Чтение онлайн

Он сидел совершенно один, пытаясь согреться теплом огня и чьей-то жизнью в бокале. Сегодня он праздновал свое тысячилетие. Он ничего не чувствовал, был пуст и холоден внутри, уже очень давно ничего не волновало его мысли, видимо, достаточно много повидал он за свою долгую нежизнь. " А может это такой возрастной кризис?" — с цинизмом подумал он про себя, и отхлебнул еще немного согревающей, вязкой жидкости. Как получилось, что в такой день он остался один? "Пэм…" — вздохнул Эрик. А что Пэм? Их отношения давно сошли на нет, несколько дней она пропадает при дворе, так почему же он торчит в этом особняке уже которую неделю? Ответ был грустным — только ее он по-настоящему мог назвать своим другом в любом смысле, только она за последние годы поддерживала его и никогда не предавала, вот он и укрылся от всего здесь, в ее доме. Ему пришла в голову мысль, совершенно недостойная вампира: " И подарка не получил…", и он снова ушел в депрессию. Через какое-то время звуки отрезвили Эрика, вот он услышал биение трех сердец, два, бившихся ровно, точно мужских, и одно, бившееся так хрупко, так необычно, словно имело свою мелодию жизни, он расслабился, слушая ее сердечко. Вот открылась дверь и двое мужчин прошли мимо в следующий зал. За ними шла девушка. Она тоже не заметила его у камина. Почти дойдя до середины комнаты, она отвлеклась на голос мужчины, и запуталась в складках своего платья, запнулась и в этот момент роза, приколотая к юбке, упала прямо перед ней. Она уже не могла не наступить на цветок, и как только девушка увидела, что все-таки наступила, на одно мгновение ее сердечко пропустило удар. Эрик внезапно для себя напрягся, испугавшись, и этот пропущенный удар показался ему вечностю. Но, вот, о, чудо! Ее сердце снова стало биться, быстро, рьяно. Девушка опустилась на пол и стала собирать лепестки, она делала это с таким чувством, будто разбилось что-то, что уже никогда не склеишь, ее маленькие изящные ручки, казалось, просто перебирают лепестки, пытаясь убедиться, что все осталось целым. Необычного цвета шелковые кудряшки спустились через ее плечо, и при каждом движении рук забавно подпрыгивали и пружинили. Он подумал, что отдал бы многое сейчас, чтобы ощутить, каковы они на ощупь. Вдруг комнату наполнил дурманящий голову аромат, он поразил его внезапно и сильно. Она уколола свой палец о шип и пара крохотных капель ее крови выступили наружу. Девушка была так занята цветком, что даже не обратила на это внимания. Эрик втянул полной грудью аромат ее крови, покатал на языке, распробовал: "Ммм, земляника…" — подумал вампир, и почувствовал легкое возбуждение в теле, дрожь и волнение. Несколько вдохов тонкого земляничного аромата опьянили его, заставили каждую клеточку тела воспрянуть, ощутить. Ему очень захотелось, чтобы именно сейчас она повернулась и посмотрела на него. Он послал ей мысленный призыв подчиниться. На мгновение она застыла словно в нерешительности, но голову повернула. Однако посмотрела не так, как ему хотелось бы. Она медленно начала разглядывать его с ног и выше, от этого взгляда он стал возбуждаться, что-то интимное было во всей этой обстановке, темнота, свет пламени, они одни… Вот она задержалась на его шее, и упругость в его штанах напряглась до болезненных ощущений. Наконец, она решилась посмотреть прямо ему в глаза. Это поразило его, на какую-то долю секунды он испытал что-то похожее не неуверенность, неопытность перед ее взором, что-то екнуло глубоко внутри него, словно провернулась неизвестная для него деталь, никогда не испытывал он подобного чувства, испуганности… ни когда был человеком и беспощадным воином, ни когда стал вампиром и шел по головам в угоду своей цели. Но мгновение прошло и разозлило его. Девчонка смотрела в его глаза с вызовом. Но вот, послышался голос мужчины, и магия спала. Она просто вышла из зала, закрыв дверь.

— Как мимолетное видение, как гений чистой красоты…

Еще пару секунд он сидел в кресле неподвижно, но внутри его разрывало желание немедленно вскочить и схватить брошенные лепестки. Уже больше не отдавая себе отчета, потеряв на секунду контроль над разумом, он мгновенным движением оказался рядом с лепестками, и уже вдыхал вовсю аромат ее крови. Не думая ни о чем другом, он медленно, растягивая удовольствие, слизал те крохи, что там были. Весь рот его словно обдало энергетическим огнем. По телу растеклось жгучее тепло, зарядило каждую клеточку, задурманило голову. Он словно выпил литры морфия, на лице расползлась блаженная улыбка, он почувствовал прилив сил и одновременно с этим растущую потребность выпустить наружу этот заряд.

