Кто бы знал, какой ужасной больюИ какой высокою ценойМы потом расплатимся с тобоюЗа свои победы над судьбой.За свои отважные попыткиВыправить сакральную скрижаль.Кто бы знал, какой изводят пыткойБоги нас за то, что им нас жаль.
Курящая женщина
Случайный миг, как строчку песни,Хочу запомнить навсегда:Дорога хваткою железнойБрала за горло поезда.Толпился люд на полустанке.А на мосту… А надо всем!..Простая женщина стояла.Курила. Может быть, «LM»…Ладонь к губам, и, простодушно,Ладонь от губ… Прощальный взгляд.Как будто поцелуй воздушныйВослед составам всем подряд…А рядом люди шли, с вещами,И вряд ли кто-то замечал,Как эти жесты превращалиВокзал в тоскующий причал…
«Давай договоримся просто жить…»
Давай договоримся просто жить,Не сожалея об альтернативе.Горячую золу не ворошить,Не поливать безжизненную глину.Не оживить сожжённый нами сад! —Мы слишком стары, слишком бестолковы…Следи, чтоб, не дай бог, не выдал взгляд,Какое в горле застревает слово.Тверди как заклинание, что жизньСвершается как Бог велел ей длиться.Стократ себе солги, и побожись,Что в этот раз не мог ты ошибиться.Держись, мой друг, в преддверии весны.Не доверяйся слабостям сердечным.Исправить явь и сделать былью сны, —Увы! – мы слишком стары и невечны…
Оглушительное
Тишина состоит из звуков:Стук часов и биенье пульса,Крик ворон за окном и шорохШин машинных, и голоса.Звон ключей и замочный скрежет,Дверью хлопнули. Лифт уехал.Тишину исполняет хоромМир, в котором я буду жить.Мир, в котором тебя не будет.Мир, в котором не будет света.Только солнце и только звёздыНад повинною головой.
Голубь
Эксперимент «Найдут ли голуби дорогу…?»В закрытом кузове, в крутящемся бочонкеЗабросят за тридевять поворотов,На все четыре стороны отпустят…Чужое небо наполняет страхомЗакруженную голову и сердце.В каком краю родная голубятня?Не разглядишь. Не спросишь. Не поймёшь.Но рано или поздно… Очень поздно,Когда уже ничто нельзя исправитьВ твоих научных обо мне отчётах, —Я – долечу и проворкую: жив!
Отменённые
Отменённые
Выходи и не бойся дохнувшего с югаАроматного ветра, – предвестника мая…Нам судьба навсегда отменила друг друга,Как диспетчер снимает с маршрутов трамваи.Нас с тобой подменили на двух бессердечныхСверхразумных существ, не похожих на прежнихЧудаков, убеждённых, что время не лечитСумасшедшую страсть и безбрежную нежность.Даже если друг другу приснимся, – проснёмсяИ забудем мгновенно свои сновиденья,Заглядевшись на мирно встающие солнца,Наши разные солнца в мирах параллельных.Оградившись забвеньем от всякого риска,По путям до депо прогуляйся под вечер.Может быть, передаст тебе эту запискуОтменивший меня в твоей жизни диспетчер…
«Похожие мы люди…»
Похожие мы люди,Как два чертёнка в омуте.Но, я Вас не забуду,А Вы меня не вспомните.
«Поле зёрнами снова засеяно…»
Поле зёрнами снова засеяно,Жизнь диктует законы свои…А давайте, подружимся семьями,Словно не было нашей семьи?!
«…Рассудок лишнего не клянчит…»
…Рассудок лишнего не клянчит,Но сердце просит перемен.…Ты нарисуешь одуванчик,Тому, взлетевшему, взамен,И время траченное мольюСвернёшь в комок, в комод швырнёшь,И всё, что ненароком вспомнишь,В седьмую степень возведёшь.
