Чтение онлайн

И вот я на свободе. Как долго продлится это «счастье», теперь зависит от многих обстоятельств. В первую очередь нужно раздобыть деньги. Пользоваться карточками Марго я смогу очень недолго. Рано или поздно женщина очнется и заблокирует кредитки. Следовательно, их нужно как можно скорее обналичить. Но как? Без пин-кода это абсолютно зряшная затея.

Нужно раздобыть цифры секретной комбинации. Достав золотой пластиковый прямоугольник, я внимательно его осмотрела. Когда-то давно по TV показывали передачу, в которой рассказывалось, что многие женщины записывают пин-код на отдельном листочке и носят его вместе с кредиткой, чем значительно облегчают жизнь карманным воришкам. Оставалось только надеяться, что Марго тот телевизионный репортаж не смотрела и оставила мне подсказку где-нибудь в кошельке.

Увы, ни там, ни в сумочке заветной комбинации я не нашла. Скорее всего, дама обладала прекрасной памятью и не нуждалась в дополнительных записях. Я задумчиво вертела кусочек пластика в руках, размышляя, что с ним делать, когда громкий телефонный звонок заставил меня подпрыгнуть от неожиданности. Я принялась рыться в сумке в поисках трезвонящего устройства. Оказалось, звуки издавал аппарат Марго. Определитель известил, что с женщиной жаждет пообщаться Селиверстов.

К разговору с этим господином я оказалась совсем не готова, поэтому решительно отклонила вызов и уже собиралась вернуть телефон на место, как что-то меня остановило. Какая-то мысль стремительной кометой пронеслась в голове и исчезла, оставив лишь шлейф из неясных ассоциаций и догадок. А что, если… Как знать… Вполне возможно…

Маргарита Михайловна являлась счастливой обладательницей сверхсовременного коммуникатора, на крышке которого серебром блестело изображение надкушенного яблока.

Я знала, что обычно в подобных устройствах сосредоточена вся жизнь их обладателей. Интересно, чем «дышит» наш доктор? Передвигая пальцем иконки в поисках хоть чего-нибудь интересного, раз за разом натыкалась я на всякую ерунду. Но, как известно, кто ищет, тот непременно найдет. В папке «Важное», среди множества различных заметок и напоминаний, нуждающихся в дополнительной расшифровке, я в итоге отыскала комбинацию из четырех цифр. Не веря своему счастью (мало ли что могут означать эти символы), тут же отправилась к ближайшему банкомату. Пузатый «банкир» с жадностью проглотил пластиковый прямоугольник, потребовав сообщить ему данные, которые, по идее, должны быть известны лишь обладателю карточки.

Дрожащие пальцы с трудом попадали по клавишам. «Тройка, семерка, туз» – билось в моей голове: я очень надеялась, что арабские символы в итоге принесут мне не меньшую удачу, чем знаменитая комбинация старой графине.

Экран окрасился зеленым цветом, и банкомат предложил на выбор различные операции. Я, разумеется, выбрала ту, которая должна была помочь мне разжиться наличными деньгами.

Жадничать не стала и сняла только четыре тысячи евро. Сумма, конечно, не маленькая (для меня так и вовсе астрономическая), но, думаю, Марго спокойно переживет ее потерю. В крайнем случае богатенький буратино Селиверстов компенсирует женщине все непредвиденные затраты.

Теперь нужно быстро смываться. Разыскивая пароль, я заметила красную трубку на экране, свидетельствующую о пропущенном вызове. Легкое движение пальца, и я узнала, что снова звонил «Сашенька». Упс, проверив все телефоны, выяснила, что Селиверстов активно разыскивал нас, используя возможности сотовой связи. Надо же, увлеченная снятием наличности, я даже не слышала ни одного звонка. Вынув все симки из аппаратов, быстрым шагом припустила к автобусной остановке.

