Чтение онлайн

Мысль о регулярной смене власти в результате регулярно проводимых выборов приводит Кремль в ужас. Это происходит из-за того, что в российской политической игре проигравший уже не сможет вернуться во власть. В старые времена его лишали жизни, изгоняли из страны или ссылали в монастырь. У того, кому посчастливилось захватить власть, только одна задача: любым способом удержать ее.

Вот почему граждане России в большинстве своем так равнодушны к политике. Такое равнодушие закономерно. Все равно ничего не изменится.

Но в отличие от множества людей, живущих при половинчатых и полных диктатурах, русские не существуют в информационном вакууме — они могут свободно путешествовать и без ограничений пользоваться Интернетом. Это не делает россиян полноценным гражданским обществом, но создает условия для появления самостоятельно мыслящих граждан. Поэтому вполне вероятно, что Людмила Алексеева в перспективе окажется права.

Когда я приехала в Москву, одной из моих первых задач стало обзавестись фальшивой регистрацией. У меня была временная виза, поэтому я не могла зарегистрироваться, что в России надо делать обязательно всякий раз, приезжая в какой-нибудь город. Однако зарегистрироваться я не могла, так как у меня не было постоянной визы и жила я не в гостинице.

Моя приятельница решила, что жить в Москве два месяца без регистрации рискованно. И предложила мне состряпать фальшивую регистрацию. Это оказалось до смешного просто: найти в Интернете фирмы, позвонить туда и объяснить, что требуется. Через несколько дней я, заплатив 25 евро, — списалась в получении фальшивой двухмесячной регистрации.

Эти деньги работодатель, естественно, мне возместил. Иными словами, наша телекомпания согласилась обвести вокруг пальца российские власти, что совершенно нормально. Думаю, что большинство работодателей зарубежных корреспондентов в России рано или поздно оказываются перед необходимостью так или иначе обмануть власти. Мое нарушение незначительно — у меня есть коллеги, которые работают без официальной аккредитации по нескольку месяцев, пока российский МИД обрабатывает их заявления.

Живя в России, следует усвоить один очень важный момент, а именно: в каких ситуациях можно а) нарушать правила, б) толковать их в какую угодно сторону и в) когда, напротив, надо соблюдать правила от и до.

Исходный пункт следующий: ни одно правило не является абсолютным. Любой русский знает, что правила существуют не ради всеобщего блага; они суть бессмысленные выдумки мелкотравчатых бюрократов. Обычного для скандинавов представления о моральном императиве, который заставляет следовать закону, в России не существует.

Нет никаких моральных императивов — есть только разные способы выжить в ненадежном, несправедливом и непредсказуемом обществе. Поэтому русские, прокладывая свой путь в бурном мореобщественной жизни, даже не помышляют овсеобщем благе. Они думают лишь о благе своем и своих близких.

Это не имеет ничего общего с эгоизмом, напротив, русская культура по своей природе культураколлективная. Однако не рационалистская. На общество полагаться нельзя — полагаться можно лишь на самого себя. Никогда за всю российскую историю у западных правовых принципов не было прочного основания, даже при императоре Александре II, который провел множество реформ по второй половине XIX века. Тогда была реформирована судебная система, появились независимые суды, и основным принципом стало соблюдение судьями закона, а не капризов начальства.

Как бы то ни было, реформа оказалась полумерой, потому что общая юридическая система не распространялась на крестьян.

Семьдесят лет социализма и десять лет дикого капитализма эффективнейшим образом разрушили фундамент для создания правового общества в России. Сегодня существует формально независимая судебная система. Но на деле суды принимают решения по приказу или верхних слоев политической элиты, или того, кто больше заплатит. Поэтому доверие к судам сохранилось у очень немногих.

В связи с этим вселяет оптимизм тот факт, что все больше русских отправляются отстаивать свои права в суде. Часто это потребители, не желающие мириться с тем, что их обманули, — например, люди, купившие несуществующие квартиры. Шансов выиграть дело у них по-прежнему немного, но люди эти часто приглашают представителей прессы. Иногда это приводит к тому, что суд выносит обвинительный приговор предприятию, обманувшему своих клиентов.

Типичнейшим примером обыденного нарушения правил служит как раз закон о регистрации. Человек, приезжающий на постоянное жительство в какой-нибудь город, должен зарегистрироваться в нем. Москва — самый большой город России, и растет он неконтролируемо — никто не знает, сколько народу приезжает сюда каждый год, так как большинство приезжих не регистрируется.

Закон о регистрации остался еще с советских времен, когда власти зорко следили за деятельностью граждан. Но ограничение свободы передвижения уходит корнями гораздо глубже. В течение последних столетий большинство русских жили, как рабы, при хозяине — почти все земледельческое население состояло из крепостных крестьян. Они являлись личным имуществом хозяина и были привязаны к своему клочку земли от колыбели До могилы. Крепостничество в России было отменено только в 1861 году, при Александре II.

Желание контролировать передвижения граждан при коммунистах никуда не делось. По Советскому Союзу люди ездили с так называемыми внутренними паспортами — получить заграничный паспорт было практически невозможно. Труднее всего было переехать в Москву, так как количество приезжих ограничивалось строжайшими регистрационными требованиями.

И внутренние паспорта, и требования регистрации сохранились и в нынешней России. В то же время появилось великое множество возможностей обойти правила. Слава богу, что свершился хотя бы такой прогресс, иначе Москва потеряла бы огромную часть своей динамики и энергии. Ведь город сделали цветущим приезжие, и, как ни крути, самые презираемые из них — таджики, узбеки, азербайджанцы — незаменимы для Москвы. Кто еще будет подметать улицы, строить новые дома или продавать на рынке фрукты и овощи?

Собственно, последнего занятия власти в торопливом стремлении обеспечить работой россиян лишили всех, у кого нет российского гражданства. В результате множество рынков наполовину опустело. Без приезжих жизнь в Москве попросту замрет.

Из всех моих знакомых, приехавших в Москву, официально зарегистрировались очень и очень немногие. Это удавалось только тем, кто купил квартиру или вступил в брак с коренным москвичом или москвичкой.

Причина проста: сделать себе настоящую регистрацию или невозможно, или очень хлопотно.