Чтение онлайн

Мне было больно не то, что двигаться, мне было больно даже дышать. Я зажала рану рукой, стараясь игнорировать пронзительную боль. Машина завелась, и мы поехали. Всё моё платье залило кровью, а голова начинала кружиться от потери. Мы ехали молча, и я понятия и не имела, кто этот человек.

Только сейчас, когда боль затупилась и стала ноющей, я испугалась. Моё сердце громко колотилось в груди, руки и ноги онемели от страха и боли, а человек продолжал меня куда-то везти.

– Не переживай, малышка, рана не такая уж и глубокая. – Раздался грубый голос, который я узнала бы где угодно.

Я стонала от боли, когда мы наезжали на кочки. Кровь уже слегка запеклась, а мой разум затуманился. Тошнота и головная боль были неописуемыми, а губы пересохли так, что было неприятно.

Когда мы остановились, я посмотрела в окно и с ужасом поняла, где мы. В Красно мааре. Ужас заползал под мою кожу, и я была уверена в том, что меня уже не спасут.

Он вышел из машины и вытащил меня ложа на асфальт. Тошнота подступала к горлу, а я едва могла дышать.

– Зачем ты это делаешь? – Хрипло спросила я, каждое слово давалось мне с большим трудом. – Это какой-то диагноз?

– Я это делаю, потому что ты делала со мной то же самое, малышка. – Он опустился передо мной на корточки. – Радуйся, что я не перерезал тебе горло, как ты мне.

Блейк наклонился ближе, убирая с моего лица волосы.

– Ты убил моего отца, Bastardo. – Прошипела я хрипло.

– Я говорил это тогда, я скажу это сейчас. Я его не убивал. Ты, чёртова сука, перерезала мне горло и думала, что я об этом забуду и оставлю это позади? – Злостно прошипел он. – Я не убил тебя только потому, что ты под защитой Габриэля. Я бы сказал под защитой Бесов, но, похоже, ты помирилась с Ведьмой. – Усмехнулся он.

– Vai all’inferno! – Бросила я ему в лицо.

– О, малышка, какие грубые слова. Неужели тебе больно? – С наигранной жалостью пробормотал он.

– Да нет, пустяки. – Со скрежетом сказала я. – Подумаешь дыра в пузе.

Он лишь посмеялся надо мной и с широкой улыбкой спросил:

– Малышка, ты знаешь, кто такой Цербер?

– Нет. – Мне было плевать, о чём он вообще говорит, меня заботило только то, что происходит со мной. Меня заботила только моя боль, из-за которой в глазах были искры.

– Когда он придёт за тобой, ты будешь жалеть, что не умерла сегодня.

– О ком ты говоришь? – Прошептала я, морщась от боли.

– Это не важно, ты сама всё поймёшь. Если ты меня посадишь, то я убью тебя раньше него, и никто тебе не поможет, малышка. – Прошипел он сквозь сжатые зубы, а после встал и направился к машине.

Я лежала в крови, на грязном асфальте, и, казалось, из меня медленно вытекала жизнь. А я и вправду пыталась его убить, но эта сволочь живуча. Я перерезала ему горло сразу после того, как меня выписали из больницы. Шрам был неглубоким и белым, но другого, я бы сделать не смогла. Одно дело, когда кто-то другой причиняет боль, а другое дело совершать это самому. Когда чувствуешь кожу человека как свою, чувствуешь, как лезвие входит туда, где его быть не должно, как влажная кровь бежит вниз по телу.

Он бегал за мной слишком долго, и я знала, что он меня догонит. Я мечтала о том, чтобы он горел в аду.

Мир вокруг потемнел сильнее прежнего, машина уехала, и я осталась здесь одна. Прохладный воздух обдувал моё лицо, тихое пение птиц усыпляло. Когда я думала об этих ощущениях, звуках – боль отступала. Но всему приходил конец. Я провалилась в холодную и безжизненную пустоту.

11.

Я проснулась, лёжа на чём-то мягком, мои глаза были закрыты, а сон только-только начал меня отпускать. Во рту пересохло и хотелось пить. С трудом я разлепила глаза и осмотрелась.

Я была в своей комнате, лежала на своей кровати, а рядом сидел Габриэль, наблюдая за моим сном. Его лицо было нахмуренным, глаза слегка красными. На улице ещё была ночь, и мягкий свет от настольной лампы освещал комнату. Я лежала под одеялом в своей ночной футболке. Мне даже не хотелось знать, как я в ней оказалась.

Рана на животе пульсировала, отдавая ноющей болью во все конечности. Я нервно сглотнула, вспоминая всё, что со мной произошло. Габриэль заметил моё пробуждение и тут же напрягся.

– Как себя чувствуешь? – Спросил он.

– Дерьмово, если не видишь. – Просипела я.

– Ты чувствовала себя намного лучше, если бы слушала меня. – Сжато сказал он.

– Что ты здесь делаешь, Габриэль? – Если он сидел здесь и ждал моего пробуждения, чтобы наворчать, то он выбрал неудачное время.

Он упёрся взглядом в стенку и помолчал пару минут. Я думала, он уже не ответит.

– Я и сам не знаю.

Я тяжело вздохнула от напряжения, что он создавал, и откинула одеяло, пытаясь встать. Резкая пульсирующая боль отдала в живот, и я поморщилась.

– Не вставай. Не хватало ещё, чтобы швы разошлись. – Проворчал он, слезая с кровати и идя ко мне.

– Я хочу писать, придурок. – Зашипела я на него.

– Я помогу. – Казалось, ему самому всё это не нравилось и меня раздражало, что он делает это через силу. Он подхватил мою руку, помогая привстать.

– Себе помоги. – Бросила я ему.

Он больше не выдержал, отпустив мою руку, он аккуратно припечатал меня к кровати. Я чувствовала, как он дрожал всем телом от злости.

– Я позову Аша, не вставай сама.

Он ушёл, а я даже не стала протестовать. Аш пришёл довольно быстро, он выглядел растерянным и помятым. Его русые волосы были взъерошены, а глаза уставшими. Он, не говоря ни слова, подошёл ко мне и помог подняться с кровати. Это было довольно больно, если учесть, что в моём животе была рана.

Аш подхватил меня под руку, и мы медленно пошли к ванной.

– Это был он. – Тихо прошипела я, пока на глазах накатывались слёзы от боли.

– Кто? – Также тихо спросил Аш.

Я тут же опомнилась и покачала головой.

– Неважно, вы уже и сами знаете. Чёрт, как же больно…

Аш помог мне сходить в туалет, и при нём я не чувствовала себя неловко или ужасно. Он вернул меня обратно в кровать, и я задрала футболку, чтобы посмотреть на рану. Она была заклеена большим лейкопластырем, и я решила, что мне не стоит это трогать. Аш сел рядом со мной.

– Что произошло? – Спросил он, стараясь не давить.

– Он пырнул меня ножом и отвёз в Вэстпарк. lo odio[5].

– Кто он? – Непонимающе спросил Аш.