"Вот я и получил свой подарок, маленькую земляничку…" — довольно подумал Эрик.

Он взял первую попавшуюся служанку и зачаровал ее. Эрик раскинулся в кресле, вытянув ноги вперед, служанка покорно наклонилась над его пахом, расстегнула штаны и достала до крайности возбужденную плоть. Осторожно обхватив его рукой у основания, она медленно стала спускаться вниз. Эрик откинул голову назад и закрыл глаза. Он вспоминал ее лицо. Вот она повернула свою маленькую головку в его сторону, вот она стала блуждать взглядом по его телу… Служанка настойчиво работала ртом, посасывая его верхушку… Он посмотрел на тонкий изящный изгиб незнакомки, как он хотел дотронуться до ее яремной впадины, провести кончиками пальцев по ее линиям, почувствовать ее трепет от своих прикосновений… Он возбуждался все сильнее, жар в нем нарастал… Кожа девушки, ммм, словно бархатный ароматный персик, такая гладкая, юная, невинная… Он почувствовал, что скоро кончит. Лепестки, что он до сих пор сжимал в ладони, Эрик положил себе в рот, и окутанный ароматом ее крови извергся. Наслаждение накатывало на него волнами, одна за другой, и с каждым вдохом оргазм был все сильнее и сильнее. Когда он открыл глаза, служанки уже не было, сколько он пролежал в блаженстве, Эрик не знал, зато что он знал наверняка так это то, что совсем скоро он будет будет прижимать ее своим нагим телом… С этой мыслью он вышел на улицу и воспарил над землей. Эрик был так уверен в себе и своем легком решении, что когда заглянул в окно девушки на мгновение остолбенел. Он не сомневался ни на секунду, что бедняжка так очарована им и его таинственностью, что ворочается с боку на бок без сна, и что же он увидел вместо этого? Эдакий прикроватный пикничок — трое молодых людей смеялись, пили вино, ели, и снова смеялись. Его прекрасное видение было воистину прекрасным. Она сидела в легкой сорочке, глаза светились веселым задорным огоньком, лицо раскраснелось, губы были влажными и слегка припухшими от смеха, ее чудесные лунные кудри словно покрывало покрыли плечи, она была так желанна в этот момент… Но внезапно ощущение собственной зачарованности девушкой сменилось почти ощутимой яростью. Как выяснилось, никто не ждал его в одинокой холодной постели, да еще его обозвали какой-то монашкой, он мог бы поспорить, что она сказала "вздроченной"?.. На секунду Эрик парил в нерешительности, что ему делать, разозлиться или разразиться смехом. Он выбрал второе, и взмыв вверх, тишину ночи разогнал объемный властный баритон.

В нем было столько энергии, столько силы, что он летал на пределе своих возможностей, он чувствовал себя ожившим. "Нет, без сомнения, ее кровь словно наркотик подействовала на меня"- с улыбкой подумал он. Он парил над королевской оранжереей, как в голову ему пришла безумная мысль. Эрик бесшумно проник внутрь и сорвал экзотический цветок — голубую орхидею, для нее… Прижимая цветок к груди, он летел обратно в ее комнату. До рассвета оставалось не более двух часов, и дом, наконец, погрузился в сон. Тихо прошел он на второй этаж и оказался у ее постели. И она снова удивила его, девушка лежала рядом с мулаткой, а в соседней комнате монотонно слышался храп молодого мужчины. Он присел на колено рядом с ее кроватью и засмотрелся на ее спокойное безмятежное лицо, лицо маленького невинного ангела, кончиками пальцев практически не касаясь ее он провел вдоль руки, наклонил голову к рассыпавшимся волосам, зарылся в них лицом и вдохнул полной грудью, аромат ее кожи и волос остро врезался в его тело, растекся, но его влияние он уже смог контролировать. Эрик достал орхидею и положил ее на туалетный столик прямо напротив зеркала. Дверь за ним бесшумно закрылась.

"Сколько же времени?" — не открывая глаза, думала Суокки. Сладко потянувшись, зевнув, и зарывшись в теплое одеяло по самый нос, она, наконец, решила, что пора вставать. "Вот еще пара секунд блаженства, и вставать!". Она вылезла из-под одеяла и подошла к окну, парк был залит ярким весенним светом, люди усердно трудились, создавая чудных форм клумбы. Постояв немного, девушка встряхнула головой, и решила, что надо приводить себя в порядок и пойти во свете дня осматривать особняк. Холодная вода освежила тело и разум, настроение подпрыгнуло, и весело кружась по комнате, девушка стала напевать незатейливую мелодию. Ей очень захотелось вытворить что-нибудь такое, ну чтобы голову снесло. Она взяла расческу, и танцуя, расчесывала волосы, любовалась собой в зеркале, накручивала на пальчик свои кудряшки, изображая из себя соблазнительную танцовщицу, стала медленно красться по комнате, при этом поднимая сорочку выше и выше, оголяя свои обалденные соблазнительные ножки, прижалась спиной к шкафу и с обнаженным плечом спустилась вниз и также поднялась вверх, сделав три круговых движения, с легкой грацией упала на кровать, и хотелось ей чего-то сносящего голову, хотелось с головой окунуться в водоворот приключений и чувств. В комнату вошла Тара:

