Чтение онлайн

— И с гаражными дверями такая же история?

— Гаражные двери были подключены к домашней сигнализации. Уверяли — гарантия сто процентов. И что? Вырубилось все, даже не пикнуло.

— И никто не слышал?

Любовница опять подкрепилась коньяком, пододвинула гостю его стакан с чаем и пожала плечами.

— Я лично не слышала. Узнала обо всем лишь тогда, когда сосед в двери заколотил. Ещё удивилась — почему сразу в дверь, а калитка как же? Глянула в окно — и чуть не померла. Сердце схватило, до сих пор никак не отойдёт. Жаль машину.

Ещё хлебнув коньяка, дама трясущимися руками достала из пачки сигарету.

— И все, что было в машине, — закуривая, с горечью добавила она. — Знаешь, как это бывает, человек возит с собой множество вещей, все недосуг или лень выложить. Я и не помню, что там у меня в багажнике скопилось. А сосед рассказывал: их домработница проснулась ночью и увидела выезжающий из ворот автомобиль, да не обратила внимания, думала, это хозяин едет. А хозяева в тот момент наверху ссорились, у них эта процедура каждую ночь повторяется, такие скандалы устраивают — бомбёжки бы не услышали. Только утром увидели: гараж распахнут, машины нет. Смотрят — у меня то же самое, ну сосед и прибежал поинтересоваться…

Кароль охотно обругал дуру домработницу, подумал — вот, и эти супруги ссорятся. Затем попытался представить себе, что бы было, поймай хозяева угонщиков на месте преступления. Что бы они стали делать? Ввязываться с бандюгами в драку? Опасно, лучше чем-нибудь швырять в них издали. Конечно, ещё лучше стрелять, да не из чего.

Вспомнив, что сам он живёт на вдвойне охраняемой территории, Кароль испытал большое удовлетворение, и это придало ему силы с удвоенной энергией утешать пострадавшую. Поговорив ещё какое-то время на животрепещущую тему, обсудив разные типы сигнальных установок и убедившись, что оные у него самые лучшие, Вольский приступил наконец к делу.

Нет худа без добра. Будучи в раздёрганном состоянии, любовница выболтала больше, чем следовало. Сказалось и лёгкое подпитие. И все же эта железная женщина сумела взять себя в руки и проявить деловую хватку. Проше бардзо, она рада оказать услугу старому другу, сообщить ему координаты требуемого типа, но не даром.

Кароль Вольский, возможно, и поторговался бы с давней знакомой, ибо начисто был лишён всяких там сантиментов. Однако в данный момент он находился в чрезвычайно благодушном настроении. Ну как же, тут такие неприятности, а у него сигнализация и охрана на порядок лучше. Не став торговаться, Вольский легко отстегнул затребованную сумму, чем значительно подправил даме настроение. Сам же получил желаемое, да сверх того ещё и много очень полезных сведений. Так что времени он даром не терял. Распрощавшись с повеселевшей хозяйкой, Кароль прямиком отправился домой.

Хлопнула входная дверь. Её стук вывел Марину из глубокой задумчивости. Это наверняка Кароль, только он вваливается с таким грохотом. Очень хорошо, горячий ужин ему обеспечен, все стоит на пару, только подать. Интересно, найдёт ли он и теперь повод устроить скандал?

Но Кароль не собирался скандалить. Он все ещё пребывал в весьма приятном расположении духа, да ещё и аппетит вроде снова прорезался. Привычно потянув носом — из кухни доносился весьма заманчивый запах, — он бросил в пространство, но не очень сердитым голосом:

— Буду есть!

Услышав это, Марина испытала не только облегчение, но и нечто похожее на торжество: выполнить пожелание мужа ей ничего не стоит в считанные минуты, недаром проявила предусмотрительность. К тому же супруг дал понять, что находится не в самом дурном настроении. Когда он в ярости, тогда даже не говорит, а как-то страшно шипит. Только вот неизвестно, удовлетворят ли его блюда, приготовленные на обед. Но заставить весь стол — не проблема. И вовсе не обязательно укладываться в две минуты, времени у неё достаточно, ведь мужу нужно умыться, переодеться… Может, и Юстина выйдет поужинать, хотя время настоящего ужина ещё не наступило. Они с Юстинкой могут просто за компанию поклевать чего-нибудь.

Марина все точно рассчитала и успела выставить на стол кроме жаркого с макаронами несколько салатов, ветчинку, паштетик, маринованную селёдочку, куриное заливное. Продолжая вытаскивать из холодильника и пристраивать на столе очередное блюдо, Марина несколько раз напоминала себе принятое решение: всячески демонстрировать любовь к мужу и заботу о нем.

Обилие блюд хозяина неожиданно разгневало. Все вкусно, все хотелось бы отведать, но это не в силах человеческих, вот и попробуй сделать выбор.

— Какого черта столько понаставила? — не выдержал он.

— Чтобы ты вволю поел, дорогой, — умильным голосом произнесла супруга.

Раздражение требовало выхода, и Кароль нашёл новую придирку:

— А это обед или ужин?

— Как пожелаешь, дорогой, — соловьиным голосом пропела Марина, с трудом пристраивая на столе ещё и сырник со взбитыми сливками. — Если хочешь, можем считать это горячим ужином с холодными закусками. — И, высунувшись в холл, позвала голосом, не терпящим возражений:

— Юстинка!

Затем с достоинством заняла своё законное место за столом.

Что-то в голосе тётки заставило Юстину без промедления спуститься и тоже сесть за стол, хотя есть ещё не хотелось, к тому же девушка была занята интересной книгой.

Юстина прекрасно видела всю сложность взаимоотношений, сложившихся между тётей и дядей. С тревогой наблюдала, как с каждым годом они становились все хуже, и старалась держаться подальше от родственников, тем более что не могла решить, на чьей же она стороне. Умная девушка понимала, что добром это не кончится.

И теперь в простом, казалось бы, приглашении к ужину девушке почудился чуть ли не крик о помощи. Очень уж буйным воображением отличалась племянница, в считанные секунды она успела представить себе дядю с огромным ножом в руке, затем тётушку, замахнувшуюся на мужа блюдом с горячими макаронами, и, ворвавшись в столовую, так и замерла поражённая: оба спокойно сидели за ломившимся от яств столом. И тут же Юстина увидела в своём воображении третий вариант: дядюшка в ярости опрокидывает этот стол вверх ногами. Хотя нет, если и опрокинет, то лишь после того, как сметёт все подчистую.

Марина заботливо пододвинула мужу жаркое:

— Дорогой, начни с горячего, пока не остыло.

— Так какая х-х-холера заставила тебя все выставить на стол? — яростно прошипел Кароль. — Держала бы на огне. Совсем с-с-спятила на старости лет!

И в пику жене положил себе на тарелку маринованную селёдочку.

Юстина последовала его примеру. Селёдку она чрезвычайно любила, да и есть не очень хотелось, можно было ограничиться каким-нибудь салатиком. Заявить, что не голодна, девушка не решилась. Тётка выглядела так, словно про себя считала до десяти, чтобы удержаться от взрыва, причём никак не могла решить, что идёт после пяти — семь или четыре. Тем не менее она кротко проговорила: