Чтение онлайн

Он оставил меня здесь.

Я хотела закричать, но не смогла, словно сверху на меня упала бетонная плита, придавив к земле и выбив воздух.

Когда я впервые вошла в мир Мистиков, я думала, что Арик всегда будет защищать меня. Когда-то я доверяла ему свою жизнь. Он научил меня выживать в этом новом мире. Как он мог так мало заботиться обо мне? После всего, через что мы прошли…

Он сказал, что я сломала его. Но я не собиралась позволить ему сломать меня. Не знала, как это сделать, но я должна была выбраться оттуда. И если бы дело дошло до драки между мной и Ариком, я бы пала, сражаясь.

Когда мы проходили мимо камеры справа от меня, я узнала человека, который смотрел в зарешеченное окошко двери.

— Дядя Филип! — я рванулась из хватки, сжимающей мои руки.

Он ухватился за прутья решетки.

— Джиа, что ты здесь делаешь?

— Арестована за измену, — сказала я. — Арик арестовал меня.

Фейри остановились и отперли одну из камер.

— Мне очень жаль. Я никогда не хотел этого для тебя. — У него отросла борода, и его обычно идеально подстриженные волосы были лохматыми. У него были синяки на лице и мешки под глазами. — Будь сильной.

Фейри втолкнули меня в камеру и заперли.

— Ну-ну, никогда не знаешь, кто пойдет с тобой на виселицу.

Я резко обернулась.

Пия лежала на одной из коек.

— Привет, соседка.

В последний раз, когда мы виделись, она и ее сестра-близнец всадили стрелы в охранников и некоторых Верховных Чародеев, присутствовавших на суде над Тодом в Мантелло. И они убили его. Ее сестра в конечном итоге умерла в тот день.

— За что тебя посадили? — Пия села и свесила ноги.

Я опустилась на койку напротив нее.

— Ну, знаешь, пыталась спасти миры.

— Ты всегда была такой честолюбивой. И такой неженкой.

— В отличие от твоего злого сердца. — Я снова легла на койку. Мы никак не могли жить в одной камере, чтобы я не убила ее. Тод был невиновен. Он не заслуживал смерти. На самом деле, все чародеи, которых она убила, были хорошими. Теперь Совет был развращен из-за их смерти.

Она откинулась на подушку.

— Слухи просачиваются сюда, хочешь, верь, хочешь, нет. И ходят слухи, что мы теперь на одной стороне.

Я вскочила с койки и схватила ее за воротник рубашки.

— Из-за тебя Конемар возглавит Совет Чародеев. Из-за тебя плохие лидеры контролируют Совет. Из-за тебя Мистики умерли от болезни, когда злой Совет отказался дать им лекарство, которое, как они знали, спасет их. Из-за тебя…

Слезы, бегущие по ее щекам, остановили меня, и я отпустила ее.

— Ты этого не стоишь. — Я пнула ногой воздух и упала обратно на койку.

— Прости меня, Джиа. — Она шмыгнула носом и вытерла глаза. — Я считала, что это правильно. Когда на Сантару напали, сигнал бедствия остался без ответа. Мы думали, что Совет проигнорировал его. Что касается Тода, мы считали, что он убил Джана, отца сопротивления. Филип рассказал мне все. Мы были дураками. Гнев заставил нас действовать в соответствии с ложью, которой нас кормили. И из-за этого я потеряла свою сестру.

Я повернула голову и хотела было ответить ей, но в дверях камеры появились трое охранников.

— Это она, — сказала женщина, ее светлые волосы были коротко подстрижены, а глаза ярко-голубые. — Джианна Бьянки, пойдем с нами.

Пия встала.

— Куда вы ее ведете?

— Сядь, — прошипел коренастый коротышка между прутьями решетки.

Страх на ее лице, когда она снова села, потряс меня. Что они с ней сделали? И что еще важнее, зачем я им понадобилась?

Другой парень, с руками больше моих бедер, ворвался в комнату и схватил меня за руку.

— Ладно, — сказала я. — Не нужно быть таким грубым. Я уже иду.

Они привели меня в помещение, похожее на комнату для допросов, и усадили на единственный стул. Коренастый мужчина приковал мои руки к креслу.

— Это может быть легко или трудно, — сказала женщина. — Это твой выбор. Итак, где Чиаве?

— Думаю, это будет нелегко, — сказала я, изображая храбрость и в то же время полный ужас.

Кулак женщины врезался мне в щеку. Взрыв боли сотряс мою челюсть, и я закричала, когда слезы обожгли мои глаза.

— Чиаве, — прорычала она.

Еще один удар кулаком в щеку.

И еще один приступ боли.

Вспышки света зажгли мое зрение. Я глубоко вздохнула.

Как я могу оставаться сильной? Я не могу этого сделать.

Я хотела сдаться. Сказать им, где были Чиаве. Что угодно, лишь бы она не ударила меня снова.

Я слишком слаба.

Джиа, ты можешь это сделать. Оставь свое тело. Иди ко мне.

— Ник?

Женщина оглянулась назад.

— Кого ты видишь? Призрака?

Я закрыла глаза, ожидая следующего удара. Трава под ногами казалась настоящей, лицо грело солнце. Я открыла глаза и села. Я была на прекрасном лугу. Но я была не одна. Ник, с той глупой улыбкой на лице, когда он только что сыграл со мной большую шутку, и я попалась на эту удочку в тысячный раз.

Но это была не шутка. Это была настоящая жизнь, и его там не было. Он жил где-то в кошмаре, точно так же, как и я.

— Конечно, тебе придется положить конец прекрасному сну, — сказал он, ухмыляясь.

— Хотела бы я, чтобы ты был настоящим. — Я начала собирать полевые цветы, потому что это то, что ты делаешь во сне.

— Что ты собираешься с ними делать? — спросил Ник. — Сделаешь корону?

Я повернулась к нему спиной.

— Возможно. А тебе-то какое дело?

Когда я оглянулась, его уже не было.

Я встала и уронила цветы.

— Ник? Возвращайся обратно. Не оставляй меня.

Темные тучи пронеслись над головой, и я упала на траву. Я вздрогнула.

— Джиа?

Девичий голос?

Что-то шершавое повисло у меня на плече. Пахло пылью и немного плесенью. Мокрая тряпка вытерла мне щеку. Я открыла глаза, но левый не открывался полностью.

— Животные, — сказала Пия. — Они действительно причинили тебе боль.

— Я им что-нибудь сказала? — мой голос звучал напряженно и хрипло.

Стук сапог разносился по коридору и становился все громче, чем ближе они подходили к нашей камере.

— Джианна, — раздался из окна знакомый мне мужской голос.

— Чего ты хочешь? — спросила Пия.

— Открой дверь, — приказал чей-то голос.

Антонио? Страж Ватикана должен был быть там, чтобы вытащить меня. Если бы мне не было так больно, мое настроение поднялось бы.

Дверь открылась, и он вошел.

— Ложись на койку, — приказал он Пие. Он наклонился ко мне и убрал волосы с лица. — Что они с тобой сделали? Это твоя вина, — сказал он кому-то позади себя.