Чтение онлайн

На заднем сиденье были навалены какие-то коробки и вообще всякий хлам. По-моему, он загрузил туда содержимое мусорного контейнера. Если бы в салоне не было так накурено, может быть, и пахло соответственно.

– В офисе ремонт, - он заметил мой взгляд.
– Контора в центре, на охраняемой территории. Так просто во двор не выбросишь. Приходится отвозить куда-нибудь. Ну так как - возьмешься за это дело?

– У тебя еще сигареты не найдется?

– Сигареты? Извини, последняя. Завтра сиди у телефона. Клиент сам позвонит. Дед - мужик что надо, не мелочится. Ну, считай, мы квиты.

– В чем - квиты?

– Ты не задаешь лишних вопросов, а я подкинул тебе прибыльную работенку.

– Кстати, о вопросах. Вчера...

– Слушай, забудь про то, что случилось вчера! Никому никакой пользы от твоего любопытства. В том числе этой женщине, и самому тебе.

– Не очень-то просто забыть. Не каждый день находишь трупы.

– Если бы он не промахнулся, на месте трупа был бы ты. Так не все ли равно, кто и почему его пришил? Во всяком случае, воздух в Москве стал после этого чуть-чуть почище.

– Не думаю. Кто-то ведь его послал.

– Брось. Обыкновенная бытовуха. Парень накачался наркотиков и стал палить в белый свет. Случайно ты оказался поблизости.

– А как насчет враждебных действий по отношению к вашей фирме.

– Вчера я ошибался, - Вадим усмехнулся, а потом сделал жест, словно всаживает шприц в вену.
– Он же наркоман.

– Да, я заметил следы от уколов.

– Кто станет использовать наркоша в серьезном деле?

– Не скажи. Под кайфом каждый чувствует себя до чертиков крутым. Наркотик снимает тормоза и притупляет инстинкты. В том числе и инстинкт самосохранения. Профессиональный киллер трижды подумает, прежде чем стрелять в переполненном зале ресторана. Он понимает - даже если удастся уйти после "дела", его запомнят десятки свидетелей. Наркоман же станет стрелять, не задумываясь.

– Но он и в слона с трех метров не попадет. В сущности, так и получилось, Вадим потушил сигарету.

– Ему просто не повезло. Мой товарищ успел ударить сзади. А потом, он в меня и не целился.

– Как это?
– Вадим удивленно посмотрел. То ли сделал вид.

– Траектория полета пули.

– Какая еще, к черту, траектория?

– Если провести прямую между отверстием ствола и дыркой в стене, то в непосредственной близости от этой прямой оказываются два предмета: моя голова и хорошенький лобик вашей сотрудницы. Просто я находился ближе к стволу, а она - к засевшей в стене пуле.

– Катя просто случайно оказалась на линии огня. Этот наркош сам толкнул тебя на ее столик, верно?

– Но ведь его труп потом оказался на ее диване, а не в моей квартире, верно?
– в тон ему произнес я.

– А как он там оказался?
– спросил Вадим с улыбкой.

– Вот я и ломаю голову.

– Брось, вредное занятие.

– Может, спросить у нее самой?

– И не вздумай. Кстати, это и не удастся. Катерина временно уехала. В отпуск. Она давно просилась в отпуск. А в квартире, где...
– тут он хитро посмотрел на меня, - где якобы ты вчера побывал, идет ремонт. Евроремонт, я бы даже сказал.

– Что-то у вас всюду ремонт. И в офисе, и на квартире - я мотнул головой в сторону хлама, наваленного на заднем сиденьи.

– Квартира ведь служебная, из фонда резидента фирмы. Вот и решили - одним разом. Чем больше заказ, тем дешевле.

– А где же теперь находится труп? Или рабочие накрыли его пленкой, чтобы не запачкать при побелке?

– Мы же договорились!
– он протестующе поднял руки.

– Ни о чем мы не договаривались.

– А насчет работенки? Тебе ведь нужны бабки?

– Я еще подумаю насчет работенки. Если она похожа на твою, то, смахивает на некую живность в мешке. То ли кота, то ли змею.

– Где же твой здоровый авантюризм!
– наигранно лихо воскликнул он.
– Кто не рискует...

– Здоровый авантюризм - это когда выходишь на поиски счастья, а заканчиваешь, согнувшись в чужом туалете.

– Разве тебе раньше не платили за риск?

– Раньше был дураком.

– А сейчас поумнел, да?

– Веский аргумент.

– Просто убийственный, - он хохотнул.

* * *

Первым делом отправился в ближайший пункт и поменял валюту. В киоске возле метро купил блок "Кэмела". Подумал немного и взял две бутылки пива...

Тут я заметил, что красная "девятка" стоит на прежнем месте. Мне показалось странным, что Вадим до сих пор не уехал. Подойти, спросить - не меня ли он поджидает? Впрочем, вполне возможно, у него здесь назначена еще одна встреча.

Вадим попросил не спрашивать, как поступили с тем мертвецом, и я не уверен, что сам хочу это знать. Пока тот был жив, он ударил меня два раза и, наверное, пристрелил бы, не подоспей Василий.

А каким отстраненным взглядом проводила меня женщина, как только выяснилось, что в моей помощи больше не нуждаются! Ну и ладно. Это их похороны. Только надо прямо сейчас подойти и сказать, что отказываюсь от предложенной работы...

Я остановился, решая, как поступить. И это спасло мне жизнь.

Не знаю, увидел ли я все так на самом деле, или представил потом, когда реальность переплелась с кошмаром.

В машину Вадима словно попала молния. Яркая белая

вспышка, и сразу во все стороны ударило оранжевое пламя... И только потом раздался грохот взрыва. Воздух вдруг стал тверже асфальта. Он толкнул меня в грудь, выбросив на проезжую часть.

Падая, я увидел надвигающиеся на меня колеса грузовика...

* * *

Черная шипящая шина пронеслась в полуметре от головы.

Через мгновение неуправляемая машина врезалась в фонарный столб.

Я попытался встать. Колени скользили в раскисшей грязи из снега, соли и мазута. Потряс головой. Я ничего не слышал после взрыва. Видел людей с открытыми в крике ртами, видел людей, корчившихся на снегу, видел людей, лежавших неподвижно.

Из остова взорванной "девятки" теперь валили черные клубы дыма. Горел и грузовик, под колеса которого я чуть не попал.

Подобрался к кабине ЗИЛа и дернул за ручку. Надо вытащить шофера. Дверь не поддалась. Встал на подножку и заглянул внутрь через выбитые стекла. Я еще не видел столько крови. Даже когда два человека из нашей группы подорвались на мине у самой границы с Сальвадором. Но там была война, пусть и чужая. У нас даже имена были чужие. Так их тогда и похоронили - белоруса из Минска как американца польского происхождения, а молдаванина под именем Хосе Фернандеса.

Шофер грузовика был мертв. Кусок металла попал ему в шею, перебив сонную артерию.