Чтение онлайн

Но ему было суждено вернуться на родину не после восстановления монархии, а при диктатуре Иди Амина. Одной из первых акций пришедшего к власти в 1971 году Амина было перезахоронение тела Мутесы в усыпальнице кабак. 31 марта 1971 года специальный самолет с телом кабаки приземлился в Энтеббе, где его встретил салют из 73 винтовок. На вертолете гроб был доставлен на холм Кололо, где впервые был поднят флаг независимой Уганды. Амин сказал прочувствованную речь. Затем четыре дня гроб со стеклянной крышкой находился в соборе Намирембе, куда стекались толпы баганда, чтобы проститься со своим последним кабакой. 4 апреля состоялась заупокойная служба. Епископ Стюарт, когда-то венчавший и коронавший его, закончил службу словами на луганда: «Вераба, Мутеса вафе» — «Прощай, наш Мутеса!» Перед тем как поместить гроб в усыпальницу, лицо Мутесы, по обычаю, закрыл лубяной материей его сын Рональд Мутеби. Он все еще надеялся стать новым кабакой Буганды…

К северо-востоку от Буганды, по другую сторону озера Кьога, на восточном берегу реки Виктория-Нил живет народ ланго, или ланги, как они сами себя называют. Ныне их насчитывается в Уганде около миллиона человек. По характеру ланги, как считают сами угандийцы, похожи на итальянцев — такие же темпераментные. Еще говорят, что ланги — люди, которые привыкли не размышлять, а действовать. В доколониальные времена основным занятием ланги было скотоводство в сочетании с земледелием, а также охота. В отличие от своих южных соседей — баганда и западных — баньоро, ланги, как и другие нилотоязычные народы Уганды, в доколониальные времена государственных образований не создали. Основной ячейкой общества ланги был клан, главный старейшина которого назывался руот. Реальная власть руота была невелика, она сводилась в основном к роли третейского судьи в спорах между сородичами. Но и такие вопросы он решал не единолично, а советовался с одонге — другими старейшинами. В конце прошлого века возникли военные объединения нескольких кланов, которые возглавили военачальники. Ими становились воины, проявившие полководческие способности. Военные объединения ланги с успехом отражали набеги суданцев, участвовали в междоусобных войнах в Буньоро.

В период британских завоеваний в Межозерье ланги оказали героическое сопротивление колонизаторам. История сохранила имена предводителей ланги в их борьбе против владычества англичан. Старейшина Лакьойя, например, вместе со своими воинами спрятался в буше и вел оттуда партизанскую войну. Карательная экспедиция колонизаторов сумела покорить воинов Лакьойи, лишь дождавшись сухого сезона и предав огню селения ланги.

Знает история и примеры сотрудничества ланги с колонизаторами. Считается, например, что кто-то из ланги выдал англичанам Кабарегу и Мвангу в 1899 году. А британское управление на территории ланги было установлено лишь в 1908 году. Именно тогда в протекторате Уганда был создан дистрикт Ланго. Но уже в начале века стало ясно, что британцы — реальная сила в Уганде и сопротивление им бесполезно. Некоторые ланги попытались использовать сложившуюся ситуацию в своих интересах — для получения власти пусть даже под верховным владычеством англичан. Например, молодой Одора Аримо, сын мелкого старейшины, хотел стать главой своего клана. Но у него был сильный соперник по имени Арум, которого Одора никак не мог одолеть. Тогда Одора отправился в соседнее Буньоро, где заявил английским чиновникам, что желает им подчиняться. За это он получил пять ружей, а также отряд из семидесяти стрелков для завоевания непокорных. С таким подкреплением Одора разбил своего соперника и присвоил себе желанный титул В 1908 году, когда создавались дистрикт Ланго и его «туземная» администрация, Одора был признан «вождем» большой территории. Он всячески демонстрировал свою лояльность англичанам, в частности посылал зерно в Буньоро, когда там вспыхнул голод.

Но самой дерзкой его акцией была встреча с Уинсто ном Черчиллем, будущим британским премьер-министром. Когда Одора узнал, что важный англичанин (тогда — помощник министра колоний) в своем турне по Уганде остановился неподалеку от его земель, он явился к Черчиллю с четырьмя сотнями воинов и заверениями в вечной лояльности англичанам. Черчилль обещал ему британский протекторат в будущем и шесть первоклассных ружей немедленно. Это произошло в ноябре 1907 года.

В колониальный период на земли ланги проникло «белое золото» — хлопок, а вместе с ним и колониальные налоги и колониальные товары. Кроме того, из ланги и их соседей с востока — итесот (тесо) и с севера — ачоли формировались в значительной степени колониальная армия и полиция Уганды. Делалось это не случайно: таким образом британцы хотели создать своеобразный противовес наиболее сильным южным частям протектората — «королевствам» Буганда, Буньоро, Торо и Анколе.

