Чтение онлайн

Мера в шоке распахнула рот. Интересно, что бы он мог засунуть в ее соблазнительный рот?

Сосредоточься на деле, Дэй, упрекнул он себя.

— Ты хочешь сказать мне, что этот парень, — Мера указала на мертвого фейри, — который одет как торгаш-лепрекон, является королем светлого двора? Ты серьезно?

Баст одарил ее ослепительной улыбкой, надеясь, что его обычное обаяние сработает.

— Не все могут хорошо одеваться, грудастенькая. — Он осмотрел ее одежду, словно пытаясь доказать свою точку зрения.

Нахе!!! Грудастенькая? Когда он потерял хватку?

Но он не мог взять свои слова обратно.

Мера посмотрела на него, и румянец ярости окрасил ее прелестные щеки.

— Извини, если я одеваюсь не по твоим стандартам денди, пикси.

Баст расхохотался. Мера ужасна в ругательствах. Даже Тео мог бы научить ее многому, хотя его брат был монахом.

Прошло так много времени с тех пор, как они разговаривали в последний раз.… И все же Баст не мог думать об этом сейчас и копаться в прошлом.

Ему нужно раскрыть дело.

— Твоя напарница очень интригующая, верно? — спросил он Джулиана.

Шиг держал руки на груди, на его лице не было ни тени веселья.

— Еще раз проявишь неуважение к леди, и у нас с тобой будут проблемы, придурок.

Неуважение?

Баст не проявил к ней неуважения, просто указал на правду. Ее грудь была впечатляющей, и любой, кто отрицал это, либо слепой, либо дурак.

— У тебя возникнут проблемы, человек, — заверил он. — Я же назову это просто развлечением.

— Король Летнего двора мертв, и ты здесь один? — прервала Мера их перепалку, глядя за спину Баста. — Где кавалерия?

— Неплохо, грудастенькая. — На этот раз назвал ее так, потому что ему нравилось видеть, как она краснеет, но прежде чем Мера успела наорать на него, он поднял руки, сдаваясь. — Я не хотел проявить неуважение. — Он указал на ее груди. — Они красивые, упругие и подходящего размера. Это комплимент.

Он показал ей поднятый большой палец.

На него кинули такой взгляд, что Баст понял, что ему лучше быть осторожным. Впервые в жизни он испугался того, что с ним может сделать человек.

— Назовешь меня еще раз грудастенькой, и клянусь, что откушу тебе пальцы один за другим, мудак.

Мудак?

А это креативно. Баст добавил бы это слово в свой словарный запас. Очевидно, она не так плоха в ругательствах, как он предполагал.

— Это обещание? — лукаво спросил он.

Мера выглядела ошеломленной, ее потрясенное выражение лица невероятно возбуждало.

Черт возьми, как эта женщина очаровала его…

— Я буду честен с вами обоими, — продолжил он, заставляя себя сосредоточиться на текущем вопросе. — Мы хотим, чтобы это дело велось тихо. Ваш капитан согласилась на это в обмен на минимальное вмешательство с нашей стороны. Поэтому я здесь.

— Отлично, — парировала Мера. — Постарайся не стоять у нас на пути, и…

— Нет, ты не поняла. Я здесь не для того, чтобы помогать вам обоим. Я здесь, — он радостно указал на нее, — потому что я твой новый напарник.

Леон сидел на черном мягком стуле, уставившись в полуоткрытое окно. Мягкий океанский бриз проникал в его комнату, колыхал черные занавески и играл выбившимися прядями его волнистых волос.

Он не обратил внимания, когда слуга сидхе объявил о прибытии Меры и Баста. И он игнорировал их, когда они подошли ближе.

— Леон, — начала Мера, вытаскивая блокнотик из кармана куртки. — Мы приехали так быстро, как только смогли.

Солнечный свет проникал сквозь небольшую щель в шторах и освещал будущего короля, выделяя его фигуру на фоне остальной части темной спальни.

— Вы видели тело? — спросил он, не поворачиваясь к ним.

Мера и Баст обеспокоенно переглянулись.

— Да. Видели.

Мертвого слугу звали Винчи, и он съел отравленного фазана, предназначавшегося для Леона.

За годы службы в полиции Мера повидала много ужасов и привыкла, но даже она не могла долго смотреть на тело Винчи.

Труп раздулся, как перезрелая слива, его кожа стала фиолетовой, как аметист. Его глаза почти вылезли из орбит, а под кожей вздулись черные вены, как будто он был вазой, которая вот-вот треснет. К его челюсти прилипла струйка засохшей рвоты.

Баст объяснил, что яд назывался нокто ятту — «Ночная смерть», и он душил жертву, вызывая отек горла. Это также вызвало у жертвы рвоту, но поскольку горло было заблокировано, желчь попала в легкие и жертва захлебывалась собственной рвотой.

— Винчи погиб, защищая меня, — сказал Леон, не отрывая взгляда от окна. Вдалеке щебетали птицы. — Моя семья, мои слуги — все умирают. — Его губы дрожали, и он прошептал: — Я не могу защитить их. Как мне присматривать за целым островом?

— Ты не можешь винить себя за это, — проворчал Баст себе под нос. — Прекрати пытаться все исправить!

Леон, казалось, не слушал или ему было все равно.

— Винчи сказал, что должен попробовать мою еду в качестве меры предосторожности, поскольку отца отравили. Я, конечно, был против, но он настаивал.

— Мы получили показания свидетелей, — тихо перебила Мера, надеясь изменить направление разговора. — Показания вашей матери и другой служанки.

— Как она? — рассеянно спросил Леон. — Это было ужасное зрелище, детектив. Яд подействовал так быстро…

— С мамой все в порядке, — заверил его Баст, делая шаг вперед. — Немного потрясена, но она видела и похуже.

Мера содрогнулась, задаваясь вопросом, что могло быть хуже этого.

Хотя она похоронила уже одного сына.

Бросив на Баста благодарный взгляд, Леон снова уставился в окно.

— Корвус этого не делал. Он не мог.

— Очнись, — рявкнул Баст. — Он не тот фейри, которого ты вырастил. Все мы изменились. Он убил отца и Теодора и теперь охотится за тобой, старший брат.

— Почему? — Леон отодвинул стул, и деревянные ножки заскрипели по мраморному полу. Он встал, готовый к атаке, и сжал кулаки. — Я знаю, что наша семья извращенная и своенравная, но зачем нашему брату убивать своих?

— Из-за короны, — пробормотал Баст, и, возможно, Мера ошибалась, но он, казалось, съежился от силы Леона. — Я как никогда уверен, что Корвус охотится за троном.