Чтение онлайн

— Твой дед очень хочет тебя видеть, — сказала она дочери. — И не забудь поздравить его с днем рождения.

— Уж это-то я не забуду, — насмешливо откликнулась Макс.

— Зато ты наверняка забудешь извиниться перед ним за то, что не приехала к нему на праздник. Ты найдешь Джино в баре «Сантанджело».

— Где-где? — фыркнула Макс.

— Перестань, — одернула ее Лаки и жестом пригласила обоих в вестибюль. — Самый большой и красивый бар в отеле я назвала «Сантанджело» в его честь.

— Ага, понятно! — Макс бросила быстрый взгляд на своего спутника.

— Впрочем, сначала вам надо зарегистрироваться, — спохватилась Лаки. — Я уже распорядилась. Ты, Макс, будешь жить в одном номере с Куки, а Туза мы поселим с Гарри.

— Спасибо, миссис Голден, вы очень добры. — Туз едва не поклонился, но в последний момент сдержал себя. Знакомство с матерью Макс его потрясло. Он не ожидал, что эта женщина будет такой: красивой, величественной и неприступной. Да и роскошь отеля подействовала на него настолько сильно, что он едва не утратил свойственную ему уверенность.

— Прием начинается в шесть на большой террасе. — Лаки снова обращалась к Макс. — Постарайся не опоздать.

— А ты покажешь нам свой отель? — откликнулась та, даже не потрудившись сообщить матери, что Гарри не приедет. — Он выглядит просто потрясающе!

— Найди Бобби, — ответила Лаки. — Он вам все покажет, а мне сейчас некогда.

— Бобби здесь?! Отлично! — воскликнула Макс и повернулась к Тузу. — Бобби — мой старший брат, — пояснила она. — Он клевый. Тебе он понравится.

— Да, — подтвердила Лаки. — Во всяком случае, с ним вам скучно не будет.

— А где папа?

— Играет в гольф с Чарли Долларом.

— Я хочу с ним поздороваться.

— Поздоровайся, а мне пора идти, у меня еще полно дел. Ну как, вы зарегистрировались?

— Да. Спасибо, миссис Голден, — снова сказал Туз, который никак не мог прийти в себя. Он очень старался не таращиться на Лаки, которая оказалась совсем не такой, какой он себе представлял. — Для меня большая честь находиться в вашем прекрасном отеле.

«По крайней мере, этот парень неплохо воспитан, — подумала Лаки. — Во всяком случае, он вежлив… Впрочем, все они вежливы до тех пор, пока им не придет в голову залезть твоей дочери в трусы. А ведь Макс только шестнадцать… Ей шестнадцать, и она совершенно неуправляема, взбалмошна и капризна. И упряма как сто чертей!»

Неожиданно для себя Лаки улыбнулась.

Вежливый и красивый… Должно быть, ее дочь на седьмом небе от счастья.

— А сколько времени Кевин и эта девчонка знают друг друга на самом деле? — спросила Винес, как только гости вышли из номера.

— Не знаю точно. Наверное, пару недель, как он и сказал, — неохотно ответил Билли. — Ты ведь знаешь Кевина — он так часто меняет девчонок, что за ним не уследишь.

— Да, я знаю Кевина, — подтвердила Винес. — Именно поэтому его женитьба так меня удивила. Где он с ней познакомился, с этой Эли?

— Понятия не имею, — пожал плечами Билли. — Кажется, она снималась в нашем фильме, в массовке.

— Гм-м… — Винес вздохнула. История отношений Эли и Кевина сразу перестала ее интересовать. — Не знаю, как ты, а я чувствую себя выжатой как лимон. Даже не знаю, что будет со мной вечером — как я все это выдержу… — упав на диван, она с наслаждением потянулась. — Хотя должна признаться, мне было очень приятно вернуться к гастрольному ритму и распорядку и снова выйти на сцену… Мои танцоры тоже полны сил и энергии. Впрочем, ничего удивительного — ведь все они минимум на десять лет моложе меня.

— На десять? — поддразнил ее Билли.

— Ну хорошо, на двадцать. — Винес рассмеялась. — Господи, а ведь я и впрямь почти старуха!

— Ничего подобного! — галантно возразил Билли. — Ты никогда не состаришься. Другое дело — я. Через пару лет мне стукнет тридцать — тогда уже я буду казаться самому себе глубоким стариком.

— У мужчин все иначе.

— Это еще почему?! — удивился он.

— Извини, с моей стороны было глупо говорить такие вещи, тем более что я терпеть не могу сексизм в любых его проявлениях, и все-таки факт остается фактом: женщины способны трахаться с тринадцати и до ста лет, а мужчины… С возрастом у них возникают проблемы с эрекцией. Правда, так было раньше. Сейчас, к счастью, существует «Виагра» и другие средства.

— Никогда не пробовал.

— Тебе это и не нужно — уж я-то знаю.

Билли зевнул. Он испытывал огромное облегчение оттого, что Кевин и его новоиспеченная жена ушли и не представляют для него опасности.

— Как насчет того, чтобы устроить небольшую сиесту? — предложил он.

— Я не могу. Сейчас придут мои гримеры, массажист и стилист, — отказалась Винес.

— Пусть придут попозже. Я вообще не понимаю, зачем ты тратишь столько времени на боевую раскраску и прочее. Ты и так прекрасно выглядишь!

— Лаки хотела, чтобы мы с тобой появились на приеме, который она устраивает, и я не могу ее подвести. А после приема здесь будет столько журналистов с фотоаппаратами и кинокамерами, что мне просто необходимо выглядеть идеально.

— Ты всегда выглядишь идеально, потому что ты — самая сексапильная женщина в мире.

— Да?

— Конечно.

— Ну допустим, — согласилась Винес, хотя комплимент ей понравился. — А чем ты занимался сегодня?

— Играл. В блек-джек, в покер и в кребс.

— Я так и думала. — Винес вздохнула. — Все проиграл или что-нибудь осталось?

— А ты как думаешь? — Билли ухмыльнулся.

— Думаю, что все и еще немножко.

— Легко пришло, легко ушло… Впрочем, я уверен, что сегодня вечером мне опять повезет.

— Ах, Билли, ну что мне с тобой делать?!

— Идем в спальню, моя суперсексуальная суперзвезда, и я тебе все объясню.

— Уже иду, — откликнулась Винес, вставая.

— Ну, что скажешь? — спросила Макс, когда после знакомства с Джино, Бобби, Бриджит и остальными родственниками они с Тузом вышли к главному бассейну отеля.

— О чем? — уточнил он.

— Обо всем. Об отеле, о моей матери, о дедушке и особенно о Бобби.

— Скажу, что тебе живется очень легко. Ты купаешься в деньгах, имеешь неограниченные возможности и совсем не знаешь реальной жизни.

Такого ответа Макс не ожидала. Меньше всего ей хотелось, чтобы Туз считал ее избалованной дочерью богатых и знаменитых родителей. Ведь она была совсем не такой, правда! Макс считала себя личностью, и Туз непременно должен был это понять.

— Не так уж мне легко живется, — обиженно возразила она.