Чтение онлайн

 В Великолукском архиве среди множества рукописных книг посчастливилось обнаружить реликвию: "Метрическую книгу" погоста Пошивкино за 1839 год. В этом фолианте, в полпуда весом, на 1384-й странице и таилась историческая запись, подтверждающая, что Модест Петрович Мусоргский родился 9 марта 1839 года. Однако при детальном знакомстве с книгой выявилось, что сообщение в "Русской музыкальной газете" было сделано не "на основании подлинных актов", так как в сравнении с вновь найденным документом обнаружились ошибки и неточности. В частности, перепутаны имя и отчество деда композитора, неправильно названо село Карево, искажена фамилия отца Модеста, пропущена буква в фамилии священника, не указан третий участник крещения - пономарь Василий Федорович Бабинин, чьей рукой сделана запись о рождении. Эти ошибки и неточности, а их восемь, повторялись и повторяются во всех публикациях о Мусоргском. Однако это не вина неизвестного нам Б. Д. Тюнеева - ему надо отдать должное как первооткрывателю. Оказывается, с настоящей метрической книги Одигитриевской церкви была снята книга-копия, и все ошибки допустил переписчик. Кроме ошибок в общеизвестной по публикациям "выписи о рождении" таилась загадка, которую никто из биографов композитора не объяснял. Непонятно было, почему крещение совершал священник Рождества-Богородицкой церкви, тогда как в Пошивкине церковь Одигитриевская?

 Теперь по документам Великолукского архива, воспоминаниям старожилов, родственников Мусоргского можно восстановить день рождения в Кареве, такой знаменательный для мирового искусства.

 После рождения четвертого сына Петр Алексеевич послал нарочного в "чужой" погост Жисцо известить о радостном событии священника. Хлопоты эти были вызваны тем, что священник Одигитриевской церкви, Матвей Логинович Кириллов, скончался. Нового пастыря еще не назначили, и его обязанности временно исполнял священник погоста Жисцо Рождества-Богородицкой церкви Александр Наумович Серебреницкий.

 Погост Жисцо был виден из окон дома Мусоргских в Кареве, так как стоял на таком же высоком холме с правой стороны Жижицкого озера. По летней дороге вдоль озера от погоста до Карева было двенадцать верст, а зимой, как говорится в "Клировых ведомостях", "по санному пути - всего пять".

 Согласно записи, "таинство крещения" состоялось на четвертый день после рождения. А где же свершался обряд? Во всей литературе ответ единый - в Одигитриевской церкви. Однако последние сведения, полученные от старожилов родины Мусоргского, убеждают в другом. И думается, можно верить тем, кто связан Родством с участниками знаменитого крещения. Борис Иванович Боровко, правнук пономаря Бабинина, чьей Рукой сделана запись, ныне живет в городе Новосо- Кольники. Он бывший журналист, сейчас на пенсии, во время Отечественной войны был летчиком-штурмовиком, участвовал в Параде Победы. Б. И. Боровко передал музею кресло из усадьбы Мусоргских, которое сохранил в лихие годы его отец.

 Александра Ивановна Прокошенко, коренная жительница Карева, ныне пенсионерка, в молодые годы пела на клиросе в Одигитриевской церкви, ее дед хорошо знал Модеста Петровича Мусоргского. Юрий Михайлович Горский - коренной житель погоста Жисцо, Его отец и дед были священниками. Юрий Михайлович тоже пенсионер, полвека проработал шофером, участник Отечественной войны. Удивительно, но он сумел сохранить не только старые фотографии, но и древнюю купель из церкви погоста Жисцо. Не исключено, что именно в этой купели и был крещен Модест.

По рассказам этих и других старожилов и из церковных документов выявилось, что зимой в Одигитриевской церкви, в главном большом престоле, богослужения и обряды не проводились, так как он числился "холодным". Отапливался только небольшой придел, и то не каждый день - экономили дрова. Поэтому в холодное время в церкви крестили редко, а к состоятельным крестьянам и в первую очередь к помещикам священнослужители ездили совершать обряды прямо домой со всей необходимой утварью. Александру Наумовичу Серебреницкому ехать в Карево было даже ближе, чем в Пошивкино. Сюда же, в помещичий дом, к назначенному сроку подъехали дьячок и пономарь.

