Чтение онлайн

Смотрел он на меня не то, чтобы со скепсисом, просто слегка непонимающе. Всё пытался найти подвох. И это понятно. Просто король разумно, с его стороны разумно, не упоминал, что аристократы могут ждать своего шанса очень долго. Говорить ему, что и ведьмаки живут немало, я не стал. К тому же, даже если Род Дутерте будет ждать слишком долго, его всегда можно спровоцировать.

Пялился он на меня больше минуты. Минуту и семнадцать секунд. Я уж поторопить его хотел. Но вот он отмер, тряхнул головой и, расправив смятый лист бумаги, принялся его читать. Читал он быстро. Прям… Реально быстро. Подняв голову после прочтения первого листа, произнёс:

— Тотальная капитуляция? Думаешь, мои аристократы это примут? Как минимум те, кого вы изгнали с Минданао, будут против, — усмехнулся он. — И что я им сделаю? Их законное право не согласиться.

— Охо-хо, — покачал я головой и достал смартфон. — Что-то мне подсказывает, что против будут немногие. А тех, кто будет, найдётся кому угомонить.

Ну и аудиозапись врубил. Ту самую, на которой разговор двух министров. Кто-то, кто плохо разбирается в политике, может сказать, что слова короля бред. Он же король! Всё должно быть по его слову. Скажет капитуляция, значит — капитуляция. Но если бы всё было так просто, то не было бы ни сёгуната, ни смен правящих династий. Королям тоже приходится прислушиваться к мнению общества. Разве что не к каждому мнению, но приходится.

Это, кстати, один из тонких моментов Филиппинского плана. Местные аристократы могут извернуться, найти лазейку и сменить правящую династию. В теории. Но тут должно сойтись столько всего… И прежде всего для этого им нужно время.

Когда аудиозапись закончилась, король сидел, прикрыв глаза и массируя переносицу.

— Даже сейчас… — прошептал он.

Не знаю, о чём он, но мне и плевать, в общем-то.

— Вы дальше читайте, — произнёс я.

Бросив на меня злой взгляд, Дутерте отложил верхний лист и принялся читать второй. И вот к такому он явно не был готов. По мере чтения его брови поднимались всё выше и выше, а после прочтения он, бросив на меня короткий взгляд, тут же принялся читать последний лист. Прочитал. Вновь посмотрел на меня. Ещё раз перечитал второй и третий лист.

— Но это же уничтожение моей страны! — произнёс он, повысив голос. — Как я могу пойти на такое?!

— Что только не сделаешь ради Рода? — пожал я плечами. — К тому же, вы выбрали не совсем верную формулировку…

— Филиппин больше не будет! — прервал он меня.

— Как государства — да, — согласился я. — Но люди и культура останутся. Просто в составе другого государства. Причём заметьте — это стандартное прошение. Для всего мира стандартное. То есть, если Император его одобрит, вы остаётесь наместником своих старых земель. Индонезию вон вообще захватили, и что? Вы вообще знаете о такой стране?

— Знаю, — выдохнул он, прикрыв глаза.

— Ну так радуйтесь, — хмыкнул я. — Ваши земли останутся под вашим управлением, просто под другим флагом. Ибо нефиг… раздавать его всяким там сомнительным личностям. Красавчик я, да? Довольно символичная победа.

— Ну ты и… — качал он головой. — Ты…

— Опять вас клинит, — вздохнул я. — В любом случае, у вас всего два пути. И второй, право слово… такой себе. Впрочем, выбор так или иначе за вами.

— Да нет здесь никакого выбора! — выкрикнул он, вскочив на ноги.

— Думайте, — произнёс я спокойно, и поднимаясь со стула, добавил: — Я приму любое ваше решение. С превеликим удовольствием.

Естественно, Дутерте выбрал то, что мне нужно. Как он и говорил — выбора у него просто не было. Сначала Род, потом семья, потом активы Рода, то есть всё то, что даёт силу и власть Рода, и только потом ты сам. Примерно в таком порядке расположены ценности аристократов. С нюансами, понятное дело, ситуации бывают разные. Правда, это к свободным от вассалитета Родам относится, в ином случае на первом… или втором месте находится господин. Впрочем, в нашем случае это не имеет значения. Дутерте — правители, над ними никого. Это за них должны умирать. И вот перед самым главным правителем встал вопрос — либо его Род умирает, либо он отдаёт страну. Не полностью, управлять-то он ей по-прежнему будет. А вот урона чести нет — будучи королём, он со всех сторон прав… Ладно, не то, чтобы прав, просто его решение поймут и примут и аристократы, и простолюдины. Когда твоя семья под прицелом — это более чем весомый повод прогнуться. Опять же, если ты не вассал.

— Синдзи!

В комнату, которую я приспособил под временный кабинет, и в котором лениво читал доклады, ворвалась Хирано.

— Что случилось? — поднял я на неё взгляд.

— Ничего, и это раздражает! — топнула она ножкой. — Когда уже этот человечишка сдастся? Я домой хочу!

— Ха-а-а… — выдохнул я устало. — Я с ним только вчера вечером говорил, а сейчас утро. Ты хоть представляешь всю серьёзность дела, которую ему надо обдумать?

— Да нечего там думать! — воскликнула она. — А он часом не время тянет?

— Это вряд ли, — опустил я взгляд на бумаги. — Просто пытается найти выход.

— Которого нет, — подошла она к столу, за которым я сидел. — Син, может поторопим его, а? Возьмём его сына…

— Нет, — прервал я её.

— Возьмём его невестку… одну из, да покажем, что…

— Нет, — вновь прервал я её. — Мы не будем никого пытать.

— Да я лично, если хочешь… — сжала она ладонь в кулак.

— Как минимум ещё сутки, — не дал я ей договорить. — Дай ему время, оно у нас есть. Незачем быть такими… — не смог я с ходу подобрать слово.

— Ты порой слишком добрый, — проворчала она.

— Это не доброта, это адекватность, — почему-то возмутился я.

Как будто доброта — это плохо.

— Ой, как скажешь, — махнула она рукой и, сев полубоком на стол, продолжила. — Может, всё-таки… ну, не знаю. Хоть что-нибудь сделаем. Син, мне скучно… — начала она ныть. — Сижу, ничего не делаю, вокруг ничего не происходит и даже почитать нечего!

— Хм, — удивился я. Чтоб Хирано и не нашла что почитать? — В принципе, ты можешь ехать домой. Дел тут и правда очень мало осталось.

— И остаться совсем одной?! — возмутилась она. — Нет уж, лучше я здесь поскучаю.

Чертовка… Поза, в которой она сидела на столе, прямо-таки кричала “возьми меня”, и я даже встал из-за стола, медленно обходя его и предвкушая занятное времяпрепровождение. Но в тот момент, когда я подошёл к Хирано вплотную и уже хотел сказать что-то остроумное, в дверь кабинета постучали.

— М-м-м… — отодвинулся я от лисицы. — Войдите!

Дверь открылась, и за ней я увидел старика Каджо.

— Господин, — поклонился он. — меня просили передать, что Его величество Дутерте просит об аудиенции.

— Ну вот, — посмотрел я на Хирано. — Надо было просто чуть-чуть подождать.

— Я тут подумала, — повела она плечом. — А давай теперь его ждать заставим? Пусть два-три часика помаринуется.

Интересная идея… Нет. Хватит. Где твоя сила воли, Макс? Этак она скоро вертеть мной начнёт.

— Как-нибудь в другой раз, — произнёс я, разворачиваясь к выходу из комнаты. Хочу поскорее разобраться с этим делом.

— Но мне скучно-о-о… — летел мне в спину её стон.