Чтение онлайн

Боль в боку. Удар по лодыжке. Земля с травой в глаза. Ничто не способно в данный момент усмирить волну необузданной ненависти к парню, который сжимал меня так, будто я его родная сестричка, нуждающаяся в опеке и «ласке». Я пинаю его, царапаю своими короткими ногтями везде, где могу дотянуться, и взываю, когда движение прекращается, а я встречаюсь локтем с деревом. Перед глазами пролетают искры от того, насколько нестерпима волна боли в конечности, только на это нет времени.

– Отвали! – рвано сиплю в лицо парня, которого Рита называла моим хозяином.

Ну уж нет! Я лучше сдохну, чем буду пресмыкаться перед богатенькими мальчиками без тормозов и принципов. Он, кажется, не замечает моих тщетных попыток вырваться, нависает сверху бетонной плитой, вклинивается между ног, чем накаляет нервы и подпитывает ненависть. Я никогда не отличалась безумством, но сейчас оно бурлило в венах вместо алой второй отрицательной. Мои руки все еще свободны, и я, надеясь, что благодаря темноте, в которой мы барахтались, словно мухи в вязком сладком сиропе, Абрам не заметит, как дрожащие пальцы прощупывают почву около наших тел в поисках оружия самозащиты. Хоть что-то. Плевать что. Камень. Ветка. Все равно, чем я заряжу этому упертому ублюдку по голове.

Не думая о последствиях, издаю протяжный стон, когда Абрам ловит одну руку и прижимает ее к земле. Запястье жжет от силы, с которой он действует, не произнося ни слова. Из нас двоих голос подаю лишь я, а он рычит, как опасное дикое животное. С отчаянием взываю. Рядом нет ничего. Абсолютно ни-че-го, кроме травы и земли, которую я скребу ногтями.

– Тварь! – громыхает над ухом, когда целая жменя сырой почвы летит парню в глаза, а я, пользуясь заминкой, и скидываю его с себя.

Сердце подпрыгивает до самого горла. Готова поклясться, что чувствую в районе шеи безумные толчки и пульсацию жизненно-важного органа. Успеваю встать на колени и снова оказываюсь прижатой к земле в самой унизительной позе. Одной рукой Абрам хватает меня за растрепавшиеся волосы и жмет лицом в землю, а второй нагло притягивает задницу к своему паху.

– Отпусти меня!

Отплевываюсь от травинок и крохотных частичек почвы, орудуя руками. Как бы ни старалась, достать до стервятника ника не получается. Он слишком сильный. Внутренности дрожат от осознания, - я проиграла…

– Сейчас ты успокоишься, - цедит каждое слово у меня над ухом, пока я отрицательно верчу головой, - и я отпущу тебя.

– Больной ублюдок, - выплевываю эти слова, вкладывая в них всю силу своих злости и отчаяния, которые маленькими червями двигались по плоти.

– А ты у нас здоровая? – усмехается, очередной раз тыкая носом в землю, потому что моя попытка вырваться вновь оказывается провальной.

Часто дышу, приводя дыхание в норму. Легкие горят огнем. Ощущение такое, словно я вот-вот их выплюну. Замираю, прикрывая веки. Чертов Абрам! Чертовы извращенцы! Готова завыть от бессилия, но затыкаюсь, еле справляясь с одолевающими меня эмоциями.

– Вот так бы сразу, - хватка парня слабеет, и он отстраняется от меня, позволяя подняться.

В темноте не могу разглядеть его глаз, но догадываюсь, что там нет ни единой хорошей эмоции. Шиплю, когда он пытается схватить меня за запястье.

– Тебе мало? – рычит, разрывая пространство вокруг нас.

– Я не собачка на привязи, - отвечаю ему в тон и слышу утробное рычание, от которого непроизвольно ежусь.

