У ворона два крыла
Шрифт:
– Генриетта Томасина, - негромко выговорил дедушка, - добро пожаловать. Ты доказала, что достойна быть принцессой.
По-моему, Дамблдор подавился чаем. А вот директор Диппет, напротив, заулыбался как-то на редкость гадко. Возможно, он что-то подозревал либо же знал наверняка.
– Том Марволо Риддл, - властно произнес дедушка.
– Почему ты молчишь?
– Я поражен, - ответил тот серьезно.
– Милорд, я прошу руки Томасины. Благословите и позвольте принять ваше имя!
– Да будет так, - сказал дедушка сурово.
– Том Марволо Риддл, урожденный Гонт, потомок Слизерина, мы отдаем тебе в жены нашу внучку, Генриетту Томасину и принимаем тебя в род Принцев. Поцелуй невесту, - добавил он уже обычным тоном, - и давайте домой. Хватит тут время терять, праздновать завтра будем!
– В нашем семействе даже помолвка выливается в цирковое шоу, - мрачно сказала я, когда последние Принцы покинули зал, а Том перестал меня целовать.
– Правда, давай домой. Василиска забрали, прочих тоже…
– Хагрид плачет и просится с нами, - сказал Том.
– Он пятый курс едва закончил!
– Вот именно. Дальше ему никак, он не вытянет, способностей не хватает. А бабушке Марте нужен помощник, - с намеком ответил Том.
– С единорогами и гиппогрифами…
– Бог мой… Бери с собой кого хочешь, хоть Хагрида, хоть акромантулов, только убраться бы отсюда!
– простонала я.
– И зелье наше не забудь, нам его еще пить!
– Не сомневайся, Томми, - серьезно ответил он.
– Мы еще его доработаем. Думаю, мы выпьем его, когда будем в самом расцвете лет…
– Если ты нас не угробишь до того момента, - прервала я его полет мысли.
– Уже нет, - улыбнулся он.
– Мы всё сделали. Осталась ювелирная доработка рецептуры, а она не терпит спешки. Но у нас еще очень много времени, Томми! Правда?
– Конечно, Том, - улыбнулась я в ответ.
– И зачем нам власть над миром?
– Она нам вовсе не нужна, - серьезно ответил Том.
– Мир и так наш. Весь, как он есть, целиком, без остатка. Идем!
Весной сорок пятого года мы, взявшись за руки, стояли на пороге новой жизни.
На пороге бессмертия.