Чтение онлайн

Когда они дошли до своей улицы, то Нэнси увидела, что машина Джонатана уже припаркована снаружи. Он рвался в бой. И Нэнси прекрасно его понимала, ей так же хотелось разгадать новую тайну, как и ему.

– Отлично, вот и вы, – поприветствовал их Джонатан из-за кухонного стола, не успели они переступить порог.

– Ужин почти готов, милая, – сказала бабушка Нэнси, стоя у плиты, на которой что-то кипело. – В магазине все хорошо?

– Все прекрасно. – Нэнси решила, что нет смысла говорить ей о том фото в Интернете. Она была уверена, что Джонатан получил то же уведомление, что и Пенелопа – в конце концов, он же журналист, – и не хотела, чтобы ее бабушка из-за этого расстраивалась. Лучше притвориться, что она вообще ничего не видела, решила она. – Ладно, пойду переоденусь. Джонатан, покорми, пожалуйста, Чарли.

Нэнси поднялась наверх, надела льняные брюки и блузку, заколола волосы с одной стороны своего каре так, чтобы пряди не падали на лицо, и вернулась на кухню. Втроем они поели простой и вкусный ужин в виде лимонной пасты с курицей. После чего выпустили Чарли побегать в саду, а потом все вместе забились в машину Джонатана и направились в Даггерфорд.

Они опустили в машине окна и включили музыку погромче, чтобы создать атмосферу настоящего путешествия. Ведь стоял прекрасный летний вечер, и они ехали туда, где ни один из них еще не был.

Когда они прибыли в Даггерфорд, Джонатан бросил машину на стоянке паба, и они прошлись по главной площади, где еще располагались церковь, магазинчик, также работающий в качестве почты, пекарня и – с другой стороны от широкой лужайки – небольшой супермаркет, о котором им рассказывал мистер Пибоди.

– Он тут как бельмо на глазу, – прокомментировала Джейн, приподняв повыше свою соломенную шляпу, чтобы получше его разглядеть.

Они втроем уставились на магазин. Он действительно несколько выбивался из ряда домиков из котсуолдского камня и коттеджей с черепичными крышами, очень похожих на те, что были в их собственной деревне.

– Наверное, на его месте и находилась мясная лавка семьи Томаса Грина, – предположила Нэнси.

– Мы приехали раньше времени, до встречи писательского клуба еще далеко, – сказал Джонатан, взглянув на часы.

Нэнси вытащила телефон из своей тряпичной сумки:

– Если верить этому фанатскому сайту Томаса, он жил в одной улице от главной площади. Может, сходим и посмотрим, остался ли там кто-нибудь из членов семьи?

– У нас есть какая-то легенда? – спросила Джейн, когда они уже шагали в нужном направлении. Когда остальные вопросительно уставились на нее, она смущенно пояснила: – Ну, если мы станем интересоваться Томасом…

– Мы можем сказать, что мы организаторы фестиваля и будем представлять его на сцене. И это, в общем, правда, – заметила Нэнси. Она глянула на Джонатана. – Но они могут стушеваться, если узнают, что ты местный журналист.

– Да, большинство так и делает, – согласился он.

В этот день Джонатан надел летние шорты до колена, потому что было уж очень жарко, и Нэнси не могла не отметить, насколько у него мускулистые ноги, хотя и жутко бледные. Он, как и сама Нэнси, под открытыми лучами солнца сразу становился красным как рак.

– Давай следовать твоему сценарию, и посмотрим, что из этого выйдет, – беззаботно предложил Джонатан и, насвистывая, свернул вместе с ними на нужную улицу. – Да уж, совсем не похоже на особняк в Ричмонде [3] , где он живет сейчас, – заметил он, когда они увидели старый семейный дом Томаса Грина.

Он был втиснут между двумя зданиями побольше, прямо как сплющенная начинка в сэндвиче. Пройдя через узкие ворота и вверх по дорожке, пролегающей посреди коротко подстриженного газона, Нэнси постучалась в синюю дверь. Джейн и Джонатан встали немного поодаль.

– Да? – Из-за приоткрывшейся щелки на нее подозрительно смотрела пожилая женщина.

– Здравствуйте! – жизнерадостно поприветствовала ее Нэнси. – Вы миссис Грин?

– Да, – ответила она. – А вы кто?

– Меня зовут Нэнси Хантер, а это моя бабушка, Джейн, и наш друг, Джонатан. Мы организовываем летний фестиваль в Дэдли-Энде и хотели побольше узнать о Томасе Грине перед его завтрашним выступлением.

Мать Томаса нахмурилась:

– Я не даю интервью прессе.

От внимания Нэнси не ускользнуло, как Джонатан закатил глаза.

– Я буду представлять Томаса на сцене во время фестиваля, и я просто хотела получше познакомиться с местами, где он вырос, чтобы все сделать правильно. Сама я из Дэдли-Энда и никогда не думала о переезде, так что мне интересно, почему Томас решил оставить Даггерфорд. – Она дожидалась ответа, затаив дыхание.

Женщина приоткрыла дверь и вздохнула. Нэнси заметила некоторое сходство с Томасом – те же темные глаза и густые брови. Только у матери Томаса волосы уже поседели, а вокруг глаз появились морщинки.

– Я, как вы, тоже всю жизнь прожила в Даггерфорде. Наверное, мы можем с вами немножко поговорить. Хорошо, заходите. Я поставлю чайник.

– Замечательно! – с энтузиазмом подхватила Джейн.

Они переступили порог и оказались в крошечной гостиной. Нэнси обратила внимание на фотографии на каминной полке.

– У вас прекрасный дом, миссис Грин, – вежливо сказала она.

– Спасибо. Можете звать меня Рита. Я сделаю чай, присаживайтесь.

Она ушла на кухню. Джейн и Джонатан сели, оглядываясь, в небольшой уютной комнатке, а Нэнси принялась разглядывать фотографии. На всех снимках были два мальчика.

– Видимо, это брат Томаса, – тихо проговорила она.

Все снимки были детские, ни одного более позднего. Нэнси знала, что Томас Грин покинул Даггерфорд в двадцать лет, когда подписал свой первый контракт, но не знала, возвращался ли он когда-нибудь на самом деле. Он заявил, что старается часто видеться со своей семьей и друзьями, но подтверждающих это фотографий у Риты не было. Нэнси изучила книжные полки, но на них не было книг Томаса, что показалось ей странным. Нэнси была уверена, что, если она напишет книгу, ее бабушка забьет экземплярами весь дом и заставит всех в городе купить по одной. Она могла только представить, как бы ею гордился ее отец. Неужели семья Томаса ничего такого не чувствует? В этот момент Нэнси услышала шаги и поспешно уселась рядом со своей бабушкой.

– Ну, вот… О фестивале я слышала, да. Агент Томаса звонил мне по поводу него, – сказала Рита, внеся поднос и поставив его на столик. Она налила каждому по чашке чая, предложила сахар и сливки и уселась в кресло. – Хотел, чтобы я пришла и послушала, как он рассказывает о новой книге.

Нэнси приподняла бровь. Это противоречило заявлению Томаса, что он предпочел бы встретиться с семьей и друзьями в домашней обстановке.

– Но вы сомневаетесь?

Рита вздохнула:

– Да. Мы не общались с ним много лет.