Абрам подходит ко мне настолько близко, что я чувствую, как шевелятся волоски у виска от его рваного дыхания. В глаза не смотрю. Застываю в позе столба. Если подниму голову, то снова приложу лбом к его носу.

– Иди за мной, - приказывает, а я сцепляю зубы, - дернешься, и я за себя не ручаюсь.

– И что ты мне сделаешь?

– Тебе лучше не знать, как я могу успокоить, - отсекает мою провокацию и толкает вперед.

Сразу тру рукой бок, к которому он посмел прикоснуться. Мы идем по оврагу, и я рыщу глазами по всему, что могу разглядеть. Кустам. Деревьям. Мгла скрашивает многое, и вероятность убежать у меня небольшая, но она есть, а я очень хочу оказаться за пределами университета. Делаю самое глупое, что можно было, попросту срываюсь на бег, зацепляюсь ногой за какие-то ветки и падаю. В нос и глаза ударяют брызги грязи, но мне не позволяют долго пребывать в таком положении. Рычание над ухом, и вот мое тельце покоится на плече у Абрама, который особо не церемонится. Несет меня, как бревно, ударяя ветками по лицу. Черт!

– Отпусти меня, - говорю спокойно, а он молчит, выходит на освещенный участок территории и направляется к зданию общежития, но сворачивает за угол к другой тропинке, и мое сердце пускается вскачь, - куда ты меня тащишь?

Парень молчит, чем выводит меня из себя. Ерзаю в его руках и получаю, о боги, по заднице так сильно, что ягодицу припекает!

– Козлина!

– Ага, - наконец-то удостаивает меня ответа, и волочет в здание.

Поднимается по лестнице. В полутьме слышу, как открывает дверь, но вверх тормашками не так-то просто понять, где я. Очевидно он притащил меня в какую-то комнату. Коридор. Еще одна дверь. Яркая вспышка света. Резкая перемена положения в пространстве. Во все глаза разглядываю Абрама, который закинул меня в душевую кабинку и смотрел прямо в глаза.

– Какого… ты делаешь?!

Сердце ударяет о ребра с такой силой, что вместо крика у меня выходит какой-то дохлый сип, когда парень стягивает с себя грязную футболку, кидает ее на пол и нажимает на какую-то кнопку. Меня окатывает теплыми струями воды так внезапно, что я захлебываюсь.

– Нет! – толкаю его в тот момент, когда он пытается забраться ко мне.

– Нет? – одна бровь подозрительно изгибается, а Абрам застывает, крепко сжимая челюсти.

– Выпусти меня, - голос вибрирует от эмоций, сдавливаю кулаки, чтобы не вмазать ему, - или убей. С тобой в одном душе я стоять не буду.

Смотрит на меня пару минут, пока вода смывает грязь и следы нашей борьбы, и кивает. Слишком спокойно. Отступает, и я делаю вдох. Зря.

Двери кабинки захлопываются, и этот гад нажимает на другую кнопку. Теплый поток воды сменяется ледяным, и я взвизгиваю.

– Нет, так нет, - слышу насмешливый голос из-за тонкой преграды между нами, - наслаждайся, а я посмотрю.

Адам

Я не садист.

Эта мысль крутится в башке, когда смотрю на девчонку, съежившуюся в душевой кабинке от холода. Глаза, как у дьяволицы, - чёрные. Челюсти сжимает и кулаки, пронзая меня ненавидящим взглядом.

Это карябает моё самолюбие. Равнодушие, которое я так оберегал и сохранял на протяжении нескольких месяцев, летит на пол вместе с грязной футболкой.

Чтобы не сорваться, отхожу к стене, прислоняюсь к ней спиной, убираю руки в карманы джинсов и внимательно изучаю добычу, наклонив голову набок. Она ниже меня. Удивительно, как умудрилась дать мне по носу с таким ростом. Кнопка с тонкой талией и отменной задницей, которая сейчас, к сожалению, скрыта от моих глаз, зато грудь выделяется в полной красе.