Чтение онлайн

– Баба Дуся? – Игорь открыл глаза. – Как вы тут оказались?

– Куда тебя этот ирод прострелил?

– Ничего, баба Дуся, ничего… я могу встать… – он с трудом поднялся и полез в карман, – вот, – он вытащил диктофон, пробитый пулей, – вот что меня спасло…

– Да ты ранен, смотри – кровь!

– Да… пуля в груди, верно… больно… но… диктофон всю силу принял на себя, а в меня пуля воткнулась уже на излете… Вытащить бы ее, она тут, я чувствую… под кожей.

– А ну, покажи, – баба Дуся бесцеремонно расстегнула пиджак и рубашку, разорвала майку и осмотрела рану. – Терпеть можешь? Операцию буду проводить, – она достала шило, поплевала на него, вытерла кончик белоснежным платочком и ткнула шило прямо в рану.

– Ой! – вскрикнул Игорь. – Больно!

– Терпи, потом будет легче, – она поковырялась в ране и, ловко подцепив пулю, вытащила ее.

– На тебе, твою смертушку, – положила пулю Игорю на ладонь. – Ты полежи чуток, я сейчас, – она выскочила на улицу и через несколько минут вернулась и приложила к ране мокрый платок. – Счас я тебя перевяжу, – и принялась отрывать полосу материала от своей нижней юбки.

Медсестра из нее могла бы получиться неплохая, наверное, но оторванн о й тряпкой завязать рану поверх рубашки было не так-то просто. И все-таки она справилась: закрутила прочно, потом застегнула на все пуговицы пиджак и плащ.

– Подняться можешь? – и подала ему руку.

С помощью бабы Дуси он поднялся на ноги, стоял пошатываясь, бледный, но не испуганный, и все время поводил ноздрями, будто к чему-то принюхиваясь.

– Давай посмотрим на того, – кивнула головой старушка на Димку.

Димка был жив, он тихонько постанывал, он был ранен в голову и в плечо. Димку подняли, развязали ему ноги, но оставили в наручниках и повели к машине Игоря.

– Подождите меня, – баба Дуся метнулась в низину, где оставила такси. Таксист ожидал ее в сильном волнении.

– Что там случилось? – спросил он. – Кто-то стрелял?

– Бандит стрелял, – она уселась рядом, – вот я тебе плачу за поездку, а теперь поехали вон туда, – указала она в темноту. – Горяшка! – закричала она, когда они приблизились к «Жигулям». – Бандит далеко не ушел. Ехать ему не на чем, я ему три колеса проколола. Он побежал к сошейке. Гони туда, а мы за тобой! – и к таксисту: – Гони, милый, к сошейке, надо бандита изловить.

Но изловить бандита так и не удалось. Покружив вокруг и не обнаружив Толяна, баба Дуся распрощалась с таксистом, пересела в «Жигули», и они поехали разыскивать институт травмотологии, куда и определили Димку, предварительно сняв с него наручники. Игорю оказали первую помощь, перевязав грудь и сделав ему укол против столбняка.

– Что это от вас, молодой человек, мочой несет? – спросил Игоря хирург. – С испугу штаны намочили?

Игорь свирепо глянул на бабу Дусю, только теперь он понял, зачем выходила из дома хитрая старуха и чем воняло у не го по носом.

– Дак это… – смутилась баба Дуся. – Я обеззараживала… После того, как пулю вынула.

– Вы пулю вытащили? – удивился хирург. – Каким образом? Вы медик?

– Зачем медик? Шилом ковырнула и все дела.

– Ну… вообще-то правильно. Пуля извлечена, а поскольку операция проводилась в антисанитарных условиях, то очень даже необходимо было рану обеззаразить. Все верно.

Баба Дуся лукаво улыбнулась, прищурив глазки, взяла Игоря под руку и повела его к выходу.

– Домой, Горяшка? – спросила Игоря баба Дуся, жалостливо заглядывая ему в глаза.

– Нет, пожалуй, надо смотаться на вокзал, он, вероятно, попытается скрыться из города, а этого ему я не позволю.

– Тебе покой нужен, Горяшка, рану лишним движением бередить нельзя… Позвонил бы ты своим друзьям в милицию, пускай они за ним поохотятся, это их работа. Ты им объясни, кого они должны ловить и пусть они свой хлеб отрабатывают.

– Пожалуй, вы, баба Дуся, как всегда правы.

Он достал сотовый телефон и, позвонив капитану Красильникову, все подробно ему изложил и попросил усилить наблюдение за автовокзалом, аэропортом и железнодорожным вокзалом.

– В аэропорт он вряд ли сунется, – ответил капитан. – На наш запрос из Питера мы получили данные на некоего Анатолия Николаевича Векшина. Мы уже его портрет размножили и передали постовым службам города. У Векшина в зоне, где он отбывал срок, была кличка Толян. Думаю, это одно и то же лицо. Так что схватить Толяна – дело нескольких часов.

– У меня есть подозрение, что этот Векшин, или Толян, и есть убийца не только Александра Зубкова, – голос Игоря становился все тише, – но и Любови Ельцовой.

– Чем вы мотивируете? – тут же ухватился капитан Красильников.

– Капитан, вы там ловите его, а о мотивах поговорим чуть позже. Я ранен и устал, у меня нет сил. Все, пока, – Игорь отключил телефон и спрятал аппарата в карман. – Все, баба Дуся, едем домой.

– Жалко, – вздохнула баба Дуся.

– Чего? – не понял сыщик.

– Дак я, как дура, лазила по грязи на животе вокруг машины бандючьей, аж три колеса ему проколола, так он пешком от нас удрал!

– Он был вооружен, а мы безоружны.

– Я-то вооружена, – баба Дуся достала из кармана шило, чем сильно рассмешила Игоря.

– Вы и так причинили Толяну кучу неприятностей. Пешком ему труднее добраться до города, чем на машине. И потом, вы на м с Димкой очень помогли. Что бы мы делали без вас? Лежали бы сейчас в холодной хатенке на окраине города и кровью истекали. Вы наша спасительница. Одно неудобство, правда, было – у меня под носом… запах был не совсем ароматный, – И горь слегка улыбнулся.

– Не скалься, – обиделась баба Дуся. – Это народное лечение. Помогает лучше всякого лекарства. Ты еще молод и многого не знаешь. А потому тебе все то смешно, то неприятно…

– Да нет, надо – так надо! Какой разговор.

Дома Игорь лег в кабинете на диване, он Ирину не хотел волновать, увидит забинтованную грудь, еще впадет в истерику, а в кабинете – и он никому не мешает, и ему – никто, надоели мелькающие лица. От пережитого, а, возможно, и от потери крови кружилась голова, хотелось закрыть глаза, лежать бесконечно и ни о чем не думать. Все-таки, сыск – это дело не только опасное, но и очень утомительное. Хорошо, что Игорь неплохо физически подготовлен, это помогает ему много и без отдыха работать.

Баба Дуся тут же отправилась замачивать в ванной комнате свою измазанную телогрейку и прочую одежду. Покончив со стиркой, приготовила ужин и на подносе принесла еду Игорю.

– Похлебай куриного бульончику, Г о ряшка, он даже пользительней для раненых. Я помню, когда-то давно мне приходилось за ранеными в госпитале ухаживать. Бульон давали бойцам, но жиденький, курей-то в войну мало было, а тебе сделала наваристый, смотри какой прозрачный и ароматный!

Игорь терпеть не мог куриный бульон, но обижать старушку не хотелось, и он выпил, морщась, целую пиалу.