Чтение онлайн

Император Тайши руководил страной целых восемнадцать лет и все это время предпочитал именовать себя «регентом» и издал несколько указов, касающихся в том числе гражданских и военных чиновников. Ему удалось создать систему, где все были равны, а власть и обязанности отдельных чиновников — ограничены, чтобы каждый человек задумывался о своих поступках.

Эта грандиозная реформа помогла преодолеть тысячелетний застой и нависший над нацией густой туман.

Конец одной эпохи всегда является началом чего-то нового.

От автора:

Это конец основной истории. Спасибо за вашу поддержку.

От команды перевода: дорогие читатели, вот и подошёл конец истории! Экстры будут в печатном издании . Огромное всем спасибо за ваше терпение, за вашу любовь к творчеству Прист, за любовь к этому наисложнейшему произведению! За всей информацией касательно дорамы, печатного издания, работы над ним, прочей информацией и просто за общением и тёплой атмосферой, любимые читатели, пожалуйста, следите в нашей основной группе в ВК. Мы очень стараемся публиковать там всю важную информацию о проектах.

Любим вас и благодарим за всё!

Примечание:

1) Один из девизов правления императора У-ди (265 — 274 годы). В Древнем Китае это было время сотворения Земли и Неба, когда все сущее начало формироваться.

«??? / Sha Po Lang/ Убить Волка» zhilukjj_

Published: 2023

Source: https://www.wattpad.com

Экстра 1. Души вернулись домой

——————————

Во сне Чан Гэн вспомнил, что произошло много лет назад: вокруг него плыл резкий запах горящего масла, а также соленый запах крови и землистый запах сена. Ему приснилось, что он превратился в маленький комочек, свернувшись в калачиком в потертой корзине, натыкаясь на ступни неуравновешенного шага женщины.

У Ху Гуэр длинные темные волосы, как темное облако, но, к сожалению ее тело слишком худое, из-за чего ее голова казалась больше и выглядела, как человек, который был сложен из кучи костей. Она сама прошла через логово горных бандитов, напевая варварскую мелодию.

Внезапно она обернулась, и её взгляд упал на Чан Гэна. Чан Гэн инстинктивно сжался. Хотя он уже вырос и был неуязвим, эта хрупкая женщина всегда могла причинить ему боль, и он испытывал к ней глубокий страх.

Однако она просто молча смотрела на него некоторое время, не двигаясь. Ее лицо было запятнано кровью, губы были бледны, а выражение лица печальным. Вся ее душа свернулась клубочком в этих глазах, которые смотрели как пара рифов, скрывающих огромные морские волны.

Ху Гуэр тихо вздохнула, но она не была похожа на обезумевшую. Она протянула свою тонкую руку и коснулась головы Чан Гэна. Ее губы сменили мелодию – люди со всего мира, с севера на юг, не понимали языков друг друга; однако маленькие песенки, которые напевала мать, чтобы уложить ребенка спать, были похожи. Чан Гэн был немного удивлен. Он не знал, что в его памяти еще существовала эта сцена.

Она несла его, казалось бы, по длинной и бескрайней дороге смерти, а затем остановилась у подножия горы. За горой тихо горел огонь. Дым поднимался к небу, а обиженные души вернулись на землю. Вытерев пот со лба она села на обочину дороги, чтобы отдохнуть. Она вынула маленького Чан Гэна из корзины.

Чан Гэн подсознательно сопротивлялся. Ху Гуэр подняла его до уровня своих глаз, уставившись ему в лицо, не зная, на что он смотрит. Вдруг, на ее лице появилась неописуемая тоска и нежность. Она посадила маленького Чан Гэна себе на колени, нежно проводя пальцами по маленьким чертам лица. Затем она наклонилась, и легонько поцеловала его в лоб.

Ча Гэн не смел моргать, увидев, что ресницы незнакомки были густы, как крылья бабочки, а когда она слегка дрожала, казалось, что она в любой момент готова взлететь в небеса. Затем она неожиданно расплакалась и тихо произнесла: «Зачем ты здесь родился, дитя? Бог послал тебя страдать?»

Чан Гэн посмотрел на нее сквозь годы воспоминаний. И когда она сжала свои тонкие бескостные руки на его шее, его сердце вдруг успокоилось, и почему-то он больше не боялся этой женщины.

Когда она в слезах хотела задушить его, ее окровавленные руки были свирепы, но глаза нежны.

Но когда она обессилела от слез и пришла в себя, она опустила руку, вцепившуюся в шею Чан Гэна, пустив воздух в его издыхающее горло, но ее глаза снова стали холодными.

Каждый раз, когда она вытирала слезы, казалось, что часть ее души испарялась из своего тела, становясь все более и более безразличной, и все более и более примиряясь с маленьким Чан Гэном.

Чан Гэн следовал за ней, блуждая всю дорогу.

Пока в какой-то момент Ху Гуэр случайно не увидела ноги Чан Гэна. Вдруг испугавшись, она закрыла лицо обеими руками, отступила на несколько шагов и сжалась в клубок, упав перед беспомощным взглядом мальчика, горько плача. Во сне Чан Гэн посмотрел на свои ноги и обнаружил, что палец его ноги чудесным образом восстанавливается...

Что было «самовосстанавливающимся»?

Чан Гэн на мгновение попытался вспомнить, но яркий сон вдруг воскресил то, что было похоронено в глубинах его памяти в ранние годы.

Он вспомнил совсем ранние годы – время, когда у него не должно быть воспоминаний. В то время у него действительно был врожденный дефект пальца ноги. Позже он восстановился, неизвестно когда.

Кость Нечистоты постепенно будет отражать характеристики брата, которого он поглотил.

Восстанавливающийся палец на ноге нанес Ху Гуэр сокрушительный удар, он казалось, все время напоминал ей, что она превратила собственного ребенка в Кость Нечистоты, и характеристики этого ребенка начали отражаться в этом маленьком «злом боге», которые слились в одно целое, – стало походить на легенду, что рассказывали люди.

Чан Гэн посмотрел на нее с некоторым сочувствием. Когда он взглянул на все это с точки зрения постороннего, он вдруг понял чувства этой сумасшедшей женщины.

Когда человек переполнен унижения своей нации и семейной ненавистью, было легко принять крайние меры, такие как самоубийство или даже убийство родителей и детей.

Внезапно Ху Гуэр бросилась на него, схватила за ногу, подняла камень и разбила ее...

Боль была реальной, даже во сне.

Ху Гуэр яростно сгибала палец ноги, и повторяла, словно демон: «Ты не мой ребенок, ты не мой ребенок...»

Чан Гэн издал болезненный стон, застрявший между сном и реальностью. От боли почти вся его нога онемела.

В этот момент холодная рука схватила его за ногу, чтобы просто унять жгучую боль. Чан Гэн сделал несколько вздохов, и кто-то прошептал ему на ухо: «Тссс, все в порядке. Это все в прошлом, теперь не больно.»

Чан Гэн безучастно поднял голову и заметил внезапную перемену в окружающей обстановке. Его тело постепенно росло становясь выше, однако его одежда все еще была рваной, а тело было покрыто ранами. Бескрайний холод, казалось, пропитывал его до костей. В унылом и бесконечном поле за перевалом он прищурился и увидел человека, идущего на свет, его плащ колыхался на ветру, шаг был тверд, а на поясе висела старая железная фляга из под вина.