Неподалеку от нее стояла сувенирная лавка. Отправившись туда, я поинтересовалась у продавца, как мне добраться до Сан-Мигеля. Намеренно долго расспрашивала и даже записывала маршрут под диктовку. Затем щедро расплатилась за консультацию банкнотой в сто евро. Уверена, теперь он меня не скоро забудет. Торговец даже отказывался брать столь щедрое вознаграждение, но я с виноватой улыбкой пояснила, что меньше нет. Растроганный до глубины души, мужчина лично вышел проводить меня и даже посадил на нужный автобус. Здесь же я, напротив, вела себя очень тихо, делая все, чтобы не привлекать внимание к своей скромной персоне. Оплатив билет до конечного пункта, сошла на первой же остановке, улучив момент, когда водитель отвернется.

Теперь, если даже людям Селиверстова и удастся разыскать шофера, тот вряд ли сможет сказать, в каком именно месте я покинула транспортное средство.

Еще в автобусе мною было принято решение передвигаться исключительно на попутках. Благо, автостоп в Европе явление распространенное и популярное. Добравшись до окраины города, нашла маленькую неприметную парикмахерскую, явно для местных. В правильности своего предположения убедилась сразу же – выяснилось, что полная испанка с перепачканными краской пальцами совершенно не говорит по-английски. Тем не менее и ее скромных познаний языка Шекспира, и моих, более чем примитивных знаний испанского хватило, чтобы достичь договоренности.

В итоге «салон красоты» я покинула жгучей брюнеткой с аккуратно очерченными тонкими черными бровями. Если не приглядываться, вполне могу сойти за одну из местных жительниц.

Теперь мне предстояло разыскать паром до Ла Гомера. Я решила вернуться туда, откуда и началось мое невеселое приключение.

Поймав попутку, произнесла по-испански заранее выученную фразу. Водитель улыбнулся, из чего я поняла, что использованный мною электронный переводчик допустил некоторые вольности, но понимания все же удалось достигнуть, и мы отправились в путь.

И вот спустя каких-то два часа я уже сходила с морского судна на причале Ла Гомера. Расчет прост – Селиверстов будет искать меня где угодно, но только не здесь. Никакого резона возвращаться на остров у меня нет, а значит, и начинать поисковую операцию отсюда никому не придет в голову. Но береженого, как известно… Вот почему мне предстояло отыскать гостиницу, где не слишком соблюдают формальности.

Нужное заведение отыскалось сразу. Покосившийся домик с гордым названием «Королевская жемчужина» приветливо распахнул скрипучие двери. Удостоить этот постоялый двор даже одной звездой можно было исключительно в порыве необычайной щедрости, ибо никакой статусности «жемчужина» не заслуживала в принципе.

Грязная стойка регистрации, до невозможности изношенные кресла, телевизор, устаревший минимум лет десять назад, – таков оказался гостиничный холл. Горячий воздух гонял под потолком видавший виды вентилятор, способный разогнать разве что мух, да и то в радиусе полуметра от себя. Не случайно они чувствовали себя здесь так вольготно. Правда, я нечаянно нарушила их покой, когда, опершись о стойку, нажала на металлический звонок вызова. Недовольно жужжа, целый рой крылатых тварей покинул огромную лужу чего-то сладкого и липкого, раскинувшуюся на полированной поверхности.

Конечно, на фоне вилл Карасика и Селиверстова подобный «отель» выглядел особенно убого, но меня, выросшую на окраинах славного города Воронежа и проведшую пять лет в студенческом общежитии, такой «красотой» смутить невозможно.

Под стать интерьеру оказался и сервис. Во всяком случае, на мои настойчивые попытки привлечь к себе внимание долго никто не отзывался. Но наконец дверь за стойкой распахнулась, и вышел менеджер. Толстый дядька в линялой растянутой футболке и засаленных шортах, которого я, по всей видимости, оторвала от трапезы, на ходу вытирал масленые пальцы о живот.

– Qu'e le gustar'ia? [5] – спросил он не слишком любезным тоном.

– Do you speak English? [6] – со слабой надеждой поинтересовалась я.