Чтение онлайн

– Дальше не стоит идти, - сказала Оксана, - давай поедим мороженое в этом кафе. Когда-то меня сюда родители водили, а завтра мы Машеньку поведем. Только, чур, сегодня я плачу.

Стас не стал спорить, его очень порадовало, что она говорила о Маше, как о своей дочке. В ее голосе было столько тепла и даже гордости за ребенка.

Два дня в гостях пролетели как несколько часов. Ксюша водила Стаса с Машенькой и показывала все, что могла. И школу, где она училась, и кинотеатр, куда любила ходить. Катали девочку на качелях, где когда-то каталась сама. Конечно же, ели мороженое в ее любимом кафе. В субботу утром сходили даже на речку, и сами поплавали, и девочку немного окунули в воду. Спали они вдвоем. Ксюша сказала, что родители не будут против, они у нее все понимают. Только шуметь сильно не надо.

В субботу под вечер, когда они как раз подходили к дому, в кармане у Стаса зазвонил телефон. Судя по тому, как он сразу нахмурился, Ксюша поняла, что звонит Света. Он отошел чуть подальше, а Ксюша повела девочку в дом, чтобы не мешать, да и ребёнку не стоило слушать этот разговор.

Он зашел довольно хмурый, но явно хотел с ней поделиться.

– Мама, приглядишь за ребенком?
– крикнула она.
– Мы выйдем ненадолго.

Она подхватила парня под руку и вывела во двор.

– Ну, рассказывай.

– Да что рассказывать. Она уже не с ним, плачет, прощения просит. И чует мое сердце, еще что-то у нее не так. В понедельник придет за вещами, ключ к дверям не подошел, а то бы зашла и жить там устроилась.
– Голос Стаса дрожал от возмущения.

– Стасик, успокойся, ты же заранее знал, что так будет.

– Как бы я хотел, чтобы ты в тот момент была со мной рядом, да понимаю, что нельзя ей такие козыри в руки давать.

Немного погуляв и успокоившись, они вернулись. А в воскресенье утром отправились в обратный путь.

Вечером, уложив Машеньку спать, Стас взял два чемодана, купленные перед предполагаемым отъездом на отдых, и стал складывать туда вещи Светланы. Он сложил туда все, начиная с зубной щетки и кончая шкатулкой с украшениями, серьгами и кольцами. Все, что было куплено жене за эти годы, и то, что было ее до замужества. Ее одежду он прямо с вешалками вынимал из шкафа и клал в чемодан. Сбор и упаковка вещей заняли добрых два часа. Но эта работа помогла ему справиться с волнением, вызванным предстоящей встречей.

Утром Машенька с неохотой шла в ясельки, но обещать, как в прошлый раз, что придет за ней с Ксюшей, он не мог. Теперь, когда Света была совсем рядом и знала о предстоящем разводе, надо было быть осторожными вдвойне.

Сколько Стас не готовил себя к приходу жены, но звонок в дверь застал его врасплох. Света вошла и, увидев чемоданы, стоящие в коридоре, стала плакать.

– Стасинька, прости меня, я виновата перед тобой, как я буду без тебя?!

– По-моему, ты должна радоваться, что вырвалась из-под моего диктата. Теперь тебе никто не будет говорить, как правильно, а как нет.

– Стас, ну зачем ты все это повторяешь, я рассердилась тогда на тебя...

– Ну да, за то, что я нашел тебя, поймал, так сказать, на горячем. Но ты не знала, сколько я пережил, пока разыскивал тебя. Сколько трупов мне представили на опознание.

Света ахнула и прикрыла рот рукой.

– Скажи, ты знала, что беременна, когда в тот день встретилась со мной?

Света кивнула.

– И ты решила, что нашла дурака, который возьмет и будет лелеять, пока Вадим не вернется?

– Ты даже и имя его знаешь! Но нет, я честно собиралась прожить с тобой и Машенькой всю жизнь, но когда увидела его, то забыла обо всем на свете.

– Света, ты когда-нибудь меня любила?

Она молча опустила голову.

– Ну тогда, о чем говорить? Я помогу тебе спустить чемоданы и вызову такси. Надеюсь, твой любовник деньги тебе оставил или мне такси оплатить?

– Есть у меня деньги. А где Машенька, я могу ее увидеть?

– Машуня в яслях, как ты знаешь, тебе запрещено с ней общаться до решения суда, так что ты терпела без нее три недели, потерпи еще две.

– А почему?

– Это ты у мамочки своей спроси, а то она думает, что самая умная. Все, я вызываю такси.

Света молча стала спускаться.

Во вторник Стас решил выйти на работу, чтобы у него остались отгулы. Так он сможет пойти на суд, не отпрашиваясь с работы, да мало ли на что они пригодятся. Сидеть дома одному и постоянно прокручивать в уме произошедшие события не имело смысла, а на работе можно отвлечься от дум. И так он с опаской ожидал предстоящего суда. Ему совсем не хотелось, чтобы чужие люди ворошили его грязное белье. Но тем не менее этот день неотвратимо приближался.

В ночь перед судом он почти не спал. Еще в двенадцать ночи звонил Ксюше, разбудив ее. Стасу казалось, что не все правильно записано в деле. Но она успокоила его и обещала, что все будет хорошо.

В зале ожидания Стас появился первым, потом вошла Света, но они не общались, каждый был погружен в свои мысли. И только когда часы на стене показали ровно одиннадцать, время, на которое их вызывали, в зал довольно быстро для ее комплекции вошла Агата Степановна. У Стаса вырвался вздох облегчения. Вскоре их пригласили на суд. Это был не зал суда, а небольшая комната, в которой сидел судья - пожилая женщина в судейской мантии и со строгим взглядом, и ее секретарь. Напротив судейского стола стояло четыре стула для разводящихся супругов и их адвокатов. Светлану никто не представлял, она была одна.

Агата быстро рассказала о причинах развода и о неадекватности поведения ответчицы, которое не позволяет ей заниматься воспитанием ребенка, да еще девочки.

Судья, внимательно выслушав адвоката, обратилась к Светлане, правда ли то, что сейчас рассказали. Света сказала: "Да".

– Что Вы можете сказать по этому делу, Вы согласны разойтись?

– Стасик, милый, - заговорила Светлана, вставая от волнения со стула, - прости меня!

И вдруг она покрылась испариной, плюхнулась на стул и обмякла. Стас подошел к ней и стал приводить ее в чувство.

– Ничего, - сказал он, - это у нее бывает при беременности. Стоп! Ты что беременна?
– спросил он приходящую в себя Свету.

Она кивнула.

– От Вадима?

Опять кивок.

Больше вопросов не было. Их развели, оставив дочку у Стаса и разрешив матери видеться с ней по согласованию с отцом.