«Не встретимся. Огромный город…»
Не встретимся. Огромный городМне не устроит этот шанс.На эскалаторе: ты – в гору,Я – вниз, не поднимая глаз.И, даже не подозреваяО той случайности, – ни я,Ни ты свой шаг не замедляем:Работа, общество, друзья.Мелькают лица, лица, лица,Печаль – песчинкою ко дну.Но… ночью ты мне снишься, снишься,И я не знаю, почему.
Не дождь
Можно было подумать, что это дождя перезвон,Или прямо под окнами действует кузница гномов, —Вот как бились сердца! Мы друг к другу рвались напролом,Превращаясь в горячие вихри весенних циклонов.Город знал, что причуды погоды – зависят от нас.Он за нами следил и пытался понять наши планы:На сто лет ли, на месяцы, или всего лишь на часИз-за нас, небожителей, должен он жить на вулкане.Как хотели вращали планету. Крутили как мяч,Семикратно рассветы, зениты, закаты ускорив……Если вдруг, я найду и надену тот серенький плащ,И приеду в от нас не зависящий более город, —Ты узнаешь меня? Ты захочешь ко мне подойти?Ты решишься признаться, что помнишь, как радостно былоЗнать, что это не дождь, и не гномы, а сердце в грудиБарабанит, вещая о том, что оно – полюбило?
«Белый ты волк с душой кошачьей!»
Белый ты волк с душой кошачьей!Майская ночь тебе нашепчет ли,Как я в подушку тихо плачу,Или смеюсь как сумасшедшая?Если нашепчет – не верь… не надо!Так и скажи ей: изыди, подлая!Повода нет! Просто ветер с яблоньЗвёзды сдувает и сыплет под ноги…
Важно
А помнишь как сирень цвела вчера?Она цвела. И это было важно.Давай о ней кому-нибудь расскажемПотом, когда закончится игра,В молчанки. Ты, наверно, победишь.А я не пожелаю взять реванша.В моём молчанье слишком много фальшиИ я пишу стихи, когда ты спишь.Ты победишь, душа твоя – кремень.А у меня из олова и меди.Давай обеим им после победыРасскажем про вчерашнюю сирень?Пускай они, бессмертные, поймут,Как важно, что в тысячелетье третьемНа приютившей путников планетеСирени иногда ещё цветут…
Перпендикулярные прямые
Годы словно волны, – след размыли,Парус упорхнул, маяк погас.Перпендикулярные прямыеМогут пересечься только раз.Далее, – как будто в параллелях, —Встречи не предвидится вовек.Стань же хоть немножечко круглее, —Просит эту Землю человек.День и ночь бормочет ахинею,Словно потерявший разум Лир:Стань же хоть немножечко теснее, —Тихо уговаривает мир.Отвлекает занятого бога,О каких-то глупостях молясь:Начерти мне, Господи, дорогу,Так, чтоб эта мука прервалась!Годы, словно волны ОкеанаЖизни, высотою в Эверест,Бились в побережье… Видно, мало!Что-то сохранилось, что-то есть…Именно поэтому на милостьБожию надеяться не смей!Дабы ты опять с пути не сбилась, —Не пересечёт Господь путей.
Щипок
Ущипнула себя за запястье, —Обернулся щипок синяком.Ну, какое же всё-таки счастьеУбедиться, что это не сон.Столько лет, (перемножь их на ночи,И узнаешь как жизнь коротка),Я надеялась очень-преоченьОщутить эту боль от щипка.Столько раз, не почувствовав боли,Я ресницы сжимала сильней,Чтоб иллюзия встречи с тобоюНе покинула веры моей…Столько раз этот сон выжигалиВосходящего солнца лучи,Чтоб никто меня в жизни реальнойВ сумасшествии не уличил.Пальцы крепкие. Кожа упруга.И нежна, и ужасно тонка.Потираю болящую рукуС сокровенным пятном синяка.…И упрямо сжимаю ресницы,Понимая, что есть в том резон:Даже если ты мне не приснился, —Всё равно, всё равно это сон.