Чтение онлайн

– Допустим, вы найдете его. Вы вернетесь в Техас?

Боудри заколебался. Бонелли мог запугать только обывателей, которым не нравятся драки и ссоры, но чтобы пойти против по-настоящему крепкого парня, духу у этого бандита не хватило.

– Если я найду нужного мне человека, я, конечно, вернусь в Техас.

– Я знаю, где Мартин, и я знаю, кто он.

– Ну и кто он?

Глаза Чика не отрываясь смотрели на затененное лицо Бонелли. Он увидел, как тот поднес руку ко рту, и услышал, как скрипнуло что-то у него на зубах.

Тоном ниже Бонелли сказал:

– Не говорите, где вы все услышали. Мне бы не хотелось, чтобы узнали, что это я вам рассказал, но Уайли Мартин - это Боб Трейвис!

– Спасибо! Надо с ним поговорить.

– Вы его не арестуете сразу же?
– разочарование явно звучало в голосе Бонелли.
– Он ваш человек! Он только что вернулся из Техаса!

– Джед Чепин - тоже. Так же, как и ваш Джефф Эрланджер. Может быть, и вы тоже, мне это неизвестно. Я хочу поговорить с Мартином. У меня есть кое-какие доказательства, которые должны сойтись.

Когда Бонелли уехал, Боудри прошелся по темному переулку. Боб Трейвис сидел за своим обычным столом в "Серебряном долларе", но Боудри не стал туда заходить. Он дошел до конца улицы, когда снова увидел свет в телеграфной конторе. Чик перешагнул через рельсы к железнодорожной платформе, оглянулся, затем открыл дверь и вошел. Телеграфист взглянул на него.

– Есть ответы?
– спросил Боудри.

Телеграфист в нерешительности замешкался и хотел сказать, что нет, мол, не было, одновременно перекладывая бумаги, чтобы под одними скрыть другие, лежащие сверху.

– Ну ладно, - сказал Боудри, - давайте их сюда. А после этого не вздумайте бежать с докладом к Бонелли, иначе лишитесь работы!

– Вы не имеете права обвинять меня в этом! И кроме того, - сказал телеграфист, - кто тогда будет принимать телеграммы?

– Я могу работать с этим ключом так же, как и вы, а судя по скорости, с которой вы передавали, я работаю намного лучше.

– Вы телеграфист?

– Когда надо. Выучился юнцом и немного поработал. Слишком тесная каморка для меня, поэтому я уволился.

Телеграфист неохотно передал телеграммы через зарешеченное окошко. Боудри взглянул на один листок, потом на второй.

– Вы знаете, кто я.
– Его черные глаза прижали телеграфиста к месту. А теперь уничтожьте копии.

– Я не могу! Я не осмелюсь!

Боудри ударил ладонью по подоконнику.

– Вы слышали, что я сказал! Уничтожьте их. Я беру ответственность на себя. И если просочится хоть одно слово, я приеду обратно. Я сяду за ключ и доложу начальству, что здесь творится.

– Бонелли изобьет меня. Он угрожал мне.

– Держите двери закрытыми. Если здесь поднимется шум, я тут же прибегу. Как бы то ни было, эти послания не касаются ни вас, ни Бонелли.

Чик взял телеграммы и вышел обратно на темную улицу, остановившись на минуту под освещенным окном, чтобы прочитать их. С первой не было никаких проблем:

"Брат Джеда Чепина одолжил ему восемь тысяч долларов. Все по закону. Невозможно, чтобы Чепин успел в Пекос к моменту ограбления".

Вторая заставила Боудри надолго призадуматься:

"Уайли Мартин не разыскивается в Техасе. Разыскивается в Миссури, Вайоминге и Небраске за убийство братьев Фокс. Если он - ваш человек, будьте осторожны! Его настоящее имя - Джей Бэрк. Живым не дастся".

Джей Бэрк. Имя было знакомым. Он последний оставшийся в живых в междоусобице, разыгравшейся по обеим сторонам границы из-за скота и получившей название Пастбищная война в Салтильо. Врагами Бэрка была печально известная семья Фоксов. Они убили отца Бэрка и сожгли его дом. Преследование Бэрком преступников стало легендой. Он следовал за ними по пятам из штата в штат и убивал их там, где находил, - все были убиты в честных перестрелках лицом к лицу.

Боб Трейвис все еще сидел за своим столом, когда Боудри вошел и сел напротив. Эрланджер и Бонелли тоже были здесь, и Боудри поймал тяжелый, злобный взгляд Бонелли.

С непроницаемым лицом сероглазый человек смотрел на Боудри, оценивая его приход с осторожным вниманием.

– Вы хорошо начали свою работу, Боудри.

– Так вы меня знаете?

– Весь город знает. Все также знают, - он зажег спичку и поднес ее к сигарете, - зачем вы здесь.

– Немногие, кажется, хотят говорить об этом, - сказал Боудри.

Трейвис посмотрел в глаза Боудри.

– Значит, кто-то все-таки заговорил?

– Конечно.
– Чик поднял колоду карт и перемешал их.
– Всегда найдется кто-то, кто заговорит.
– Его глаза остановились на Бонелли, который старался скрыть свой интерес.

– Понятно, - нерешительно сказал Трейвис.

Лицо Боудри ничего не выражало. Трейвис, думал он, опасный человек, наверное, поэтому Бонелли не трогал его.

В свою очередь Трейвис изучал Боудри и задавал себе вопрос, что делать дальше. Боудри был известен как твердый, безжалостный человек, но ходили слухи о его многочисленных добрых делах.

– Что вы собираетесь делать?
– наконец спросил Трейвис.

– Задать несколько вопросов. Куда вы ездили в Техасе?

– На ранчо к северу от Пекоса.

– Но не в Пекос?

– Нет. Хотя я проезжал в миле от него.

– Вы ездили на своем сером?

– Ну да, на сером. А что? Что случилось?

– Я проследил этого серого от входной двери банка в Пекосе. Человек, который ехал на этой лошади, убил двоих во время ограбления банка.

Трейвис побледнел. Боудри медленно и осторожно достал из кармана рубашки телеграмму, в которой говорилось о Бэрке. Он передал ее собеседнику.

Трейвис взглянул на него.

– Здесь, - он показал на телеграмму, - все правда. Отсюда вы можете сделать вывод, какой у меня характер. Ни один Бэрк не ограбил банков. Ни один Бэрк никогда не лгал. Я не заезжал в Пекос. Я не грабил банк. Я никого не убивал в Техасе.

Бонелли все еще наблюдал за ними, но теперь он нетерпеливо хмурился. Джефф Эрланджер передвинулся к бару и стоял спиной к стойке, со стаканом в руке, наблюдая за Боудри.

– Трейвис, мне бы хотелось верить вам, но сегодня на улице вы разговаривали с Эми Чепин, и следы вашей лошади совпали со следами той, на которой ехал грабитель!