— Уууу, детка, я смотрю ты встала с той ноги… — подняв бровь вверх сказала мулатка

— Тара, иди ко мне — и Суокки поманила ее с хитрой улыбкой. Та подала ей руку, и они вместе стали изображать из себя обворожительных юных куртизанок. Двигались в одном медленном ритме, размахивая юбками, поднимая их до неприличной высоты. Руки запустили в распущенные волосы, трясь друг об друга спинами, спускались вниз, одновременно развернулись лицом, рука к руке, на брудершавт стали кружиться, пристально смотря друг другу в глаза… Вдруг услышали хлопание ладоней позади себя. У двери стоял Джейсон:

— И давно ты подглядываешь? — спросили девушки

— Если бы знал, что у вас такой ритуал просыпаться, делал бы это намного чаще. Я восхищен вашими талантами и рад бы даже присоединиться, но в столовой нас ждет хозяйка дома

— Дай мне пятнадцать минут, и я спущусь к столу, Тара, найди мне что-нибудь, ну такое…

— Только укажи путь, детка!

— Я хочу выглядеть сегодня дрянной девчонкой

— О Боже, злобный особняк, что ты сделал с моей послушной сестрой? Где ты, милая Суокки? — ухмылялся Джейсон — не переусердствуй, а то доведем до приступа хозяйку

— Ты видел ее? — спросила Суокки

— Нет, но не думаю, что там есть, на что смотреть

— А-а, Джейсон, не будь так уверен, кончик обломаешь — закивала головой из стороны в сторону Тара

— Пфф, не смеши меня, Тара, к клубу любителей постарше я пока не причислен — и с гордо поднятой головой парень вышел.

Продолжать тему Суокки не стала, она была голодна и хотела поскорее познакомиться с графиней. Брат ждал ее у лестницы. Взяв его под руку, они пошли в столовую. Как и думала Суокки, комната заливалась светом, была полна свежих цветов и ароматных утренних запахов. Во главе стола сидела просто обалденная женщина, так что хотелось просто стоять с отвисшей челюстью и быть не в состоянии смотреть никуда кроме нее. Она наливала изящной рукой чай в фарфоровую чашечку. Вот она подняла на них взгляд и нежно улыбнулась им:

— Присоединяйтесь ко мне, прошу — и она кивнула головой на стулья сбоку от себя. Они молча сели, продолжая пребывать в неком завороженном состоянии.

Закончив с чашкой, женщина протянула ладонь Суокки:

— Рада знакомству, ты так прекрасна и необычна как мне и рассказывали — девушка пожала ее мягкую гладкую ладонь, но сказать что, так и не нашлась. Графиня перевела взгляд на Джейсона, тот сидел не дыша, задохнувшись от восхищения.

— А ты, молодой Стэкхауз? Что ж, давайте завтракать и вы расскажите мне как доехали, вам понравились ваши комнаты? — ее голос лился бархатной песней, первой опомнилась девушка

— У вас превосходный дом, я никогда не бывала в таком, а парк…

— Суокки, зови меня просто Пэм. — молодые люди не могли понять, как можно звать сидевшую перед ними божественную женщину просто Пэм. Нельзя было сказать, что вот что-то отдельное у нее было красивым, но она сама целиком заставляла просто восхищаться собой: фарфоровая бледность кожи, чувственные полные губы нежного розового оттенка, изящно очерченные темные брови, умные, чарующие серые глаза, легкий румянец, русые волнистые волосы, спадавшие ниже поясницы, тонкие кисти рук, густые ресницы, статная осанка — все в ней словно говорило: "я рождена соблазнять сладко, страстно, любя…"

— Кхм, Пэм, позвольте выразить восхищение вашей красотой — Джейсон вдруг вскочил со стула, упал на колено и примкнул устами к руке графини.

Пэм откинула голову назад и рассмеялась обаятельным веселым смехом:

— Как мило, Боже… я рада, что вы приехали, нам точно не будет скучно! — она улыбнулась еще шире — ну а теперь давайте все же что-нибудь поедим, у нас сегодня много дел

— Дел? — удивилась Суокки

— Да, Суокки, разве я не сказала, у нас сегодня первый весенний бал — она хитро посмотрела на девушку. — твоя бабушка очень подробно дала инструкции, что мы должны найти тебе мужчину, вот этим и будем сегодня заниматься.