорили тебе гадости, ты попала на общественные работы, но ты не хотела сделать мне больно тем фото, а я хотел, и это было неправильно.

Я ничего ему не ответила. Когда он поднял на меня взгляд, я сидела и молчала. Я чувствовала на себе взгляды мамы и мистера Фрэнка, но не могла ничего ему ответить, поблагодарить за извинение или сказать, что всё в порядке.

 - Надеюсь, ты простишь меня, - сказал он в заключение, положил бумаги на стол, сел и снова опустил руки на колени.

Несколько долгих минут мы все молчали. Я понимала, что все ждут от меня какого-то ответа, но я не могла. «И это всё?
– хотелось мне прокричать. Ты же ничего не сказал! Ни за что не извинился! Да и эту кипу ничего не значащих слов для тебя поверенный наверняка написал!»

Мне хотелось уйти отсюда. Убраться подальше от этого запавшего парня и не слушать его. Мне хотелось, чтобы вся эта неразбериха закончилась, и чтобы всё вернулось на свои места. Вернуться туда, где люди не будут шептать обо мне по углам. Вернуться к тем временам, когда родители доверяли мне, и мы были близки, когда друзья меня не предавали, и я была в них уверена. Мне нужно было больше, чем просто извинения. Как я могла подумать, что его «мне жаль» будет достаточно? Даже если он говорил искренне?

– Ладно, - наконец сказала Тина, - Спасибо тебе.

Она говорила с мистером Фрэнком о предстоящем судебном разбирательстве, но я не слушала. Эмоции, мысли и чувство несправедливости нарастали у меня в душе с тех пор, как всё начало рушиться. Мне казалось, что меня сметает с лица земли, эти мысли уносят меня. Когда я смотрела вниз, мои руки уютно устроились на столе, ноги протянулись вдоль кожи кресла цвета красного вина. Мама выглядела немного сердитой, разочарованной и несчастной. Как мы могли быть спокойны и держать всё под контролем?

– Спасибо, что пришли, - сказал мистер Фрэнк, отставляя кресло от стола и вставая, посмотрел на часы, будто это встреча была одной из многих в его расписании. У него наверняка есть клиенты больше и лучше, дела крупнее. Это наши жизни, но для него очередное дело. Всё это время мои мысли и чувства поедали меня, мне нужно было выпустить их наружу.

 - Я не сделала тебе больно, - выпалила я. Мистер Фрэнк сел обратно в свое кресло и посмотрел на Калеба.
– Когда мы расстались, я оставила тебя в покое. Дала тебе уйти. Зачем ты так поступил, Калеб?

Калеб посмотрел на свои колени и медленно покачал головой.

– Не знаю, - он поднял на меня взгляд, и в его глазах я видела боль.
– Но просто знай, я не думал, что всё выйдет из-под контроля и выльется в такое. Я думал, это останется только между несколькими людьми.

 - Значит, ты просто планировал полностью унизить меня по-тихому? Боже, спасибо, мне стало легче.

 - Нет, я планировал... Не знаю, - он потер голову.
– Я просто разозлился, но это было глупо и неправильно. Просто так получилось. Мне жаль

 - Тебе жаль из-за твоего поступка или тебе жаль, что у тебя из-за этого проблемы?
– бьюсь об заклад, что ему не было бы жаль, если бы он не попался.- Чего именно тебе жаль?

 - Мисс Калвер, - сказал мистер Фрэнк Тине, - Нашим намерением не было позволять демонстрировать агрессию по отношению к мистеру Коатсу. Цель встречи — извинение.

Огромный рот Тины открылся.

– К-конечно нет, - пробормотала она, - Но, поймите, моя клиентка хочет выразить некоторые свои мысли.

– Я думаю, меньшее из того, что он может сделать для моей дочери, это ответить на несколько вопросов, вы так не считаете?
– сказала мама, перебив Тину. Она положила руку на спинку моего кресла.

Мистер Фрэнк протянул руку в сторону мамы, но говорил с Тиной.

– Я понимаю, что мисс Мэйнэрд задела эта неудачная ошибка. Но вы должны понять, что и мистера Коатса это затронуло. Может, даже больше.

 - Но и вы должны понять, что это не было ошибкой, - сказала мама уже более громким голосом.
– Вы же слышали, что он сделал это преднамеренно. Не похоже на случайность.

Мистер Френк поднял руку над столом, и я поняла, что это обидело его как юриста. Выражение его лица стало серьезным, и язык тела изменился. Он сел, наклонившись вперед, ладонь выставлена в сторону мамы, будто он физически хотел удержать ее и отдалить. Тина, похоже, тоже почувствовала что-то. Она поднялась и собрала вещи со стола, будто хотела поспешно выставить меня.

– По закону это считается ошибкой. Но мы здесь не для этого.

– Всё в порядке, - перебил Калеб. Он судорожно вздохнул.
– Я отвечу на её вопрос, - он взглянул на меня.
– Я жалею, что не расстался с тобой, когда мне исполнилось 18, - сказал он.
– И я не говорю это из подлости. Просто, если бы я тогда с тобой расстался, у меня бы... - он умолк, покачал головой. Я заметила, как увлажнились его глаза. Меня это удивило; я переживала, что он увидит мои слезы, но плакал он.
– У меня бы не было этих проблем, - наконец сказал он. Я видела, как его адамово яблоко двигалось — он глотал слезы. — Они назвали это фото детской порнографией. Если меня признают обвиняемым, то посчитают сексуальным маньяком. Я хочу стать учителем, Эшли, а сексуальным маньякам нельзя стать учителями. Мне придется съехать от родителей, потому что они на той же улице, где находится моя старая начальная школа. Люди подумают, что я больной извращенец, но ты знаешь, что это неправда. У нас даже секса не было. И я тебя не просил об этом. И вообще, я тебя не просил отправлять то фото. Так что прости, что не расстался с тобой раньше, и если бы я мог изменить то, что произошло...

Мистер Фрэнк опустил руку на колени и скрестил ноги в позе самоуверенного человека. Он снова посмотрел на часы.

– Если все довольны...?

 - Эшли?
– сказала Тина.
– Может, хочешь что-нибудь еще сказать?

Я отрицательно покачала головой. Что еще я могла сказать? Мы оба в беде, и всё из-за глупой, детской мести.

Мама встала и повесила сумку на плечо.

 - Ладно, мне жаль, что тебе пришлось через это пройти, Калеб, - сказала она.
– Но это был твой выбор. Мой муж, возможно, тоже потеряет работу и это не его вина. Это из-за тебя.