Чтение онлайн

— Буду готов, товарищ полковник.

Вызов к генералу означал, что "замороженное" дело снова становится особо важным. Павел Дмитриевич достал из папки давно уже намеченные мероприятия и стал заново анализировать их, чтобы не упустить поставить вопросы, требующие участия самого главного милиционера области.

… После первого допроса Хватова — Квасова Караваев ещё не раз вызывал его для обстоятельного разговора. Именно разговора, так как предъявлять ему официальное обвинение пока не предполагал. И, хотя это не соответствовало правилам, Квасов хорошо понял ситуацию и обещал никаких претензий не высказывать. Информацию для пресс-центра Караваев сочинил сам. Когда Квасов (в документах Павел Дмитриевич решил использовать эту фамилию) сообразил о возможности попасть в соответчики по делу об убийстве, он выбрал меньшее зло и подробно рассказал всё, что знал. Сложив эти показания Квасова с рассказом Панкратова, собственными наблюдениями во время "рыбацкого отпуска", разговорами с Ларионовым, Караваев пришёл к выводам, которые и готовился доложить начальнику областного УВД.

В главном кабинете Управления Караваев за недолгое своё служение во "внутренних делах" был впервые. В момент перехода его на новую работу, начальник управления был в отъезде и представлялся подполковник Караваев заместителю начальника УВД.

Кабинет генерала был обширен, с высокими потолками, с тоже высокими стрельчатыми окнами. Хотя рисунок оконных переплётов, как и в его "Александровке" имел мелкое членение, но размеры кабинета и обилие света не позволяли возникнуть впечатлению о решётках. Стены кабинета на высоту выше человеческого роста были облицованы светлым деревом, а за карнизом, окаймляющим панель, угадывались светильники. Паркетный пол в значительной части был покрыт ковром с традиционными туркменскими орнаментами. На стене за креслом генерала висел большой и, как показалось Караваеву, не очень удачный портрет Президента.

Генерал вышел из-за стола, в середине кабинета поздоровался за руку с Караваевым и его начальником, пригласил их к приставному столу.

— Докладывайте, товарищ подполковник, — генерал жестом усадил вставшего Караваева. Ваш начальник сообщил, что есть подвижки в том неприятном деле на побережье. Отметил вашу догадку о возможности заграничного следа. Что ж, настойчивость — важное качество сыщика. — Генерал улыбнулся, — он поведал мне, как вы отпуск свой провели… Ну, ладно, докладывайте.

— Результаты, товарищ генерал, пока предположительные. Однако, есть уверенность, что убийство семьи фермера — заказное преступление. Что в нём сложились интересы официальной структуры — совместного предприятия "Морбер" и некого частного лица или группы лиц. Что названное СП пытается вести противозаконные спекуляции в нашей Курортной зоне, — об этом я подготовил служебную записку для рассмотрения в других подразделениях нашего Управления, — а предполагаемое лицо заинтересовано в одном или нескольких конкретных участках. Задержанный Квасов и доктор технических наук Панкратов указывают на особую заинтересованность в участке Сосняка некого Хартса, который выступал одним из учредителей и "Морбера" и входящей в его состав фирмы "Ига аси плюс"…

— Что означает это название, вы не уточнили Павел Дмитриевич?

— Уточнил, товарищ генерал. Это означает "разные вещи" или "всякая всячина", — я видел подобное название фирмы в нашем городе. Нет, нет эта наша фирма к делам "Ига аси плюс" отношения не имеет. В нашем городе с ними сотрудничает, точнее, имеет их акции, фирма "Нью-Балтикон". Но, по нашему мнению, этот гигант экономики — чистая крыша. Его используют для легализации поездок в нашу область ещё одного персонажа — господина Эльнорда.

Роль этого человека пока не ясна. В делах СП "Морбер" он не участвует, ни в фирме "Ига аси плюс", ни в его "маме" официального поста не занимает. Но бывает там часто, держится по-хозяйски. Это даёт основание предположить, что Эльнорд — представляет то самое особо заинтересованное лицо.

— Может быть, само лицо?

— Нет, товарищ генерал. Для этого он мелковат. Не ростом, — улыбнулся Караваев. Как раз ростом не мал.

— Продолжайте. Меня зовут Аркадием Петровичем, подполковник.

— Удалось узнать, что официально этот человек числится консультантом в общественной организации "Воссоединение". Кстати, упомянутый мною Хартс эту организацию возглавляет.

