Чтение онлайн

– - Убийца-автомат?
– - предположил Профессор.

– - Исключено. Мы проводили обследование наших летчиков, бомбивших Грозный. Для них это тоже была работа. Более того, служба. А кривые там метались, как молнии в грозу. Моральный фактор.

– - А здесь, выходит, морального фактора нет?

– - Есть. Но он позитивен. Иными словами, объект верит в правильность того, что делает.

– - А сразу не могли так и сказать?
– - раздраженно спросил Егоров.

– - Вы бы мне не поверили.

– - Я и сейчас не верю. Так не бывает.

– - Бывает. В психологии не меньше тайн, чем, скажем, в истории.

Профессор жестом прервал перепалку.

– - Что из этого следует?
– - спросил он.

Оператор снова пожал плечами:

– - Вы не объяснили мне цели обследования. Но если вы хотели узнать, является ли он наемным убийцей, могу твердо ответить: нет. И в будущем на эту роль не годится.

Профессор откинулся на спинку кресла и некоторое время молчал, нахохлившись. Потом сказал:

– - Спасибо, доктор. Проводите его сюда. Минут через десять.

Оператор собрал графики и молча вышел.

– - Вы уверены, что вам следует с ним встречаться?
– - поинтересовался Егоров.

И вновь ответ последовал не сразу.

– - Я ни в чем не уверен. Поэтому, должен на него посмотреть.

Егоров включил монитор:

– - Смотрите.

На экране появилась комната с полиграфом и компьютерами. Возле окна, спиной к камере, сложив руки за спиной и слегка покачиваясь на носках кроссовок, стоял молодой человек в джинсовом костюме.

– - Хорошо держится. Спокойный парень, -- заметил Профессор.
– - Даже не пытается заглянуть в бумаги на столе. Что было бы вполне естественно.

– - Он же просек телекамеру.

– - Как вы на него вышли?

– - Я представил отчет.

– - Повторите.

– - Через отдел кадров училища. Невольно подсказал бывший замполит, полковник Митюков. Он следит за успехами выпускников. Даже оборудовал стенд "Наша гордость". Довольно безобидный вид показухи. Этот парень сначала заинтересовал меня из-за слома карьеры. Это хорошо ложилось в нашу

разработку. Но решающим фактором, конечно, стала его поездка в Японию. На юбилее училища я на него посмотрел. Подходит.

– - Мы не знаем причины слома его карьеры.

– - Я надеялся, выясним.

– - Не выяснили. "Невыполнение боевого приказа". За этим может быть что угодно. Зато выяснили чертову дюжину странностей. Откуда у него такая дорогая машина, деньги на строительство дома? На какие шиши и за каким чертом он раскатывает по Европам? Участие в евразийском ралли для

собственного удовольствия. Это как прикажете понимать?
– - Профессор помолчал и с нескрываемым раздражением закончил: -- И главное, все эти вопросы встают тогда, когда человек практически уже включен в нашу комбинацию!

Егоров напомнил -- не оправдываясь, но словно бы возвращая Профессора к реальности:

– - Времени было в обрез. Но не поздно и переиграть.

– - Я вас не обвиняю. Я пытаюсь понять, что происходит и что необходимо предпринять. Отменять операцию мы не можем. Об этом и речи нет. Нам не могли его подсунуть? Этот ваш Митюков?

– - Он такой же мой, как и ваш. Исключено.

– - В нашей работе исключать нельзя ничего. И никогда. Вы знаете об этом не хуже меня.

– - Об операции известно только вам и мне. Или это не так?

– - О деталях -- да, так.

– - А в целом?

Профессор недовольно поморщился:

– - Не задавайте таких вопросов.

– - Тогда не о чем беспокоиться. Подсовывают серых воробышков, а не таких экзотических фруктов -- с новым "террано" и женой в норке. Он, кстати, и не делает тайны из своего образа жизни. Это лучшая гарантия, что он не подстава. Вас что-то смущает?

– - Конкретно -- ничего. Мне он даже нравится. Да, нравится, -- повторил Профессор, разглядывая на экране монитора Пастухова, который уже начал нетерпеливо поглядывать на часы.
– - Нормальный молодой человек. Настолько нормальный, что невольно ищешь серьгу в ухе. Или в ноздре. Экзотический

фрукт, говорите? Вы правы, пожалуй. Таких не подсовывают. А это, в конце концов, главное. Что ж, давайте с ним поговорим.

На экране монитора было видно, как в комнату вошел оператор, что-то сказал Пастухову. Тот довольно равнодушно кивнул и вышел из процедурной.

Егоров выключил телевизор.

Через несколько минут оператор ввел в кабинет Пастухова и остановился в дверях, выжидающе глядя на Профессора.

– - Можете быть свободны, -- кивнул тот.

– - Слушаюсь, -- сказал оператор и вышел.

– - Садитесь, Сергей Сергеевич. Мне хотелось бы задать вам пару вопросов. Не возражаете?

Пастухов оглянулся на подполковника Егорова:

– - Вы нас не познакомили.

– - Называйте меня Профессором.

– - Профессором чего?

– - Это важно?

– - Интересно.

– - Социологии, -- подсказал Егоров.

– - Понятно.

– - Что вам понятно?
– - заинтересовался Профессор.

– - То, что вы хотите остаться инкогнито. До свиданья, Профессор. Всего хорошего, подполковник. Позвоните на вахту, чтобы меня выпустили.

– - Вы хотите уйти?
– - спросил Профессор.

– - Я не люблю иметь дело с таинственными незнакомцами.

Профессор нахмурился.

– - Не выступал бы ты, рейнджер, а?
– - посоветовал Егоров.

– - Так я могу уйти?
– - повторил Пастухов.

– - Разумеется, -- кивнул Профессор.
– - В любой момент. Но я попросил бы вас не спешить. Как знать, не окажется ли наше предложение для вас интересным. Что же до инкогнито -- вы правы. Но есть ситуации, когда, чем меньше мы знаем друг о друге, тем лучше.

– - Это игра в одни ворота. Обо мне вы хотите знать все. Поэтому и предложили проверку на полиграфе.

– - Ты же согласился, -- напомнил Егоров.

– - Просто хотел понять, что вас интересует.

– - Понял?

– - Это было нетрудно.

– - Ну, хватит, -- поморщился Егоров.
– - Полиграф -- это был лишь способ проверить твою откровенность. Мы и без него знаем о тебе все.

– - Рад за вас. Тогда переходите к делу.

– - Не торопитесь, подполковник, -- проговорил Профессор.
– - Сергей Сергеевич совершенно прав: все о человеке не знает никто. Даже он сам. Мы знаем о вас далеко не все. И кое-что хотели бы узнать.