У Королевы любовник?
Шрифт:
— У меня достаточно оснований быть уверенной в отсутствии беременности, но в ближайшее же время обязательно уточню сей момент проверенными способами.
— Надеюсь, твои суждения подтвердятся, — проговорил Эстер, — потому что иначе план придётся корректировать.
— Хочешь сказать, преемник всё же в наличии? — обрадовалась я. Это ведь отличная новость! Никакого интима с Жермиеном! Ура!
— Да. Теоретически, — обломал мои восторги Эстер.
— Это как понимать? Преемник либо есть, либо его нет. Вы ещё не договорились с ним, что ли? Сразу скажу, если речь о Жаклин, жене моего старшего брата и сестре-близняшке почившего Жан-Люка, то ничего не выйдет. Она вряд ли согласится. Хотя… — Я задумалась. Это в борьбе с Жермиеном, младшим братом, она не даст спуску, а если ей предложат сесть на трон Ранеции… Да, тут существуют варианты.
Эстер кусал губы, явно решая, сколько стоит рассказывать. Я закатила глаза. Ну, и смысл мне не доверять?
— Так это Жаклин? — уточнила я. Виконт поднял на меня испытующий взгляд, но промолчал. — Ты мне не доверяешь? Думаешь, я сдам узнанное Жермиену? Это вообще не в моих интересах. Я даже успела научиться ставить звуконепроницаемый кокон, чтобы никто не подслушал. При встрече готова поклясться, что я не двойной агент. Ну, ладно, — вздохнула, — пока можешь не говорить. Но после клятвы уж будь добр расколоться! Для меня это важно, чтобы понимать, как действовать дальше.
— Двойной агент? — Эстер вскинул бровь.
— Шпион, который работает на обе стороны, — пояснила я. Неужто в этом мире нет такого понятия? Или слова “агент”... Да есть же! Агент разведки, Сиенна читала о подобном в каком-то романе. Там он главным негативным героем был, антагонистом.
— Ясно, — усмехнулся виконт. И улыбка его стала такой, словно он вспомнил что-то приятное, — хорошо, клятва была бы уместна. Я поклянусь тебе про теневое оружие, ты мне про свои мотивы, — как-то мечтательно проговорил Эстер. Уж не о… поцелуе ли подумал? — И нет, не Жаклин. Как мать дофина Листрии…
— В Листрии не употребляют это слово. Наследника, — поправила я.
— Нет разницы, — отмахнулся Эстер. — В любом случае магия Ранеции её не примет, как законную Королеву, она уже родила будущего правителя другой страны, а следом вообще одарённую дочь. Да и предпочтение всегда наследникам мужского пола.
— Но в монаршем роду Ранеции нет никого подходящего, никакого пола… Он вообще на нынешнем Короле обрывается, даже дальних родственников не найти. Тогда кто же сядет на трон?
У Жермиена таки в наличии бастард? Или у его отца? А может… вообще у Жан-Люка?! Тот был очень молод, когда погиб, разве мог успеть? Хотя сестричка ведь его справилась в шестнадцать…
Однако, если мне не изменяет память Сиенны, бастард, который имеет хотя бы шанс стать правителем, должен — помимо отсутствия лучших кандидатов — быть сильно одарён и как-то там по-особому мотивирован. Но ладно мотивация — дело наживное, проблема скорее в одарённости. Ведь маги в последнее время рождаются только у любящих друг друга родителей, причём, у обоих должен быть хотя бы спящий дар. В противном случае и у ребёнка он будет спящим. Эдакий местный тест на чувства, пусть и не стопроцентный. Раньше подобного расклада не было, так сложилось со временем, буквально за одно-два поколения после последнего прорыва.
Что мы имеем по итогу? Дар спит у большинства монарших семей по всему миру, в том числе и в Ранеции. Наказание за договорные браки. Хотя прошлый Король Ранециии любил жену, наверное, судя по слухам... Но в ней самой даже спящего дара нет, так что у детей их не было шансов родиться полноценными магами, близнецам вот, разве что, повезло перенять спящий дар от отца. Про Жермиена я не в курсе.
