Чтение онлайн

Барышня Чэнь не поняла, и спросила своего жениха:

–Тогда почему тебя избили?

Гу Юнь засмеялся и сказал:

–Поскольку этот парень не слушал меня, он не осмелился войти в парадную дверь после того, как поджег огонь. Ему пришлось настоять на том, чтобы прыгнуть через окно на заднем дворе, и он убежал, чтобы встретиться со старым мастером Шэнем, который встречался там со своими друзьями. Ха-ха-ха, хотя он и замаскировался, это не обмануло его собственного отца.

Павильон Сянюнь располагался за башней Ци Юань. Он имеет определенный стиль, здесь собиралось много литераторов и ученых, и еда тоже была своеобразной. Однако, каким бы стильным он ни был, это все равно был публичный дом. Сын, поймавший отца на встрече с его друзьями здесь, даже если он ничего не сделал, его смущение породило гнев, не говоря уже о том, что его сын тоже шалил.

Хотя он знал, что аморальный поступок поджога был планом Гу Юня, мастер Шэнь не мог ударить Аньдинхоу, поэтому ему пришлось выплеснуть весь свой гнев на сына, избивая его, пока он не закричал о своих предках и не пролежал в постели больше месяца.

Шэнь И сердито бросил цветочный букет Гу Юню:

–Компенсируй мне.

Гу Юнь с любопытством спросил:

–Почему?

–Это ты спланировал это. И если подумать, Маршал был полон стратегий с самого детства. Даже местность и окружающая среда павильона Сянюнь…

Гу Юнь поспешно сказал:

–Хорошо, хорошо, я дам тебе компенсацию, брат Цзипин, пожалуйста, прекрати свои слова.

Гу Юнь под многозначительным взглядом Его Величества взял кедр, не говоря ни слова, и проглотил его, как золото.

До третьего раунда игры на барабанах Гу Юнь еще не проглотил кусок, затаив дыхание в агонии. Он передал Шэнь И цветочный букет и пошел за чашкой чая.

Но в следующий момент Шэнь И, который должен был передать его барышне Чэнь, с молниеносной скоростью бросил цветочный букет обратно в руки Гу Юня.

Гу Юнь, который полоскал горло, чуть не выплюнул весь свой чай. Он поднял голову в оцепенении.

Дун. Барабан остановился.

Гу Юнь:

–...

Шэнь И:

–Хахахаха!

Гу Юню было неудобно ссориться с Шэнь И на глазах у всех его друзей, ему приходилось махать рукой, притворяясь великодушным:

–Как может быть что-то такое, о чем я не могу сообщить другим людям, я…

Он достал из мешка записку, в ней было написано:

–Что для вас было самым большим утешением, когда вы находились в самой отчаянной ситуации*?

Всем было очень любопытно видеть, как Маршал замолчал после полуслова хвастовства. Шэнь И наклонился и спросил:

–Что тут написано?

Гу Юнь сжал кулак и спрятал записку. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Чан Гэна. На мгновение его взгляд был далеко, никто не знал, о чем он думал. Он вдруг улыбнулся.

Чан Гэн не понял, он моргнул и спросил:

–Что на ней было написано?

Глаза юного императора были ясными и сверкающими, как будто в этой паре глаз сосредоточены все огни Северного дворца.

«Там написано о тебе, дурак», — подумал Гу Юнь, – забудь об этом.

Затем одну за другой он съел всю «вечную весну» перед собой.

Ну, вкус был не очень, пожалуйста, пожелайте ему удачи.

———

Согласно вкусу Гу Юня, в этой жизни он распрощался бы со сладкими и кислыми ломтиками свинины, я думаю, что это одно из его самых больших сожалений в его жизни.

——————————

*ароматная весна - относится к китайскому кедру

*в оригинале: ?????
– шаг за шагом, достигну тех мест, где иссякнули воды - стихотворение Ван Вэя (701-761) "????"

Полное стихотворение:

?????,??????

?????,??????

?????,??????

?????,??????

Перевод (от К.Карташова):

В зрелые годы склонялся к ученью даосов,

Позже свой дом обустроил в краю гор Наньшань.

Потакаю привычке частенько гулять в одиночку,

Развеселое дело — свободным себя ощущать.

Шаг за шагом, достигну тех мест, где иссякнули воды.

Усевшись, взгляну, как вздымаются ввысь облака.

По случайности, вдруг повстречается старец в чащобе,

За шутливой беседой упустим — домой уж пора!

Экстра 14. Небольшой неизвестный инцидент на северной границе

Как упоминалось на прошлой неделе, генерал Шэнь развернулся и наконец изменил свою судьбу, воспользовавшись случаем, когда маршал был сбит с толку уксусом, чтобы бросить ему цветочный букет и получить эту записку.

Если говорить только о «утешениях», то у Гу Юня их было много. Конечно, на первом месте стояла красота Чан Гэна, но кроме него есть вкусная еда, веселье, братья, с которыми он прошел через жизнь и смерть, позорный Шэнь И, дядя Ван, выращивающий цветы, Старик Хо, кормящий лошадей - все в мире, что могло заставить его перестать ценить, и улыбаться, было частью его чувств, и, естественно, было его утешением.

Но что значит «в самой отчаянной ситуации»?

Когда Гу Юнь впервые увидел эту строку слов, он не подумал о днях, когда он был молод, когда потерял своих родителей и стал глухим и слепым.

Во-первых, все это произошло очень давно. Во-вторых, так было на протяжении десятилетий; он все равно давно к этому привык. Теперь, когда он вспоминал годы, когда он был ребенком и унаследовал титул в поместье маршала, все они были размыты в его воспоминаниях. Иногда, когда он вспоминал какие-то отрывки или слушал, как дядя Ван или другие упоминали об этом, ему казалось, что они никогда с ним не случались.

Не думал он и о том времени, когда западная армия окружила столицу. На тот момент он был уже закаленным и крепким мужчиной. Он знал, что он должен и не должен понимать. Никто больше не осмеливался добавлять слово «маленький» перед «маршал». Когда дело доходило до Черного Железного Лагеря, люди думали о самом Гу Юне, а не о старом маршале Гу Шэне. Он был последней стеной перед падением страны; у него не было так много свободного времени, чтобы жалеть себя.

Слова «самая отчаянная ситуация» и «безвыходность» на самом деле напомнили ему время, когда император Лунаня впервые взошел на трон и приказал ему сопровождать принца северных варваров Цзялая Инхо с перевала—