 Юрий Михайлович Горский слышал от отца и сам помнил, что крестьяне присылали за батюшкой лошадей, а летом лодки - приход весь у озера, жили рыбаки и на островах. Еще один довод, что крещение состоялось в доме: недавно выяснилось, что в 1839 году день рождения Модеста 9 марта приходился на четверг, а крещение 13 марта - на понедельник, то есть день, когда в церкви служба бывает редко.

 Татьяна Георгиевна Мусоргская рассказывала, что зимой приглашали в имение церковнослужителей и посылали за ними кучера, а после крестьбин устраивали праздничный обед.

 Крещение Модеста совпало с великим постом, но в хлебосольном каревском доме нашлись постные закуски и для церковного причта, и для гостей.

 В архиве обнаружен своеобразный дневник - "Сведения об Одигитриевской церкви", где священник Иоанн Белавин рассказывает о разных обрядах, в том числе и о крещении в своем приходе. "После совершения крещения устраивается родителями обед для восприемников... за этим обедом необходимо должна быть гречневая каша; в это время восприемники кладут деньги, как они выражаются, "на кашу", деньги эти поступают в пользу повивальной бабки, притом восприемник дает еще деньги, по ходячему выражению, "на зубок" младенцу..." Восприемниками, или, как принято называть, крестными, в этот раз были дед по матери Иван Иванович Чириков и бабушка по отцу Ирина Георгиевна Мусоргская.

 Прежде чем дать имя младенцу, вероятно, состоялся большой разговор, а возможно, и спор. Иван Иванович был бы рад, если бы внука назвали его именем. Ирине Георгиевне опять же хотелось увековечить память мужа - Алексея. Однако мать и отец, похоронив уже двух Алексеев, боялись вновь испытывать судьбу. А священник обязан был дать имя согласно святцам...

 О том, как тогда выбирали имена новорожденным, писал В. Г. Короленко: "В нашей семье был обычай - не обижать святых и давать имена по святцам: какой святой приходится в день рождения - того и приглашали в покровители. Таким образом, отец мой получил имя Галактиона, его брат попал на созвучного святого и всю жизнь щеголял редким именем Никтополион. Мои братья получили Юлиана и Илариона, и, родись я в день святого Псоя, то быть бы мне Псоем Короленко. К счастью, я родился на Владимира, одного из благозвучных и приятных святых..."

 Будущий композитор родился в самый богатый для выбора имен день "сорока севастийских мучеников". Все они значатся в святцах, и среди них есть редкие: Кирион, Евноик, Смарагд, Вивиан, Дометиан, Сакер- дон... Немало имен и обиходных: Александр, Афанасий, Кирилл, Илья, Николай... Но родители захотели назвать мальчика Модестом. Почему?

 Литературный критик Валентин Курбатов высказал по этому поводу такое предположение:

 - Матери не хотелось выбирать из имен мучеников, чтобы как-то оградить ребенка, укрыть хоть семантикой имени от взгляда судьбы, которая унесла двух ее детей в младенчестве.

 Модест в переводе с латинского - скромный. Разумеется, в тот момент никто не думал, не гадал, что новокрещенный прославит на весь мир не только свое имя и фамилию, но и русскую землю, на которой родился.

 Однако кто же допустил ошибку в дате о рождении? Конечно, зарегистрировать ребенка за шесть дней до его появления на свет священнослужители не могли. А после крестьбин Модеста в этом же месяце записаны еще двое крестьянских детей: Матрена из деревни Корнилово (родилась 14-го, крещена 17-го марта) и Никита из деревни Белавино (родился 23-го, крещен 26 марта). Запись делалась после каждого крещения и удостоверялась подписями трех священнослужителей. В конце же марта подведена черта, и под ней запись: "Свидетельством показалось, что в марте месяце родилось мужского пола - 2, женского - 1". И снова подписи священника Александра Наумовича Серебреницкого, дьячка Тимофея Яковлевича Бабинина и пономаря Василия Федоровича Бабинина. Надо учитывать, что записи в церковных книгах строго контролировались.

 Еще есть один довод в пользу тех, кто регистрировал новорожденного. В "Метрической книге" с левой стороны наискось произведены две дополнительные надписи в 1846 и 1847 годах. Они - о выдаче копий о рождении Модеста. Брал их отец композитора, и теперь они подшиты в "Дело о дворянстве Мусоргских". И в этих документах день рождения - 9 марта. Отец композитора не опротестовал эту дату - значит, был согласен. Так откуда же взялось загадочное число 16 марта? Татьяна Георгиевна Мусоргская высказала такое предположение: "Раньше праздновали и отмечали не день рождения, а день ангела".