Чтение онлайн

Так или иначе, но ужин получился на славу. Гости помещика прибыли позднее назначенного срока. Им тоже пришлось поплутать в тумане. Было уже поздно, и миссис Козенс осталась ночевать в комнате у помощницы кухарки.

Позднее на этой неделе по поводу дочери с ней разговаривали многие, включая нескольких джентльменов из прессы.

Им она сказала:

— Мне сразу показалось, что я где-то видела этого человека. Похож на коммивояжера. Спрашивал ее очень настойчиво, даже дерзко. И это при том, что она помолвлена. Я, конечно, резко его отшила. Так вот, потом я вспомнила, где его видела. В газете. У меня хорошая память на лица, понимаете, а он ну просто вылитый… как его фамилия… Ах да, Катлер. Именно Катлер. Я люблю читать воскресные газеты, там всегда найдется что-нибудь интересное. Всякие криминальные истории. А этот Катлер запал мне в память, потому что действовал очень осторожно. Хотя то, что он убил свою жену, ясно как дважды два. Вот так. Некоторые хорошо запоминают разные цифры и даты, другие что-то еще, например, кто в чем был одет на праздники, а вот я лица. Бедная девочка. Но ведь никто не знает свою судьбу, верно?

Когда Сьюзи нашли мертвой, ни ее жених Джон Спратт, ни Рой не собирались мстить убийце. И этих молодых людей можно было понять. Оказывается, она их обоих просто дурачила.

В «Качающейся вывеске» были три ванные комнаты. Девушку нашли захлебнувшейся в самой маленькой. К словам миссис Козенс, матери погибшей, насчет того, что накануне гибели дочери ее разыскивал Хелм, доверия не было.

С точки зрения полиции на роль подозреваемого в убийстве прекрасно подходил Джон Спратт. Во-первых, девушка погибла в его доме, где каждое воскресенье принимала ванну, во-вторых, он был ее женихом. Джона допросили, и он что-то не то сказал. Теперь эти слова могли пойти ему во вред.

Выяснилось, что Сьюзи должна была прийти в гостиницу, но поехала в особняк помещика скорее всего против желания. Дальше шли домыслы. Закончив приготовление ужина, она все же пришла в гостиницу. Джон начал корить ее за опоздание, они поссорились, результатом чего стало убийство. Родители Джона и он сам категорически это отрицали, но полицию не убедили. Джона арестовали по обвинению в убийстве невесты.

Миссис Брэдли сидела в своей уютной маленькой столовой. В камине пылал яркий огонь. Они только что позавтракали. Компанию ей составил ее молодой друг Обри Харрингей, приехавший погостить на рождественские каникулы. Теперь он сидел в кресле, погруженный в детективный роман.

Миссис Брэдли дочитала сообщение об убийстве в гостинице «Качающаяся вывеска» и отложила газету.

— Ну и ну.

Обри поднял глаза.

— Что вы сказали, дорогая?

— Когда закончите главу, дитя мое, прервитесь. Я поведаю вам душераздирающую историю.

— В самом деле?

— Да. Не в моих правилах отвлекать людей по пустякам.

— Извините, что засомневался. — Обри заложил нужное место в книге закладкой и посмотрел на нее. — Я весь внимание.

— Итак, — начала миссис Брэдли, — в ванной провинциальной гостиницы найдена женщина, захлебнувшаяся водой. И весьма вероятно, что это дело рук ее знакомого, который уже привлекался к суду по обвинению в аналогичном преступлении: он помог захлебнуться в ванне своей жене с целью завладеть страховкой. Но его оправдали за недостаточностью улик. Позднее другая женщина, — а может быть, та же самая, что и найденная к гостинице, — чудом избежала подобной участи благодаря вмешательству двух людей, случайно оказавшихся неподалеку. Они пришли к этому человеку по делу. Обставил он все весьма аккуратно. Пригласил женщину к себе, предварительно натаскав в ванну морской воды, — он жил тут же на берегу — якобы для себя. Для чего облачился в домашний халат и тапочки. Именно в таком наряде ему пришлось открыть дверь этим упомянутым двоим. Женщина в это время предположительно находилась в спальне. Ванна стояла на полу посреди гостиной. Надо сказать, что летний домик был переделан из железнодорожного вагона и по этой причине в нем отсутствовали удобства, свойственные цивилизованному английскому жилищу.

Затем позднее, — продолжила миссис Брэдли, — а именно в прошлое воскресенье, в гостинице, расположенной всего в трех милях от этого летнего домика, обнаружена молодая женщина, утопленная в ванне. А ее мать, к словам которой в полиции не пожелали прислушаться, с уверенностью утверждает, что именно этот мужчина, о котором я вела речь, осведомлялся относительно этой девушки в день ее гибели. Что вы на это скажете?

— Тут двух мнений быть не может, — ответил молодой человек.

