Чтение онлайн

— Мы полагаем, в Аддис-Абебе, синьор контр-адмирал — сказал директор Манфреди — его укрывает фонд гуманитарных операций, который является одним из ответвлений Организации Африканского единства. А вы знаете, что это такое — крыша для работы германцев и буров по всей Африке.

— Это же самое я могу узнать из газеты. Так вот, господа, выводя оперативника на давно внедренного агента, вы подвергаете оперативника излишнему и неоправданному риску. Агент может быть перевербован местной контрразведкой, и итогом будет крах всех наших планов на самом начальном этапе. Как и получилось.

— Но синьор, Або Доронго относился к категории А, сотрудничал с нами с самого начала. Он идейный, генерал вырезал всю его семью, он из клана Йибир и не испытывает большой любви ни к хабр-гадир ни к абгаалям. Он поставлял ценную информацию.

— Он мог быть под контролем, и сам не подозревая этого, африканцы слишком тупы, чтобы играть в подобные игры. Ничем иным я объяснить провал не могу. С той стороны — против нас играют германцы и надо всегда это помнить. Продолжайте.

— Так точно. Агент Паломник успешно прошел границу, это зафиксировали съемкой с беспилотника. Потом он подал сигнал о том, что успешно прибыл на конспиративную квартиру. Больше на связь он не выходил. На следующий день, ближе к вечеру — мы послали агента проверить, что происходит. Он успешно прошел границу, и сегодня утром передал информацию о том, что на Берлинерштрассе, там, где жил Або Доронго была серьезная перестрелка, которая была пресечена появлением солдат абиссинской армии. Дом полностью сгорел, торговец Доронго убит. На базаре — говорят об очень серьезной перестрелке ночью и как минимум десятке убитых. В город прибыла рота германских африканских стрелков при поддержке двух бронетранспортеров, меры безопасности усилены — это мы установили при помощи беспилотника и камер боковой съемки.

— А Паломник?

— Про судьбу Паломника неизвестно ничего.

Контр-адмирал издевательски хлопнул в ладоши.

— Поздравляю, синьор директор. Это и есть самая главная новость сегодняшнего дня. Задание сорвано, агент потерян, вероятно, погиб.

Если человек попадает в такую неприятную ситуацию — больше всего, ему хочется, чтобы что-то произошло. Зазвонил телефон, ворвался человек с известием о том, что германцы вторглись и наступают на Могадишо, взорвалась заминированная машина на улице. Директор Манфреди молил о вмешательстве свыше — и, видимо Господь услышал молитвы. Все-таки, директор Манфреди был не таким плохим человеком. Пусть и непрофессионалом.

На поясе — задергался переключенный на вибровызов пейджер. Они здесь были у всех — и у самих африканцев, и у итальянцев и у сотрудников спецслужб. Разница между пейджером и мобильным телефоном в том, что первый дешевле и его местонахождение невозможно отследить. А это для сотрудника спецслужб — очень важно, тем более если учесть что Италия не имела прямого доступа ни к англо-американскому Эшелону ни к русско-германскому Неводу.

— Извините, сэр. Вызов по коду «Милан».

Расправа на какое-то время откладывалась, может быть навсегда. Большие начальники — в основном склонны к принятию жестких решений импульсивно, под влиянием раздражения и желания наказать хоть кого-то и хоть как то. Если потянуть время — страсти улягутся и можно рассчитывать на более мягкое наказание или вообще получить лишь словесное внушение.

Быстрым шагом директор Манфреди вышел из комнаты, в коридоре и вовсе перешел на неуклюжий, подпрыгивающий бег. Он был уже взрослым, даже пожилым человеком — и ему совсем не приятно было получать ушат помоев на голову, да еще в присутствии других людей. Он считал, что все сделал правильно, и операция сорвалась в результате неожиданных осложнений, которые бывают в работе всегда. Такова работа и с этим ничего не поделаешь. Может быть, сам того не заметив, прокололся Паломник, может быть — Доронго, проходящий в разведсводках как «Марабу». Такая у них работа, нужно делать выводы и идти дальше.

