Чтение онлайн

— Вы не готовились? — вдруг спрашивает он.

— Готовилась.

— Ну тогда пишите, время идёт.

Кручу ручку в пальцах, но мысль не идёт. Слышу, как преподаватель отходит в сторону, а затем вижу, что он скрывается за стеллажом. Дрожащими руками достаю телефон, кладу его на колени и пытаюсь найти что-нибудь в интернете. Сердце бешено колотится. Не могу сосредоточиться. Если Даниил Александрович вернётся сюда и застанет меня за списыванием, то можно попрощаться с допуском к экзамену. Найдя нужный ответ, быстро хватаю ручку и пишу с такой скоростью, с которой могут это делать мои трясущиеся пальцы.

Я не верю в свою удачу. Неужели он решил помочь мне и позволить списать? Другого варианта не вижу, потому что в противном случае преподаватель стоял бы надо мной как коршун.

— Катерина, — раздаётся голос Даниила Александровича, а я поднимаю глаза.

Он стоит около стеллажа и смотрит прямо на меня. Руки сложены на груди. Взгляд настолько недовольный, что хочется сжаться в комочек или испариться. Преподаватель подходит ближе. Я слегка двигаюсь, чтобы спрятать телефон, но, кажется, уже поздно.

— Думаю, на этом контрольную можно и закончить, — проговаривает он с явным раздражением.

— Что? Почему?

— Не прикидывайтесь, — Даниил Александрович оказывается совсем близко. — Насколько успели списать, то вам и поставлю.

— Но я…

— Без «но», — он забирает мой листок, но не отходит.

Я кладу телефон обратно в карман и встаю, но выбегать с позором отсюда не спешу.

— Возможно, вам стоило бы готовиться в свободную минуту на работе, а не тратить время на пустые разговоры непонятно с кем, — его очередная претензия разносится по кафедре как гром во время дождя. Слишком неожиданно.

— А вам стоило бы меньше приставать ко всем студенткам, что попадаются под руку, — выпаливаю я, не подумав, но забирать свои слова назад не собираюсь.

Даниил Александрович удивлённо вскидывает брови и замирает на несколько секунд.

— К кому я приставал?

— Сначала я, потом Оксана, — хватаю сумку, чтобы уйти отсюда в любой удобный момент.

— Оксана? При чём тут она?

— Теперь прикидываетесь вы, — я хмурюсь. — Я всё видела на паре. Не понимаю, почему остальные не заметили этого.

— Даже я не заметил этого, — преподаватель вздыхает. — Может, это значит, что вам показалось?

— Нет.

— Да и к вам я тоже не приставал.

— Да ладно? — вскрикиваю от возмущения. Как он может так нагло врать?

— Не кричите.

— А то что? Все узнают, что вы целуетесь со студентками? — шёпотом спрашиваю я.

— Не со студентками, — Даниил Александрович как-то грустно вздыхает. — Со студенткой.

— А что это вы так? Остальных поцеловать пока не успели? — щурюсь, смотря ему прямо в глаза.

— Да не хочу я больше никого целовать, — резко восклицает он, хмурясь.

Мы оба замираем. Пытаюсь переварить его слова. Даниил Александрович вообще больше никого целовать не хочет или никого, кроме меня? От этой мысли почему-то болит где-то в груди.

— А по вам не скажешь, — ядовито бросаю я.

Мне кажется, или это становится похоже на сцену ревности? Сжимаю челюсть. Преподаватель продолжает молчать. Он лишь хлопает глазами. Не ожидал, что я раскрою его план?

— Думали, я не догадаюсь? Пришли тут такой красивый, серьёзный. Думали, все студентки упадут к вашим ногам? — подхожу чуть ближе к нему, а потом тыкаю указательным пальцем себе в грудь. — Я не собираюсь этого делать. Идите целуйте других и перестаньте цепляться ко мне.

Даниил Александрович всё ещё молчит. Мне становится неловко. Закрываю рот. Мы смотрим друг на друга. Преподаватель дёргается в мою сторону, но я делаю шаг назад. Неужели опять хочет поцеловать? Он встряхивает головой, словно приводя мысли в порядок.

— Мне нужен допуск к экзамену, — тихо говорю я. — В ваших же интересах дать мне ещё один шанс, иначе я расскажу…

Даниил Александрович просто затыкает мне рот поцелуем. Он хватает меня за талию и притягивает ближе к себе. Мозг буквально кричит мне, чтобы я сопротивлялась, но вместо этого почему-то цепляюсь руками за его шею и поднимаюсь на носочки. В голове взрывается фейерверк из мыслей, который сразу же куда-то исчезает. Под его напором я медленно шагаю назад. Даниил Александрович запускает руку за мою спину и скидывает со стола все бумаги, а потом, сильнее сжав мою талию, сажает меня на освободившееся место. Я тену его на себя за воротник пиджака. Внутри всё сжимается. И почему я не сопротивляюсь?

Преподаватель вдруг отстраняется. Открываю глаза и встречаюсь с его взглядом. Он не отходит. Я всё ещё держусь за его плечи. Сначала долго молчим, но вскоре Даниил Александрович наконец-то решает заговорить:

— Я так больше не могу, — он громко вздыхает, выпускает меня из объятий и отходит на пару шагов назад. — Вы… Просто…

Очень странно видеть его таким. Растерянным и, кажется, смущённым. Обычно Даниил Александрович словно невозмутимая скала, которая умеет только грубить, но сейчас он выглядит таким беззащитным.

— Вы же говорили, что больше никого не хотите целовать, — слетает с моего языка прежде, чем я успеваю подумать.

— Кроме тебя…Чёрт… — преподаватель отворачивается от меня и запускает ладонь в волосы.

Вижу, как поднимаются его плечи, и слышу глубокий и медленный вздох. Я вскидываю брови. Почему он это говорит? Зачем?

— Мне, наверное, пора, — наконец-то спрыгиваю со стола и поправляю кофту.

Спотыкаюсь обо что-то и только сейчас замечаю, что уронила сумку на пол, поэтому быстро поднимаю её и уже хочу уйти, но Даниил Александрович хватает меня за запястье.

— Стой.

Я замираю на месте. Не понимаю, что чувствую. Знаю, что лучше уйти, но сердце просит остаться. Медленно оборачиваюсь и смотрю на него. Тёмные глаза, кажется, стали немного светлее. Они глядят прямо на меня. Нервно сглатываю. Что ещё он от меня хочет? Я совсем ничего не понимаю.

— Что? — единственное, что я кое-как могу выговорить.

— Не говори никому, хорошо?

Обида пронзает сердце толстой иглой. Неужели я ожидала чего-то другого? Признания в чувствах? Да он, похоже, даже не знает, что это такое. Сбрасываю его руку со своей, а потом сжимаю кулаки.

— Почему? Хотите и дальше безнаказанно целоваться со всеми студентками?

— Да ни с кем я больше не целовался! — вскрикивает Даниил Александрович, хмурясь.

Что ж, вот и вернулся старый добрый преподаватель-злюка.

— Ну тогда и со мной не надо было, — бросаю я, крепче сжимая лямку сумки в ладони.

— Я пытался.

Мои глаза округляются. Он опускает взгляд в пол, как провинившийся мальчишка. Почему мне хочется пожалеть его? Я глубоко вздыхаю и усаживаюсь на стул. Не могу уйти. Не могу его оставить. Голова противится этому, но решаю послушать голос сердца. Даниил Александрович медленно поднимает голову и смотрит на меня. Мы молчит. Я не знаю, что говорить, а он, кажется, пытается подобрать его слова.