Самое сложное, Аркадий Петрович, мы не знаем, чем им приглянулся этот участок. Не видим пока мотива таких жестоких действий. Общее мнение специалистов, с которыми мы советовались, что единственная ценность побережья (если, конечно не говорить о его курортной значимости), — это янтарь. Но, по данным геологов, янтаря там не больше, чем на многих других участках. Как говорят, не промышленная концентрация.

— Да, без ясного мотива к ним не подступиться.

— Да и с мотивом, товарищ генерал, — вступил в разговор начальник Угрозыска, — нужны очень веские доказательства. Иначе они в своей суверенной республике для нас недоступны. Я был неправ, когда усомнился в доводах подполковника Караваева. Вероятно, эта "Ига аси" с плюсом или без него как-то причастна к убийству, но что мы можем сделать в этой ситуации?

— Послушаем, что предлагает ведущий розыск?

— Их нужно спровоцировать на активность. Прежде всего, сообщить в печати, что в будущем году планируется новая разведка на янтарь и среди мест поиска назвать этот участок. Сообщить также, что наследники Сосняка не объявились и, если они не появятся через два месяца, участок будет возвращён в муниципальную собственность. В-третьих, опубликовать интервью с доктором наук Панкратовым о проблемах укрепления наших берегов, — этот участок он назовёт обязательно, это входит в его концепцию. В-четвёртых, тоже опубликовать фрагмент генерального плана Курортного района с пояснениями Главного архитектора области или авторов проекта о значимости генплана, и тоже привлечь внимание к данному району. Всё это нужно сделать аккуратно, чтобы не переборщить, но намекнуть заинтересованным лицам, что времени у них не много. Всё это, Аркадий Петрович, без вашей помощи не сделать. И второе направление работы, это, видимо, мы сами организуем. Нужно проверить все здания, где недавно побывал Эльнорд. Побывать во всех этих зданиях с его фотороботом, уточнить в каких организациях и какие вопросы он затрагивал. Не ждут ли его снова? Здесь нужна хорошая легенда, чтобы не насторожить его возможных вольных или невольных соучастников. Если, конечно, таковые есть, а его поездки не носят банального характера.

От генерала Караваев ушёл с чувством реальной возможности успеха своего поиска. Прощаясь, генерал спросил, не собираются ли они присвоить своей операции кодовое название "Рыбалка"? Посмеявшись, Караваев отказался. Он побаивался репортёров и не хотел, чтобы кто-нибудь вспомнил о "той" заметке.

К концу сентября погода приняла выраженный осенний характер. После равноденствия начались дожди. Серые, почти чёрные облака быстро неслись по небу, сталкивались, образовывали причудливые рисунки — каких-то животных, контуры "географических карт", иногда чьи-то почти знакомые силуэты…. Но было ещё совсем тепло и, когда в их редких разрывах появлялся клочок голубого неба, когда в этих просветах ослепительно сверкали лучи солнца, казалось, что вот-вот налетит порыв ветра, разгонит эту серую хмарь и вернётся такое совсем не далёкое лето. Однако осень наступила.

В Управлении архитектуры жизнь шла своим чередом.

Генеральный план Приморского курортного района был утверждён, правда, в качестве проекта "функциональной рекреационной зоны". Административный суверенитет руководителей прибрежных муниципалий укоротить пока не удалось, — Федеральный Закон об особо ценных охраняемых территориях был сформулирован так невнятно, что и собственное постановление администрации, которое готовили в Управлении, пришлось оснастить по требованию юристов кучей условий и оговорок. Короче, — удовлетворения от сделанной работы не было.

О трагедии фермера Сосняка, практически, забыли. Тем более, — кровавые происшествия в области редкостью не были. То "табачные короли" среди белого дня расправлялись друг с другом на окраинном стадионе, то совсем рядом с областным УВД застрелили удачливого бизнесмена, то одурманенный наркотиками водитель шикарной автомашины выстрелами в упор расквитался с посмевшим не уступить ему дорогу другим водителем и его пассажирами…

Караваев позвонил Ларионову, в тот момент, когда В.Н. с Кириллом и Зеленцовым обсуждали только что полученную из "Морбера" записку о намерениях СП. Подписанная обоими со-руководителями СП Стукалисом и Панкратовым, она содержала перечень наиболее важных объектов на территории Функциональной зоны, в освоение которых "Морбер" готов был вложить средства. Разумеется на условиях, подлежащих обсуждению после принципиального согласия областных властей. Длительная пауза между визитом "менеджера" Квасова и получением этого документа, — прошло более полугода, — вызвало некоторое удивление, но в общем-то была в порядке вещей.