Он махнул карточкой пропуска перед двумя карабинерами, охранявшими даже внутри охраняемого периметра центр связи от посторонних, вломился внутрь. Что-то ему подсказывало, что черная полоса заканчивается и начинается белая.

— Манфреди. Мне нужна связь с объектом Милан. Срочно!

— Да, синьор.

Связь быстро установили. С той стороны — оператор явно ждал на приеме.

— Джованни, это директор. Что там у вас произошло?!

— Синьор директор! — аппаратура не просто модифицировала голос, а заменяла его на искусственный, но даже так директору показалось что в электронном голосе проскальзывают нотки торжества — только что мы провели сеанс связи с Паломником!

— Что?! Он сообщил код идентификации?!

— Да, синьор директор. Я лично проверил все — процедура связи соблюдена до последней мелочи. Это действительно Паломник. Он сообщает о том, что уцелел и намерен ликвидировать Генерала в Аддис-Абебе. Он направляется туда!

— Что?! Ни в коем случае! Передайте ему приказ — пусть немедленно возвращается! Пусть возвращается, у нас где-то сифонит!

— Извините, синьор. Он сказал, что это последний сеанс связи. Он понимает, что идет утечка информации и потом обрывает все контакты. Он сказал, что так будет лучше…

— Передавайте приказ возвращаться! Кодом на основной и запасной частоте! Передавайте все время, слышите меня, Джованни! Все время!

Обратно, в зал для совещаний — директор не шел, а уже откровенно бежал. Ворвавшись, крикнул.

— Синьоры! Паломник жив и только что вышел на связь! Он продолжает операцию!

— Вот оно, синьоры.

Безликий, с напряженным лицом специалист по безопасности, прилетевший из Рима вместе с контр-адмиралом Бьянкомини посветил фонариком с сильным, остронаправленным лучом в темный зев системы вентиляции и кондиционирования здания. Все они — контр-адмирал, директор, капитан Манфреди — уставились на черную коробочку размером с небольшой магнитофон, как на злобную змею или отвратительное насекомое.

— Она работает? — едва шевеля губами, спросил контр-адмирал.

— Сейчас нет, синьор — так же шепотом ответил специалист — я включил скремблер.

— Давно?

— Мы обнаружили это пятнадцать минут назад и сразу сообщили вам.

— Как вы считаете, оно могло прослушивать комнату связи?

— Мы не вскрывали и вообще не трогали устройство, синьор, но полагаю, что да. Оно слишком большое и кажется мне многоканальным. Все комнаты, в которых есть выход системы вентиляции и кондиционирования могли прослушиваться.

— Твою мать… — не сдержался директор. Он понял, что информация о том, что Паломник жив — попала к врагу.

— Давайте выйдем отсюда! — сказал контр-адмирал и все трое — поднялись на первый этаж, в холл. В здании уже никого не было кроме дежурной смены.

— Можете сходить и по малому и по большому! — обратился контр-адмирал к охраннику — мы здесь подежурим!

Охранник перевел взгляд на директора — это было правильно, сеньор моего сеньора не мой сеньор — директор Манфреди кивнул. Охранник подошел к двери, проверил заперта ли она, потом удалился вглубь здания.

— Как эта дрянь сюда попала?! — требовательно спросил контр-адмирал.

Манфреди с ужасом вспомнил. И врать было бессмысленно — Кантарелла кстати тоже должен был это помнить.

— Синьор контр-адмирал, у нас на днях вышла из строя система кондиционирования, я вынужден был пригласить специалиста по починке.

— Какого специалиста? — продолжал допытываться контр-адмирал — вы его знаете? Работали с ним раньше? Он итальянец?

— Нет, сэр — обреченно сказал Манфреди — это был новый человек. Мы работали с ним в первый раз.