На землях ланги в деревне Намаса-ра в семье вождя в 1925 году и родился герой этого очерка, будущий президент Уганды Аполо Милтон Оботе. Однако, как считают мои друзья-угандийцы, Оботе нельзя назвать типичным представителем своего народа и нельзя сказать, что он особенно опирался на ланги в своей политике. Даже с собственным отцом он практически не поддерживал контактов, воспитываясь в доме дяди. Как и большинство детей колониальных вождей, он получил миссионерское образование. Начальное — в протестантской школе в Лире, центре дистрикта Ланго. Среднее — в Нсора в дистрикте Тесо, а затем в колледже Мвири в Джиндже — втором по величине городе протектората. Это были далеко не самые привилегированные учебные заведения в Уганде, но и не самые рядовые. За годы учебы там большое впечатление на Оботе произвели труды Платона и английского поэта XVII века Джона Мильтона, пронизанные республиканскими идеями. Потом его путь лежал в уже известный читателю колледж Макерере.

В Макерере он едва не застал своего будущего антагониста кабаку Мутесу II, судьба сведет их позднее. Оботе обучался в колледже в 1948 году на факультете гуманитарных наук. В Макерере Оботе проявил себя в первый раз как руководитель — был режиссером студенческого спектакля по пьесе Шекспира «Юлий Цезарь». Сам Оботе играл в этом спектакле главную роль. Однако затем он был исключен из колледжа за неуспеваемость.

Какое будущее могло ждать студента Макерере с незаконченным гуманитарным образованием в Уганде? Оботе перепробовал множество профессий. Работал надсмотрщиком на плантации в Бусоге, затем клерком в инженерной фирме «Моулем констракшн» в Джиндже. Позднее по делам фирмы ему пришлось переехать в соседнюю британскую колонию Кению. Там он перешел на службу в другую компанию — «Стандард вакуум ойл К°».

Первая половина 50-х годов в Кении прошла под знаком восстания Мау-Мау — явления сложного и многослойного. Все же главным в нем была антиколониальная направленность. Не случайно одна из расшифровок названия движения звучит на суахили так: Мзунгу Аэнде Улайя, Мвафрика Апате Ухуру — Пусть европеец убирается в Европу, а африканец получит свободу. Мощное партизанское движение заставило британские власти ввести чрезвычайное положение в стране и переселить тысячи людей в охраняемые деревни. В Кении, поселенческой колонии, имевшей свою специфику, среди африканцев нашлось немало «лоялистов», поддерживавших британские власти.

В этой ситуации Оботе — клерк, торговец и даже некоторое время моряк — принимает сторону тех африканцев, которые боролись за свободу. Считается, что он был близок с руководством Союза африканцев Кении — своеобразным штабом движения Мау-Мау, а затем, после запрета Союза, включился в профсоюзную деятельность.

Когда восстание было уже на излете и африканцам в Кении вновь разрешалось создавать различные организации, Оботе участвовал в создании некоторых из них, например Ассоциации рентоплателыциков. Один из биографов Оботе утверждает, что он участвовал и з создании Африканского конгресса округа Найроби, а также в деятельности этой организации, выдвигавшей радикальные требования{67}.

Политический опыт, приобретенный в Кении, помог дальнейшей карьере Оботе. Но главное — даже не сам политический опыт, а понимание того факта, что ему, человеку с незаконченным гуманитарным образованием, лучше всего заняться политикой. Он вернулся в Уганду в апреле 1957 года, и сразу начался его головокружительный взлет.

Блестящий взлет

Всплеску политической карьеры Оботе на родине способствовала сложившаяся там ситуация. Главной силой, руководившей борьбой за независимость страны, был в то время Угандийский национальный конгресс, созданный еще в 1952 году радикалами из колониальной элиты баганда. Руководству Конгресса нужны были люди, способные распространить влияние партии за пределами Буганды. Такие люди были и среди ланги, где тоже кипели антиколониальные настроения, но, к счастью для Оботе, ко времени его возвращения на родину они были в тюрьме. Оботе быстро становится представителем от ланги в Конгрессе и одним из его вице-председателей. А в следующем, 1958 году его избирают в законодательный совет как представителя дистрикта Ланго.

Прекрасный оратор, Оботе быстро снискал себе славу одного из самых воинствующих членов законодательного совета. Как рассказывали мне мои друзья-угандийцы, непосредственно участвовавшие в политической борьбе тех лет, для ядра Конгресса из баганда Оботе «стал человеком, который сможет сагитировать остальную Уганду». Правда, уже тогда баганда поговаривали, что, «если Оботе придет к власти, он разобьет Менго», то есть верхушку баганда, так или иначе связанную с двором кабаки. Это пророчество впоследствии сбылось.

Так Оботе стал одним из руководителей Конгресса, вернее, его левого крыла, ибо Угандийский национальный конгресс был организацией довольно пестрой по социальному составу — иначе и быть не могло. Более того, в 1959 году в Уганду вернулась группа студентов, обучающихся в Делийском университете и стоявших на позициях марксизма. Возглавлял эту группу Джон Каконге. Каконге и его сторонников обуревала идея создания новой организации, которая привела бы страну к независимости. Их взоры обратились на левое крыло Угандийского национального конгресса, которое, как они считали, могло стать основой такой организации. В результате ряда реорганизаций из части Угандийского национального конгресса и созданного членами законодательного совета Союза народов Уганды в 1960 году возникла новая партия — Народный конгресс Уганды. Оботе стал президентом нового Конгресса, а Каконге — его генеральным секретарем.