Чтение онлайн

– Туда! – отдан приказ сзади.

Коляска загудела и осознанно направилась в гущу неизвестных событий. Толпа сразу расступалась, завидев неожиданный локомотив, рвущийся только вперёд: женщины ахали, провожая взглядами сожаления Нину Петровну, мужчины посвистывали, изучая диковинный транспорт, а ребятишки хохотали и пытались на велосипедах и самокатах перегнать «повозку с бабушкой», как они кричали. У них получалось.

«Спортивная неделя для семей! Сегодня в программе четверга: мастер-класс по вышивке с бабушками, выжигание по дереву с дедушкой, прыжки в мешках с мамой и папой. Не пропустите! Есть призы! Запись у фонтана».

Большой стенд красовался прямиком на входе, и Матвей скоропостижно промчался дальше, чтобы Нина Петровна не успела прочитать содержимое. Он почему-то догадывался, что женщина не прочь потрясти стариной и разжечь в себе бывалое чувство конкуренции. Вот только самому Светлицкому колоть пальцы совершенно не хотелось.

Маленькая концертная программа с аниматорами осталась позади и, кажется, пора выдохнуть. Но…

Хитрый смешок заставил табун мурашек пробежаться по затылку. Матвей сглотнул и медленно повернул голову.

– Фонтан в другой стороне. Запись же там? – кто посмел усомниться в скорочтении Нины Петровны? Получайте сполна.

– Молю, давайте просто посмотрим! Мне вообще не хочется.

– Матюша, не бегай от мира. С людьми надо взаимодействовать и учиться преодолевать… Стой-ка, сейчас, – сморщенными ладошками она взяла недавно купленную газетку и через плевок нашла нужную страницу со счастливыми фотографиями, – Зону комфорта… Вот, тут женщина без руки покорила Эльбрус. Ах, молодая и счастливая…

– Не уговаривайте, я пас! Не хочу быть кринжем.

– Кем? Это по вашему «проигравшим»?

– Да!

И на громком ответе, что категорично отказывался участвовать в любой лишней жизнедеятельности, под скрип колёс и гудение электроники, раздался вопль. Сегодня под таран попал не голодный барсук или мшистая коряга, авиатрон – так Матвей прозвал коляску Нины Петровны, отталкиваясь от латинского слова «avia» 3 , вызвал на бой одного из сильнейших противников на свете – закрученную на конце старушечью трость с головой орла.

Хищная птица лупила по низу так дико и противно, что от стука хотелось щипнуть руку её управленца и громко вскрикнуть: «Хватит!». Матвей попытался успокоиться и подумал, что старуха спереди сама догадается, что ещё удара три и можно официально признавать эти побои настоящей порчей чужого имущества.

Но хилая дама отчаянно плевала на желания какого-то наглеца, что чуть не наехал на её драгоценную тушку, выращенную под любовью отца и мамы, а вырастившую трёх сыновей и двух внучков. Один из них, старший, стоял рядом и слишком отстранённо наблюдал, как голуби воркуют, пыжа свои грудки. Светлицкий сначала подумал, что его ровесник чем-то болен и лишь потом он заметил один беспроводной наушник и лёгкое мотание белокурой головой.

– Хулиган мерзкий! – верещала старуха.

Пронзительный писк схож на последнюю агонию крысиного короля, да и незнакомая бабуля Матвею очевидно не понравилась: удлинённый вязаный сиреневый кардиган по краям уже облез нитками, белый платок закрывал почти весь лоб, а широкие штаны смешили и пачкались об землю. И если его бабуля, Нина Петровна, удивлённо хлопала глазками и поправляла спортивную кофту со стразами в виде сердечка, да и в целом, была приятна и интересна, то эта особа источала ту самую ненавистную молодёжи бабушкинскую желчь!

– Чего уставилось, отродье адское?! – конец трости опасливо приблизился к лицу начавшего вскипать парня, – Уму разуму не учили в школе? Да по тебе видно, что ты пьянь и урод! Тьфу! Проклинаю тебя и твою семью!

Обычно Матвей был рад, когда государство принимало новые законы против насилия и жестокости, но совсем изредка… Иногда и нечасто… Хотелось дать по голове некоторым личностям, чтобы они пришли в себя. Например, Мише из класса, что обожал цеплять на его рюкзак свои склизкие козявки или матери, когда она снова провоцировала на драку отца.

«Тише, это всего лишь злая бабка. Сейчас она успокоится и уйдёт. Это надо же быть такой… Сколько ей лет? А нас всё воспитывают, учат жизни. Я же успел затормозить, даже не задел её! Несправедливо! Ладно, пока попробую загадать желание между двумя бабусями, глядишь и сбудется», – прикрыв глаза, Светлицкий ожидал конца ада.

– Ей, Матюша, кто там так верещит? Мы в парке или в свинарнике? – Нина Петровна наклонилась вбок и пыталась рассмотреть причину долгой остановки.

На секунду злая женщина опустила свою трость и презрительно сузила глубоко посаженные глазёнки, облизнувшись.

– Вот те на! Петровна, ты, что ли?! Я твой голос никогда не забуду! Чайки и то приятнее орут, помнишь?

Пытаясь не попасться под горячую руку, Матвей мигом пересел вправо, чтобы открыть угол обзора своей не менее удивлённой боярыне.

– Задрипина, ты ещё живая? – рассмеялась Нина Петровна.

– Зарепина я! Я весь ваш гнилой цех переживу! Ты сама-то… Давно из своей халупы вышла? Мне Митька рассказывал, что тебя уж не слыхано, не видано. Я ещё обиделась, что ты меня на похороны не пригласила!

«И часто они шутят о своей смерти? Это нормально в их возрасте?», – эта мысль теперь не даст покоя его голове. Столкнувшись с внуком Зарепиной взглядами, Матвей надменно поднял голову, указывая, что его бабуля априори лучше. И откуда в нём появился этот дух соперничества?

– Да потому что твой бывший муженёк слепой и глухой! Как иначе объяснишь, что он тебя замуж позвал? Хотя мы с бригадой знали, что ты его приворожила! Ведьма!

– Ах, ты! Постыдись! Вон какого паразита воспитала! Он чуть меня не убил!

– И в чём же плохая новость? – не унималась давняя знакомая, продолжая тихо хохотать, – Это, светик, Любка Задрипина, из соседнего цеха на нашем БМЗ 4 . Я её парня-слесаря по молодости увела, вот она и ворчит на весь свет. Люб, а, ты уйди с дороги, мы на прогулке, а не в психушке, чтобы твои визги слушать.

– Сашка, Сашенька, – обратилась Любовь к внуку, дёргая за разноцветное худи с вырвиглазным принтом жёлтого цвета, – Вот, смотри, какие невежи пожаловали. Мотай на ус, как людям не повезло в жизни! Оборванец и вертихвостка, вот вам и встреча. Пойдём запишемся на соревнования, я тебе потом шоколадку куплю.