Убей для меня
Шрифт:
– Зачем? – Когда Пол обижался, он говорил голосом ребенка.
– Потому что там будет Сюзанна Вартанян. Бобби не сможет устоять.
– Значит, поэтому ты хочешь, чтобы я узнал о товаре из фургона.
Чарльз указал вилкой на тарелку Пола:
– Доедай свою яичницу, мой мальчик, она остынет. А потом поезжай к Кире Лейнир. Можешь взять мою машину.
Пол в бешенстве ткнул вилкой в свой завтрак:
– Пусть Бобби сама выполняет грязную работу.
– Я хочу, чтобы она появилась там, куда собралась, и доделала свою грязную работу, - резко сказал Чарльз. – В ее нынешнем душевном состоянии она наделает ошибок и будет поймана, и тогда я пропущу свое любимое шоу в четыре часа.
Атланта,
воскресенье, 4 февраля, 9 часов 30 минут
Сюзанна неуверенно остановилась у двери в палату Дэниела. Последний раз она видела брата в реанимации, когда испачкала его пижаму в своей туши. Сейчас она чувствовала себя неуютно и стыдно.
Дэниел лежал в кровати с закрытыми глазами, сбоку примостилась Алекс, читавшая газету.
– Как он? – шепотом поинтересовалась Сюзанна.
– Он нормально, - ответил Дэниел. Он распахнул свои невероятно синие глаза, которые могли казаться ледяными, теплыми или грустными. Или, как сейчас, нежными. – Я видел тебя в новостях. Вы освободили девушек. Замечательно.
– Спасибо. – Сюзанна, подавив желание сбежать, опустилась на краешек стула. Люк встал за ее спиной и положил руки ей на плечи. Она сцепила ладони в замок. – Дэниел, мне нужно тебе кое-что рассказать, это будет для тебя шоком.
Дэниел окинул Люка мрачным взглядом и подозрительно спросил:
– Вот как?
– Расслабься, - с усмешкой ответил Люк. – Я к ней не прикасался.
Пока не прикасался. Сюзанна почувствовала, как эти два слова повисли в воздухе, ее щеки вспыхнули, но не от стыда или страха, а от возбуждения. Она подумала о коробке в его спальне. Пока не прикасался. Эта фраза сулила то, что должно произойти. Правда не сейчас. Надо думать от ом, как преподнести ему новость. Она и утешит брата, и нанесет ему удар ножом в сердце.
– Речь идет о Фрэнке Лумисе, - наконец выпалила она.
Дэниел, наморщив лоб, поинтересовался:
– И что с ним?
– Прошлой ночью мы были у Энджи Делакруа, потому что надеялись получить ответы на кое-какие вопросы. Помимо всего прочего, мы узнали то, о чем даже представить себе не могли. Она рассказала, что у нее был многолетний роман с Фрэнком Лумисом, но жениться на ней он не хотел, потому что любил другую – маму.
Дэниел заморгал:
– Нашу маму?
– Да. И, по крайней мере, один раз он добился взаимности. – Сюзанна резко набрала воздух и шепотом продолжила, - мой отец не Артур Вартанян, а Фрэнк Лумис.
Дэниел, вытаращив глаза, переводил взгляд с Сюзанны на Люка и обратно.
– Ты… ты уверена?
– Я попросила Эда сравнить ДНК. Завтра будем знать точно.
– Но эта информация наводит меня на другие мысли, - продолжил Люк и слегка сжал ее плечи.
Сюзанна поколебалась, затем коснулась ладонью руки брата.
– Энджи сказала, что тринадцать лет назад Саймон совершил что-такое,чего даже Фрэнк не мог уладить. Она сказала, что мама умоляла его помочь. Ради нее. И его родной дочки. И он это сделал.
– Он сфабриковал улики и отправил Фулмора в тюрьму, - сказал Дэниел.
– Именно поэтому он тогда тоже исчез. Он самоустранился и горевал о ней.
– Сюзанна на мгновение замолкла, давая брату время на размышление и переработку информации. Она сразу же догадалась, когда брат понял то, что она осознала несколькими часами ранее в гостиной Энджи. Дэниел поднял глаза и в ужасе уставился на нее.
– Значит, мама знала об этом, - хрипло прошептал он. – Она знала, что Саймон как-то причастен к убийству сестры Алекс. О, Боже, Сюзи. Она об этом знала!
– И не только об убийстве, - продолжила Сюзанна, - по крайней мере, об изнасиловании.
– Я тоже об этом подумал, - признался Люк.
Сюзанна повернулась к нему:
– Почему ты ничего не сказал?
– Тебе и так досталось. Я подумал, что ты сама додумаешься, когда будешь готова.
На секунду Сюзанна встретилась с ним взглядом. Ее тронула его забота. Затем она снова повернулась к Дэниелу:
– Есть еще кое-что, Дэниел.
Дэниел побледнел:
– Еще что-то? Что?
– Эд нашел в бункере волосы, ну, в том помещении, где тебя ранили. ДНК… почти полностью совпадает с твоим, это означает, что у тебя и этого человека один отец. – Сюзанна говорила практически без эмоций, как раньше требовала ее работа. Так она чувствовала себя легче. – У тебя есть единокровная сестра. Если хочешь, можно сказать, еще одна единокровная сестра. Жена Гарта Дэвиса, Барбара Джин. Она называет себя Бобби.
Глаза Алекс расширились.
– Другая персона, о которой говорил перед смертью Гренвилль.
У Дэниела отпала челюсть, ему понадобилось какое-то время, чтобы снова обрести дар речи.
– Вы уверены?
– Да, - подтвердил Люк. – У твоего отца был роман с женой бывшего пастора вашей церкви. В результате этих отношений на свет появилась Барбара Джин.
– Она… она монстр, Дэниел, - продолжила Сюзанна. –Зло в чистом виде. Она собственноручно убила одиннадцать человек и отдала приказ убить тех девушек. Кроме того, она застрелила Кейт Дэвис.
Дэниел прерывисто задышал:
– Но почему? Зачем ей стрелять в Кейт?
– Помнишь, мы спрашивали о некоем Рокки? – спросил Люк. – Мы думали, что речь идет о мужчине. Но Рокки оказалась Кейт Дэвис. Сестра Гарта работала на Гренвилля и Бобби Дэвис.
Дэниел почувствовал, что не поспевает за мыслями.
– Но Кейт же сама пришла. Она рассказала нам, что человек, который убивал женщин в Даттоне, прислал Гарту письма. И Гарт боялся, так как за несколько лет до этого он общался с Джаредом О’Брайеном, а тот вскоре был убит. Мы и на след Мака О’Брайена вышли только после разговора с ней. Получается, она водила нас за нос?
– О, да. И весьма виртуозно, тебе не кажется? – сухо поинтересовался Люк. – Во всяком случае, мы с Чейзом были в ярости.
– Ты, несомненно, должен быть осторожным, - сказала Сюзанна. – Бобби еще не поймали.
– Поэтому за моей дверью стоит полицейский. – Дэниел закрыл глаза. – Боже, этого не может быть. Это…
– Сумасшествие, я знаю, - пробормотала Сюзанна.
Дэниел провел рукой по волосам:
– Но я рад, что ты мне все рассказала. Это дает ответы на многие вопросы, даже если эти ответы мне и не нравятся. Как ты уже говорила, как есть, так есть. Сюзанна, ты должна находиться в безопасном месте. Непременно.