Зато в Листрии уже третье поколение буквально чудо случается. Отец Адамиена с даром, сам Адамиен тоже, как и двое его старших сыновей от Валенсии: Аурелион и Виделион. Дальше не срослось, видимо, потому, что у Валенсии потенциал кончился, в ней-то магия спит. Что они с Адамиеном до сих пор души друг в друге не чают, как по мне, факт, посему дело в ином. Даже Жаклин и Аурелион полюбили друг друга, о чём явно свидетельствует наличие дара у их второго ребёнка. Что интересно, не у первого, который наследник…
— Сиенна, — вырвал меня из размышлений голос Эстера, — лучше тебе пока не знать, кто преемник. Серьёзно, это безопасней для тебя же.
И так он внушительно это проговорил… Мне живо вспомнилась неуёмная тяга своей прошлой журналистской сущности к тайнам и секретам. Именно она довела меня однажды до смерти дождливом закоулке. А на ошибках, тем более своих и таких существенных, я предпочитаю всё же учиться, а не игнорировать их. Поэтому сразу согласилась:
— Ладно, верю. Пусть будет по-твоему. Тогда давай перейдём к тому, что мне стоит знать.
Глава 11
Сиенна продолжает меня удивлять. С завидной периодичностью и всё сильнее с каждым разом. Я не врал, когда говорил, что не знаю, чего от неё ожидать. Впрочем, называть эту девушку Сиенной было бы неправильно. Но как иначе? Я не знаю, так что сделаем допущение. Однако настоящая Сиенна следовала бы всем известным канонам поведения аристократки, тем более принцессы. Уж точно не продемонстрировала бы мне и единой завитушки своей кружевной сорочки… Как не стала бы бегать босиком по саду и таскать меня по кустам.
— Так быстро согласилась? — не удержавшись, засмеялся. — Я уж было готовился к словесной баталии!
— Во мне достаточно благоразумия для того, чтобы понимать: некоторые вещи лучше не знать или знать о них как можно меньше, если хочешь дольше прожить, — фыркнула она, мило сморщив носик. — Но заканчивай уже уходить от темы. Я жду ценных указаний о моей роли в свержении Короля.
— Думал уточнить, как ты так быстро овладела коконом… — хмыкнул я на это, ведь и правда интересно, только ж днём рассказал о возможностях воздушнйо магии, — но опять буду обвинён в увиливании, потому в другой раз. Перехожу к сути. Первым делом нам нужно узнать, каким образом Жермиен общается… — Эм, а стоит ли говорить ей про тень? Есть сомнения. И они скорее не в том, что она сольёт Королю информацию, а в том, как сама отреагирует. Сможет ли продолжать вести себя обычно с ним, зная такой вот нелицеприятный и пугающий факт? Сиенна сомневается в моём доверии, но я волнуюсь не об этом. Скрою пока что, — кое с кем. Считай этого кое-кого вражеским агентом. Для успешного свержения необходимо прекратить их общение, оборвать канал связи. Ну, и разузнать побольше перед этим.
— И как я должна найти этот канал, если даже не знаю, с кем он общается? Может, хоть примерно намекнёшь? Вроде того, маг ли он. Какого пола?
— Маг, — ответил я, ибо колдун и маг — суть одно и тоже. Хотя Орден предполагает, что там не кто-то конкретный из другого мира, а целая стихия, если можно так выразиться, или сила, магия. Сама тень. Только никто толком не может пояснить, с какого перепугу она самолично занимается вопросом открытия врат, которые нужны именно колдунам. Настолько осознанная сила? По мне это звучит крайне сомнительно, но чувствую, что от меня многое скрывают, потому полностью отрицать возможность не берусь. Спасибо, что вообще посвящают хоть во что-то. — Пол… Это значения не имеет.
— Мужской, — без вопросительной интонации сказала Сиенна. Уверенно так, что я нахмурился. На её месте стоило бы предполагать, что связным является девушка, учитывая любвеобильность Жермиена. — Я слышала… — продолжила Королева, — однажды случайно подслушала обрывок фразы, когда заходила к нему в покои. В тот день ты ещё ко мне на балкон залез.
О, как! Интересно!
— Что конкретно ты слышала? Это может быть очень важно.
— Говорю же, обрывок фразы только. Что-то про страдания, которые Жермиен кому-то обещал. Собеседник, мне показалось, что дряхлый шипящий старик, был недоволен.