Чтение онлайн

Николетта хлюпнула носом, но вдруг представила свои мысли — машинки, туда-сюда, туда-сюда. И непроизвольно улыбнулась.

А Сирена продолжала свою песню, не зря, ох, не зря не могли устоять моряки перед пением сирены…

— А на карабинера не обижайся. — Николетта вспыхнула, неужели она и про маршала Брандолини все выложила, даже не заметила? Стыд-то какой! — Не обижайся, человек свою работу делает. И симпатия к тебе тут совсем не причем. Вот сделает работу, тогда и о симпатии подумает. Не беги вперед телеги, Николетта Денизи.

Стало так легко на душе… и Николетта, уписывая за обе щеки запеканку с рикоттой и брокколи, рассказала Сирене обо всех своих сомнениях в поиске убийцы.

Замолчала Сирена, задумалась. Еще темнее, еще глубже стали глаза луканской ведьмы.

— А зайди-как ты к Джермано.

— К Джермано? — Вздрогнула Николетта. — Зачем?

Джермано был личностью в деревне известной, а скорее неизвестной. Кажется, он существовал всегда. Никто точно не знал, сколько ему лет, откуда он взялся в деревне и кем были его родители. Волонтеры приходили к нему, чтобы помочь с покупками. Раз в месяц его навещала медсестра. Никто толком не смог бы описать, как он выглядит, видели лишь темную фигуру, закутанную в плащ, в надвинутой на глаза шляпе в любое время года.

В деревне даже шептались, что на самом деле синьора Джермано не существует, его место занимают разные люди. Кто-то говорил, что под его личностью скрываются опасные мафиози из соседней Калабрии, кто-то уверял, что Джермано — древний вампир, тысячу лет живущий в этом месте. Но все понимали, что это лишь будоражащие слухи, ведь волонтеры, а тем более медсестра, знали бы, окажись на месте пациента другой человек. Но волонтеры и медсестры часто менялись, так что сплетни затухали, а потом разгорались вновь. Николетта пыталась вспомнить, сколько лет она знает Джермано. Казалось, что он сидел в своем доме и тогда, когда она была маленькой девочкой.

— Но причем тут Джермано?

— Где стоит его дом?

— Напротив фитнес клуба Бритни…

— Билильды.

— Что?

— Напротив фитнес-клуба Билильды.

— Она же Бритни!

— А ты бы хотела жить с именем Билильда?

Вместо ответа Николетта перекрестилась.

— Вот поэтому она называет себя Бритни.

— Но я так и не поняла, при чем…

— На той улице у тебя никогда не возникало чувства, будто за тобой кто-то наблюдает? Поверь, там не нужны камеры видео наблюдения, там есть Джермано, денно и нощно следящий за улицей из-за занавески. Хочешь узнать об отношениях Дечио и Билильды…

— Бритни!

— Хорошо, Дечио и Бритни — спроси Джермано.

— Ему нечем больше заняться?

— Моя соседка Ненелла, вон в том доме, занимается тем же самым, разница в одном. Как только она тебя заметит, так открывает балконную дверь, не успеешь убежать- заболтает до смерти. Так что невидимость Джермано- благо!

— А ты не знаешь, откуда он? — Николетта решила воспользоваться возможностью, ведь ведьма должна знать все!

— Никогда не интересовалась. Иди, поговори с ним. Только не кричи слишком громко. Он очень хрупкий, кажется, чуть повысишь голос и его унесет порывом воздуха. И кстати, он ни с кем не разговаривает, так что прихвати карандаш и бумагу.

— Он немой?

— Он разговаривает с медсестрой и ему достаточно. А волонтеру просто отдает записку.

Получив от Сирены карандаш и листок бумаги, Николетта отправилась к фитнес клубу. Слез и дурных мыслей как не бывало.

Оказавшись в нужном месте, женщина посмотрела на окно Джермано и не увидела никакого движения. Занавеска не шелохнулась. Она случайно перевела взгляд на зеркало, расположенное у дверей парфюмерной лавочки наискосок, вздрогнула и чуть не завопила на всю улицу. В зеркале отражалось размытое бесцветное лицо и два выпуклых черных глаза, чисто Голлум из фильма «Властелин колец», который Николетта пересматривала множество раз. Ужас какой! С этого момента ей будет чудится этот взгляд, куда бы она не пошла. Ну, хотя бы он отражается в зеркале!

Николетта вздохнула и после некоторого колебания нажала на звонок. Сирена не отправила бы ее в логово вампира, это не может быть опасным! Тишина. Она позвонила еще раз.

По другую сторону двери послышалось шарканье. Раздался щелчок и дверь отворилась медленно-медленно, наверное, по сантиметру в минуту! Из темноты материализовалось бледное лицо. Два глаза смотрели прямо на Николетту, выглядел этот человек… нет, разве он может быть человеком? Это живой мертвец!

— Я Николетта Денизи, живу в этой деревне и мне надо с вами поговорить.

Нежить — нет, никто не убедит Николетту, что это живой человек! — склонила голову, еще мгновение рассматривая ее, потом дверь начала также медленно закрываться.

— Ах, ты, — возмутилась Николетта и поставила ногу в щель, заблокировав дверь. — Мне нужно поговорить!

Стремительный бросок чего-то тонкого, показавшегося змеей — и острая боль. Николетта отпрыгнула и захромала. Удар трости по ноге оказался весьма болезненным.

Дверь захлопнулась.

— Он мог сломать мне ногу! Я позвоню карабинерам! Подам жалобу! — Пылала гневом Николетта в тепле локанды синьоры Сирены.

— Эта нога вторглась на его частную собственность, — хмыкнула Сирена. — Кто же гладит кошку против шерсти!

— Предупреждать надо!

— Так я предупредила, что он ни с кем не разговаривает.

Николетта взглянула на хозяйку локанды, как на сумасшедшую.

— И что ты предлагаешь?

В четыре часа дня, когда желтый свет фонарей на улицах и в окнах превратил деревню в оживший рождественский вертеп, Николетта и Сирена стояли у дверей синьора Джермано с коробкой миндальных пирожных в руках.

— Джермано довольно чувствителен к шуму, так что нам нужно быть максимально деликатными.

— Сначала надо попасть внутрь. Я подозреваю, что мы будем стоять здесь, пока не замерзнем, и нас не подберут случайные прохожие.

Но замок щелкнул и дверь отворилась, по-прежнему медленно. Глаза плыли в темноте, словно существовали отдельно от тела, Николетта, уже видевшая эту картину, снова вздрогнула. К такому зрелищу не привыкнешь.

Голова кивнула в знак приветствия. Сирена ответила улыбкой и таким же кивком. Николетта молча пряталась за спиной хозяйки локанды, помня ее предупреждение: не говори, не стучи, просто подражай мне.

Прошаркав по коридору, мужчина провел их в свою квартиру. Николетта узнала занавеску и окно. Как только они сели в удобные кресла в гостиной, как только глаза привыкли к почти полной темноте, она наконец смогла как следует разглядеть мужчину.

Вокруг глаз — какая неожиданность! — имелась голова, маленькая, балансирующая на тонкой шее и самом тощем теле, которое она когда-либо видела. Джермано был одет в пижаму и бархатный смокинг, такой, если верить фотографиям, надевал ее прадедушка на свою свадьбу лет сто назад. Между штанами пижамы и тапочками виднелся кусочек лодыжки и, как не разглядывала ее Николетта, так и не определила, было ли там что-то большее, чем кость скелета.