Чтение онлайн

— Ладно. Может, я и сказала, что ты его любишь первой, но ты должен был его услышать. Он был так печален и… и… и он сказал, что тоже любит тебя.

Яран ухмыльнулся, его глаза плясали от возбуждения, пока внезапно не стали трезвыми.

— Я бы предпочел, чтобы он сказал это первым. — Он теребил нитку на своей рубашке.

— А что, если он ждал, что ты ему скажешь? Кто-то должен сказать это первым, иначе никто не скажет.

Он взглянул на меня, бросая нитку на пол.

— Да, но что, если он сказал это только потому, что ты ему сказала?

— Ты это серьезно? — Я зевнула и потерла глаза. — Он любит тебя. Ты должен быть в экстазе.

— Да, и ты тоже. — Он накрыл мою руку своей. — Спасибо, что связалась с ним. Приятно знать, что он чувствует, и что он будет ждать меня.

— Он знает, что такое хорошо, когда видит это, — сказала я.

Он смотрел, как его рука лежит на моей.

— Я мечтаю сбежать с ним. Сбежать из мира Мистиков и никогда не возвращаться. Он говорил, чтобы мы вместе учились в колледже. Жили в однокомнатной квартире. — Когда он снова поднял глаза, в них была печаль. — Я хочу эту мечту.

— А почему бы и нет? Просто уходи.

— В отличие от тебя, я не защищен от мониторов. — Его рука соскользнула с моей. — Они найдут меня и отправят на виселицу под Ватиканом. Кроме того, я не оставлю тебя. Я буду сражаться рядом с тобой до конца, Джиа.

Его слова прозвучали как удар кувалдой в грудь. Я ненавидела думать о том, что он в опасности из-за меня. Меня раздавит, если с ним что-нибудь случится. Но я не сказала ему об этом — он бы просто поспорил со мной — поэтому вместо этого я сказала:

— Я напугана.

— Знаю. — Он уставился на что-то в другом конце палатки. — И я тоже.

— Я немного скучаю по старшей школе и всем ее драмам. — Я снова зевнула.

— Я должен дать тебе поспать. — Он начал подниматься, но я схватила его за руку, останавливая.

— Ты можешь просто остаться, пока я не усну?

— Конечно. — Он растянулся на коврике.

— Ты самый лучший, — сказала я и прижалась к нему.

Я не помню, когда Яран покинул мою палатку, потому что он ждал, пока я усну. Но вой собак-оборотней вдалеке разбудил меня. Или, может быть, потому, что я беспокоилась о Бастьене. Он был таким тихим, и это было не похоже на него — оставить меня здесь.

Завернувшись в одеяло, я сунула ноги в сапоги и выбралась из палатки. Снаружи все еще было темно, но луна, висевшая низко в небе, давала достаточно света, чтобы я могла видеть, куда иду. Это была знакомая луна, что заставило меня задаться вопросом, были ли человеческие и мистические миры одним и тем же. Две собаки-оборотня лежали на земле перед входом. Услышав меня, они вскинули головы.

— Хорошие щенки, — прошептала я и покачала головой. — Что я говорю? Вы меня понимаете. Я не хотела вас так называть. Я знаю, что вы — люди… иногда. Я просто иду туда. — Я указала на палатку напротив моей.

Я подкралась к палатке Бастьена, медленно открыла полог и проскользнула внутрь.

— Бастьен, можно мне войти?

— Это ты, Джиа? — Он казался сонным.

— Да.

Он устроился на коврике и создал шар света на своей ладони. Его темные волосы были взъерошены и слегка всклочены с правой стороны.

Приподняв одеяло, он сказал:

— Залезай.

Я стащила сапоги, отбросила их в сторону и устроилась рядом с ним. Он был обнажен по грудь, и я мельком увидела его великолепный торс — загорелая кожа, гладкая и упругая над волнистыми мышцами.

— Где твоя рубашка?

— Я никогда не надеваю ее в постели, — сказал он и натянул на меня одеяло. — Ты не можешь уснуть?

— Нет. Ты так быстро ушел и даже не проводил меня до палатки. — Остановись. Ты говоришь неуверенно. — Я просто хотела убедиться, что с тобой все в порядке, — добавила я, опровергая его слова.

— Мне нужно было выбраться оттуда, пока я не превратился в ревнивого бойфренда. — От его дыхания у моей шеи по коже побежали мурашки. Шар света покинул его руку и поплыл над нами.

— Как ты это сделал?

— Это магия. — В его ответе послышался легкий смешок.

О боже. Конечно, магия.

Я повернулась к нему лицом.

— Ты ревновал?

Его левая бровь приподнялась.

— Ты наслаждаешься моими страданиями, не так ли?

— Да, — сказала я, кивая.

Он криво улыбнулся, и его голубые глаза сверкнули в свете лампы.

— Я считаю, что мое эго нуждается в поцелуе.

— И где же именно находится твое эго?

— Прямо здесь. — Он указал на свои губы.

Я наклонилась и быстро поцеловала его.

— Лучше?

Уголки его губ опустились в восхитительно преувеличенной гримасе.

— Это все равно что лизать клубнику и не иметь возможности откусить кусочек. Определенно совсем не удовлетворяет.

Я сжала губы, стараясь не улыбнуться.

— Ты определенно требователен.

— Только когда дело касается тебя. Нас. — Он притянул меня к себе, крепко обняв за талию. — Возможно, я ошибаюсь, но я считаю, что это правильный способ исцелить эго.

Его губы прижались к моим, мягкие и нежные, с легким привкусом мяты. Теплые. Я вдохнула его запах: озерная вода, скошенная трава и мыло из его недавней ванны. Его руки скользнули по мне, вверх по талии и к спине. Я обняла его за плечи и прижалась к нему, как будто не могла подойти достаточно близко. Его язык легко коснулся моих губ, прежде чем раздвинуть их и скользнуть в мой рот.

Световой шар над нами лопнул. Маленькие огоньки замерцали над головой, прежде чем погаснуть.

Мы целовались.

В темноте.

Руки и губы исследовали друг друга.

Я не могла сказать, исходил ли этот легкий стон от меня, от него или от нас обоих, но он возбуждал меня, и я просто хотела отпустить это. Пусть он отведет меня туда, где не будет кошмаров. В место, где нам никогда не придется расставаться. В место, где существует только любовь.

Когда наш поцелуй стал еще глубже, чем я думала, я обхватила его ногой. У него перехватило дыхание, и что-то дернулось во мне.

Его стон перешел в рычание, когда он отстранился.