— Вот именно, — кивнула миссис Брэдли. — И я намерена к этому как следует присмотреться. Тем более что скорее всего молодая женщина из летнего домика и есть та самая погибшая в гостинице.

— Можно поехать с вами? — спросил Обри.

— Нет, мой друг. Но я буду писать и спрашивать вашего мнения по любому сложному вопросу, какой только возникнет.

— Но я хотел бы поехать. Почему вы возражаете?

— Во-первых, — твердо проговорила миссис Брэдли, — возражать будет ваша матушка. А во-вторых, вы будете мне мешать.

— Ну, если так… — покорно согласился Обри, а затем раскрыл книгу и вновь погрузился в чтение.

Миссис Брэдли улыбнулась и начала делать заметки в своем блокноте, время от времени посматривая в газету.

Прибыв в Богнор, миссис Брэдли первым делом нашла мать погибшей девушки. Та повторила свою историю. Хелм приходил в особняк помещика и спрашивал, где найти Сьюзи, которая к тому времени уже ушла неизвестно куда. Она по-прежнему была убеждена, что ее дочь разыскивал Хелм, он же Катлер.

Тут, конечно, возникали вопросы. Зачем Хелм, если он собирался убивать девушку, вздумал появиться в особняке и спрашивать о ней? И откуда ему было известно, что она может быть там, если сама Сьюзи до приезда Роя об этом не знала?

А вот убить ее в гостинице он вполне мог, поскольку наверняка знал, что она каждое воскресенье принимает там ванну. И в этом случае к словам миссис Козенс следовало прислушаться. К тому же Хелм под покровом тумана мог проникнуть в гостиницу незамеченным.

Он наверняка знал расположение комнат и потому надеялся, что не встретит кого-то из хозяев. Тем более в воскресенье. Можно ли проникнуть в дом, не звоня в дверь, это миссис Брэдли решила узнать у самих Спраттов.

Дора и Майкл были дома. Миссис Брэдли поговорила вначале в матерью Джона. Убитая горем из-за ареста сына, женщина поначалу односложно отвечала на вопросы. Но вскоре разговорилась, когда до нее дошло, что гостья убеждена в невиновности Джона и что она мать знаменитого адвоката, который может взять это дело.

— Войти к нам в дом, я думаю, было легко. Дверь, та, что выходит во двор, днем никогда не заперта, потому что мы постоянно входим и выходим. Так что достаточно повернуть ручку. Майкл запирает ее на ключ только на ночь, когда ложится спать. Поэтому убийца вошел сюда беспрепятственно. Но Джон тут ни при чем, ни в коем случае. Мой мальчик невиновен. Сьюзи была плохая девушка, и приятели у нее тоже были под стать. Она сбежала из Лондона из-за каких-то неприятностей. Когда матери было трудно с больным отцом, Сьюзи ее бросила, а тут вдруг взяла и приехала. Как она познакомилась с этим человеком, какие у них были отношения и почему он ее убил — этого мы, наверное, никогда не узнаем.

Миссис Брэдли полагала, что «сад камней» Хелм готовил для нее, но, видимо, он вначале решил расправиться с этой девушкой. Они с викарием сорвали его план. К сожалению, пока никаких доказательств не было. К тому же могло оказаться, что девушка в трикотажном костюме и дождевике, которая, как видела миссис Брэдли, покидала домик Хелма, и убитая в гостинице — разные люди.

Миссис Брэдли также удалось выяснить, что Джон Спратт и Хэм Рой были соперниками. Оба домогались руки Сьюзи. В разговоре с начальником полиции, своим знакомым, она подчеркнула отсутствие мотивов. Разумнее было бы заподозрить Роя, а не Спратта. Однако у Роя было неопровержимое алиби. Он дважды ездил к дому Сьюзи в тумане, а к гостинице автомобили в этот день не подъезжали. Хозяева бы обязательно услышали.

Преподобный Ноэль Уэллс привык считать себя если не трусом, то уж, конечно, не тем, кто станет рисковать, не подумав десять раз. Но в то же время совесть иногда вынуждала его совершать рыцарские подвиги против воли и часто вопреки здравому смыслу. Вот и сейчас он мучился, думая о делах миссис Брэдли с этим коварным Хелмом.

Самым любопытным было, что люди сразу узнавали в Хелме того самого Катлера, которого судили за убийство жены, но потом оправдали, и при этом почти ни у кого не возникало сомнений, что он на самом деле и есть убийца, но избежал виселицы по странной казуистике правосудия. Вот и преподобный Ноэль Уэллс был уверен, что Катлер убил жену ради страховки. Причем верил настолько твердо, как будто сам при этом присутствовал. И его, естественно, тревожило, что миссис Брэдли, к которой он относился с огромным почтением, сильно рискует, посещая этого человека и возбуждая в нем алчность.