Чтение онлайн

— Аня, — окликнул он, когда девушка уже была на верхней ступеньке. Она обернулась через плечо. В полумраке гостиной, освящаемая лишь работающим телевизором, она была такой хрупкой сейчас. — Вы были правы. Эльвира Витальевна не справляется со своей работой.

Аня развернулась и спустилась на пару шагов.

— Вы жалеете меня.

— Вам нужна работа или нет?

— Конечно нужна!

— Так в чем проблема? Мне нужно, чтобы в доме была чистота, — он наклонил голову и подарил ей легкую улыбку. — И от завтраков я бы не отказался, вы все равно просыпаетесь раньше меня.

Ее глаза засветились, и Майков понял, что оно того стоило.

— Завтраки?

— Только без громкой музыки.

Он подошел к ступенькам и смотрел на нее снизу вверх. Аня смущенно убрала за ухо прядь волос, помотала головой, будто не веря, а потом спустилась к нему, задержалась на нижней ступеньке и, осторожно наклонившись, поцеловала в щеку.

— Большое вам спасибо, — их лица были так близко, что Игорь мог видеть тени от ресниц на ее щеках. — Честно. Вы не представляете, как много это значит для меня.

Ему захотелось прижать ладонью след от ее поцелуя, но нужно было взять себя в руки. Спешно спрятав ладони в карманы, Игорь прокашлялся.

— Я бы советовал вам заняться своим портфолио в свободное время. Помочь вам найти модель для фотосессии?

Аня выпрямилась, словно почувствовав барьер, который Майков только что выставил между ними.

— Нет, — сказала она и посмотрела в сторону. — Знаете, я думаю, что уже нашла модель.

— Правда?

— Да. Нашла сегодня, совершенно неожиданно для себя. Но спасибо за предложение.

Игорь сдержанно кивнул.

— Всегда пожалуйста.

Аня всегда была специалистом по танцам со шваброй, но эта песня сотворила с ней что-то невероятное. Ей хотелось прыгать и скакать, перепрыгивать с одного кресла на другое, изгибаться, делая вид, что швабра — это шест, а она профессиональная обольстительница в ночном клубе. Использовав округлый конец швабры как микрофон, Аня принялась подпевать исполнителю. Ей казалось, что делает она это крайне профессионально. Она надрывала глотку, вытягивая ноты, о существовании которых даже не знала, вкладывала душу в свое исполнения, искренне не понимая, почему Буся спрятался у Игоря в спальне, а не застыл на ступеньках в восхищении и изумлении.

В какой-то момент она так разошлась, что, скатившись по периллам лестницы вниз, наткнулась на изумленного Майкова. Причем, наткнулась совершенно ужасным образом — неуклюже врезалась носом в его грудь.

— Ой.

Она уставилась на мускулы, что были сейчас так близко к ее лицу. Ей вспомнился их поцелуй у бара. Честно говоря, этот поцелуй вспоминался ей с каждым днем все чаще и чаще, особенно тогда, когда Игорь говорил с ней о чем-то, и его губы шевелились. Его губы. О, Аня помнила их вкус, она бы никогда не смогла его забыть.

Майков и сейчас пошевелил губами, Аня зависла, глядя на них, и только спустя минуту поняла, что мужчина с ней разговаривает.

Она бросилась к столику, схватила пульт и быстро поставила музыку на минимальную громкость. Игорь выдохнул, словно его уши наконец-то освободились из плена врагов.

— Ура, — сказал он, сурово скрещивая руки на груди. Он напомнил ей того Майкова, которого она встретила в первый день знакомства. Ух, злыдень. А ей-то показалось, что они вышли на мировую. — Я ведь просил — никакой музыки. Я работаю.

Аня поковыряла пальцами кончик швабры.

— Я думала, что вас нет дома, — это было чистой правдой. — Я вас с утра не видела.

Если честно, ей было ужасно тоскливо одной за завтраком. Они уже несколько дней завтракали вместе, но сегодня он не пришел, и Аня расстроилась, потому что он не попробовал свежими ее фирменные блинчики.

— И куда же, по-вашему, я могу уехать в такую пургу? — Игорь показал ладонью за окно. Там мело так сильно, что не было видно ничего кроме белого полотна, повисшего над землей. — Дорогу замело.

— Правда?

— Да.

— Ох, ну простите, Ваше Величество, я буду иметь в виду, — ей жуть как хотелось расслабить его, заставить если не улыбнуться, то хотя бы немного выдохнуть. — У вас на носу желтая краска. Вот здесь.

Аня показала на свой нос. Игорь смешно скосил глаза и потер кончик носа пальцем, но краска не стерлась. Тогда девушка послюнявила палец и провела им по пятну, стирая его. Майков уставился на нее. Аня мгновенно опустила руки вдоль тела и застыла, испуганно глядя на мужчину.

— Где-то еще? — осторожно поинтересовался он.

Аня, почувствовав себя в безопасности, улыбнулась.

— Проще назвать место, где на вас нет краски.

Он был выпачкан весь. Немного белой краски в волосах, желтая и черная — на лице. Свитер был как палитра, и даже на джинсах нашлась пара пятнышек.

Игорь посмотрел на свои руки, потом на свою одежду.

— Кажется, мне нужно идти в душ.

— Вы снова писали картины всю ночь?

— Я не смотрю на часы, когда работаю.

Он присел на ступеньку, и Аня опустилась рядом. От него пахло красками, льняным маслом и немного растворителем. Она боялась предположить, чем сейчас пахнет от нее, ведь она занята уборкой.

— Идите в душ, — мягко сказала она. — Я закончу уборку и сделаю вам обед.

Когда Игорь ушел, Аня бросилась на кухню, быстро запихнула блинчики в микроволновку, а потом вернулась в гостиную.

— Ну что, Эльвира Витальевна, «Ревизорро» в студии, — сказала она, подперев кулаками бока. — Белых перчаток не имеем, есть только резиновые желтые.

Пыль была везде. Она была, словно краска на Игоре — проще найти место, где ее не было. Аня отмыла подоконник, столик, прошлась влажной тряпкой по рамкам картин и телевизору. Самым сложным был книжный шкаф, что возвышался до самого потолка. Аня оценила его высоту, потом довольно критично — свой рост. Вздохнула и притащила стул из столовой.

Нижние полки поддались легко. Аня сложила все книги в стопочки на полу (чтобы ненароком не перепутать, а то мало ли, какие у барина принципы в этом плане?), отмыла каждую полку, а потом вернула книги на прежние места.