Чтение онлайн

— Сильно ушибся? Ох, дай взглянуть, — вырвалось у Гу Юня. — Ты, конечно, поступил как голубок, занявшее сорочье гнездо, но я ведь и слова тебе за это не сказал? Почему же ты ведешь себя так, будто призрака увидал?.. Признавайся, что за грязные делишки ты проворачивал за моей спиной?

Дрожащей рукой Чан Гэн ухватил его за запястье. Когда он наконец почувствовал тепло человеческого тела, ему немного полегчало.

Заметив, что Чан Гэн чем-то встревожен, Гу Юнь решил немного разрядить атмосферу.

— Что же ты не спрашиваешь, почему я приехал в столицу на два дня раньше?

Чан Гэн помрачнел.

Гу Юнь продолжил разевать свой вороний клюв:

— Соскучился по тебе, поэтому подгонял коня...

— Замолчи! — пронзительно закричал Чан Гэн.

Прозвучало настолько жутко, что Гу Юнь замер, а потом осторожно спросил:

— Чан Гэн, в чем дело?

Во время разговора Чан Гэн пытался нащупать рукой висевшую в изголовье кровати паровую лампу.

Одного прикосновения к ней оказалось достаточно, чтобы светильник дважды мигнул и со хлопком погас навсегда.

Из-за того, каким невероятным образом в реальности повторился его кошмар, Чан Гэн пронзительно закричал. Страдания затмили его сердце, принеся с собой сто восемьдесят тысяч чудовищных видений. Боль накатила подобно приливной волне и разинула свою огромную пасть и разом поглотила его.

Примечания:

1. В китайском это очень забавная идиома ????
– ku die han niang - рыдать и звать на помощь маму с папой (от страха, обиды и т.д.)

2. В этом предложении есть интересный факт. В китайском говорится, что массовые убийства, это как не совсем удачный набор в игре в мацзян (выигрывающая комбинация фишек при игре в мацзян) (мацзян - это тот же маджонг, просто название китайское).

3. Цинь Ши-хуанди - первый император Цинь (shi huangdi - ???). Наступил 221 год до н.э. Окончилась эпоха Сражающихся царств. Ведь больше незачем и некому было воевать. Все они были объединены в одну могучую империю Цинь, во главе которой стоял 40-летний Ин Чжэн. Но это имя не несло серьезной смысловой нагрузки, чтобы запечатлеться в веках, поэтому было решено сменить его. Теперь он - Цинь Шихуанди, где Цинь - это имя новой династии, Ши-Хуан-Ди - Основатель и властительный император. Буквально: «великий император Основатель Цинь»), настоящее имя Ин Чжэн (кит. трад. ??, пиньинь Ying Zheng; 259 до н. э. — 210 до н. э.) — правитель царства Цинь (с 245 года до н. э.), положивший конец двухсотлетней эпохе Воюющих Царств. К 221 году до н. э. он воцарился над единой державой на всей территории Внутреннего Китая и вошёл в историю как создатель и правитель первого централизованного китайского государства. Основанная им династия Цинь, которой он предназначал править Китаем на протяжении 10 тысяч поколений, лишь на несколько лет пережила императора.

4. ???
– башня Ваннань. Глядя на юг\смотря на юг\смотреть на юг

5. Отсылка к Экспедиции Чжэн Хэ. Раньше про нее уточняли в прошлых главах когда появился господин Ду.

6. ??
– sigeng - четвёртая ночная стража (время от 1 до 3 часов ночи)

7. ???
– zhongshanlang - чжуншаньский волк (эпитет неблагодарного человека по притче о спасённом волке, напавшем потом на своего спасителя). Коварный человек, который за добро платит злом.

Глава 78 «Страхи и печали»

____

Цзыси, одно твоё слово, и я пройду через горы мечей и море огня.

____

Гу Юнь и раньше видел приступы Кости Нечистоты, но тогда не знал, чему именно становился свидетелем. За что бы Чан Гэн ни брался, он ни перед чем не останавливался в достижении своей цели и порой его увлеченность делом граничила с помешательством. Но даже тогда приступы не были настолько жуткими.

Казалось, Чан Гэн испытывал невероятные муки — свернулся калачиком, его била крупная дрожь. Чан Гэн был настолько силен, что Гу Юнь не смог его удержать.

