Чтение онлайн

Когда они остались одни после признания Мэри, она попросила Гектора высказать свое мнение по этому поводу, и он сказал:

– Возможно, пусть лучше люди тешатся мифом, Ханна. Я голосую за это. Сделала это Мэри или нет, но Хем в любом случае рано или поздно покончил бы с собой. Он нашел путь. И имел право умереть.

Иногда Ханна думала, что Мэри надула ее и Гектора. Какую более удачную месть может придумать презираемая вдова, чем взять на себя ответственность за последнее, самое знаменитое деяние своего мужа? Претензии Мэри на убийство Хема, по сути, крали у Папы последнее, что ему действительно принадлежало.

Вообразила ли Мэри или, еще хуже, подстроила убийство Хемингуэя? Было ли безумное признание Мэри результатом переизбытка абсента?

Ханна очень надеялась на это. В любом случае это была чертовски впечатляющая история – сомнительного качества откровение, на основе которого можно сделать неплохую карьеру в таблоидах.

Но что делать потом?

Может быть, намекнуть, что пьяный, безумный Скотт Фицджеральд имитировал собственную смерть и сжег больницу «Хайленд», загубив при этом девять жизней?

Или поведать завораживающую историю о смерти Вирджинии Вульф, которую утопил ее собственный кузен (он был под подозрением как Джек Потрошитель), Джеймс Кеннет Стефенс?

Или что-нибудь похуже.Высказать предположение, что вовсе не Папа погиб июльским утром в холле под спальней Мэри? Что Папа имитировал свою смерть и сам жив-здоров? Неплохо добавить о случаях, когда его якобы видели.

Черт, Ханна знала другого писателя такого склада, который именно так бы и поступил, будь он проклят.

Это была бы грязная, хотя и доходная,карьера.

Через закрытые жалюзи сверкнула молния. Сильный ветер бил по стеклам потоками дождя. Над ней висело вечное сомнение: печатать или уничтожить?

– Я никогда не смогу решить, Бриджит, – сказала Ханна. – Оставляю решение тебе. Ты об этом позаботишься. Храни рукопись. Уничтожь ее… или опубликуй. Тебе решать.

Бриджит кивнула. Потом произнесла:

– Ты закончила роман, который начала вместе с Гектором?

Ханна снова покачала головой, не глядя дочери в глаза.

В ту ночь после похорон матери Бриджит Макартур вспоминала Папу.

Носильщик в красной куртке сложил в купе большие чемоданы Бриджит и маленький саквояж с рукописью матери, содержащей рассказ Мэри о том, что на самом деле случилось в то утро второго июля 1961 года.

Купе Бриджит было небольшим, но достаточным, чтобы вытянуть ноги во время длинного путешествия из Парижа в Швейцарию.

Бриджит в последний раз взглянула на маленький саквояж, потом посмотрела на часы. До отправления поезда еще полчаса.

Она вышла погулять под стеклянной крышей Лионского вокзала, сквозь которую можно было видеть быстро бегущие тучи, которые были почти не видны в сгущающихся сумерках. Время от времени она посматривала на мужчин и женщин, которые садились с пустыми руками в экспресс Париж – Лозанна.

Бродя между киосками печати и закусочными тележками, Бриджит купила пару журналов и бутылку «Эвиан». Потягивая воду, она посмотрела в окно на шикарно одетую публику, обедающую в вагоне-ресторане. Голуби, которые летали под стеклянным сводом, опускались у ее ног в поисках пищи. Она отломила кусок хлеба от бутерброда и покрошила его для птиц.

Бриджит рассматривала обедающих в вагоне-ресторане и дивилась, откуда взялись деньги на это у двоих из них.

Услышав последний звонок, она побежала к вагону. Носильщик отошел в сторону, чтобы пропустить ее, когда она вскочила в вагон. Бриджит с трудом пробралась по узкому проходу мимо других пассажиров, продвигаясь к своему купе.

Она закрыла глаза, когда вошла в свое отдельное купе, и подняла голову до уровня, где, по ее представлениям, находилась полка, на которую носильщик поставил саквояж с рукописью.

Бриджит открыла глаза и увидела, что саквояж исчез.

Она удовлетворенно вздохнула…

Села, подобрав под себя ноги и уставившись на пустое место, где оставила саквояж с рукописью.

Бриджит улыбнулась, обхватила себя руками и представила себе, как обрадуется Папа, когда утром встретит ее поезд и узнает, что она сделала.

«Напечатай легенду» – художественное произведение, но, как и «Главные игры» и «Торос и Торсос», оно построено на противоречивых исторических фактах и трезвых рассуждениях, которые практически полностью основаны на официальных документах и архивных данных.

Во время сочинения этого романа автор обращался к десяткам документальных сочинений, но чаще всего к многотомной биографии Хемингуэя Майкла Рейнольдса, включая «Молодой Хемингуэй», «Хемингуэй: парижские годы», «Хемингуэй и возвращение домой, в Америку», «Хемингуэй: 1930-е годы» и «Хемингуэй, последние годы».

Хотите действительно узнать Хема? Прочитайте книги Рейнольдса, они исчерпывающие.

Я глубоко обязан своей жене Дебби и моим дочерям Маделин и Итс за их любовь и поддержку и за то, что дали мне достаточно простора для творчества. Без них я бы не справился.

Большая благодарность моему редактору Джону Шонфелдеру за его веру в меня, усердие и вдохновение.

Бесконечная благодарность Светлане Пиронко и Майклу О'Брайну, которые подсказали мне идею.

Спасибо Мадейре Джеймс за ее огромную работу на моем веб-сайте и Тому Стечшулте из «Рекордед Букс» за «голос» Гектора Ласситера.

Я также в большом долгу перед всеми независимыми книжными магазинами и продавцами книг, специализирующимися на детективной литературе, которые приняли близко к сердцу серию о Гекторе Ласситере и советовали романы своим покупателям, а также библиотекарям, которые, в свою очередь, рекомендовали эти романы своим читателям.