Неожиданно Чан Гэн яростно его оттолкнул. Изогнутые наподобие ястребиных когтей пальцы безжалостно впились в руку Гу Юня. Ужасно тяжело было смотреть на то, как Чан Гэн себя калечит.

— Чан Гэн! — воскликнул Гу Юнь, схватив его за руку.

От этого окрика разум Чан Гэна немного прояснился, но просветление не продлилось долго.

Погасшая паровая лампа в изголовье кровати качнулась — цепь, на которой она висела, заскрипела — медленно повернулась и постепенно начала вновь разгораться. В мерцающем призрачном свете глаза Чан Гэна имели кроваво-красный оттенок. А губы у него были страшно бледные — в них не осталось ни кровинки. Кроме того в его глазах, обычно ничем не примечательных, будто появились смутные очертания ещё одной пары зрачков.

Теперь этот молодой человек действительно напоминал злое божество из легенд.

«Уэргу» как называла его барышня Чэнь. Когда Гу Юнь впервые слушал эту историю, сердце сжалось от тревоги. Тогда ему было трудно поверить до конца в ее слова, а уж вообразить, что он увидит это воочию, Гу Юнь точно не мог — до сегодняшней ночи. По спине прошел холодок. Одной пары яростных глаз оказалось достаточно, чтобы до смерти перепугать закаленного в боях полководца.

Они пристально смотрели друг на друга. Это напоминало встречу с диким зверем в безлюдном месте: боясь хоть на мгновение отвести взгляд, Гу Юнь медленно протянул к Чан Гэну руку. Тот не стал ее отталкивать. Когда теплая ладонь коснулась лица, Чан Гэн чуть наклонил голову и с бесстрастным видом потерся о нее.

— Ты узнаешь меня? — тихо и испуганно спросил Гу Юнь.

Чан Гэн опустил густые ресницы — гуще, чем у жителей центральной равнины, — и прошептал:

— ... Цзыси.

Хорошо, что пока тот его узнавал. Гу Юнь испытал облегчение и не обратил внимания на странную интонацию. Ещё было рано радоваться. Не дав ему перевести дыхание, Чан Гэн вдруг накинулся на него и попытался сжать руку на горле.

— Ни за что не отпущу!

Гу Юнь оторопел.

Горло — очень уязвимое место, Гу Юнь рефлекторно ушел от атаки и выставил вперед руку. Чан Гэн воспользовался этим и грубо схватил его за запястье. Гу Юню ничего не оставалось, кроме как в ответ сжать пальцы на его локте. В узком пространстве спальни они успели обменяться несколькими ударами. Наделенный безграничной силой злого божества и великолепно владевший боевыми искусствами Чан Гэн впал в буйство и неудержимо бросался на Гу Юня. Тот боялся случайно ему навредить и от натуги покрылся потом.

— Твою мать! — сердито выругался Гу Юнь. — Я только домой вернулся, куда мне теперь податься?

Чан Гэн внезапно замер. Гу Юнь ласково погладил его шею и подбородок.

— Очнись!

Похоже, этого было мало. Чан Гэн неожиданно прищурился, напомнив Гу Юню молодого леопарда, а затем повернулся и зубами впился в его руку.

Гу Юнь потерял дар речи.

Ух, знай он, как Чан Гэн себя поведет — сразу отвесил бы ему пощечину!

Гу Юнь зашипел, уголки его глаз гневно опустились. В жизни бывало всякое — его избивали, он чуть не погиб во взрыве, но прежде никто настолько не ненавидел его, чтобы кусаться и пытаться буквально сожрать живьем. От возмущения ему захотелось выбить этому сумасшедшему передние зубы!

Укушенная рука онемела. Но Гу Юнь так и не решился навредить Чан Гэну и постепенно расслабился. Вместо этого он погладил его затылок свободной рукой и прошептал:

— До того ненавидишь, что решил содрать с меня шкуру и сожрать живьем? Неужели ты настолько сильно меня презираешь?

Казалось, ему удалось достучаться до Чан Гэна — тот моргнул, и из его глаз потекли слезы.

Молодой человек не издал больше не звука — лишь покусывал руку Гу Юня и беззвучно плакал. Рыдания немного смягчили его жуткий кровожадный взгляд. Постепенно он разжал зубы. Гу Юнь высвободил окровавленную руку и, осмотрев ее, выругался: