Чтение онлайн

– Я думаю, что все это совершенно неинтересно. – При этом на лице ее было написано учтивое удивление: как он умен, если сумел все это придумать, надо же.

– Так-так-так, – пробормотал Роджер, брюзгливо отказываясь от лестной роли Сократа. – Значит, вы полагаете, что все это чепуха?

– Конечно нет.

– Следовательно, вы думаете, во всем этом есть свой смысл?

– О, без сомнения. – Не требовалось музыкальною слуха, чтобы уловить: именно сомнение является доминантой тона мисс Барнетт.

– Послушайте, – в отчаянии сказал Роджер, – что вы на самом-то деле думаете?

Мисс Барнетт скосила глаза на кончик своего прелестного носика:

– Боюсь, мистер Шерингэм, что я вообще ничего об этом не думаю. Я всегда беру за правило не включаться в содержание того материала, который печатаю. Это для того, чтобы не возникал интерес, а то моя скорость снижается.

– Не хотите ли вы сказать, – уставился на нее Роджер, – что все это напечатали, а о чем речь, не знаете?

– Я была бы очень признательна, если бы вы сочли возможным рассказать мне об этом, – чопорно произнесла мисс Барнетт. – Если, разумеется, вы не считаете, что нам надо продолжать ваш рассказ.

Роджер не мог отвести от нее глаз.

– Вы хотите сказать, – обрел он наконец дар слова, – что принадлежите к тем безмозглым машинисткам, которые копируют текст, совершенно не вникая в его смысл, и в результате совершают самые невообразимые ошибки? Ибо если вы хотите это мне внушить, то я вам не поверю.

У мисс Барнетт хватило совести слегка покраснеть.

– Вы совершенно правы, мистер Шерингэм, – сказала она спокойно, – это была уловка. Разумеется, я поняла, о чем ваша рукопись. Я просто старалась дать вам понять, будучи, так сказать, заинтересованной стороной, что предпочла бы не обсуждать с вами смерть моей тети.

Это был самый настоящий нагоняй, и Роджер взвился, будто его пришпорили:

– Тем более вам следовало бы желать, чтобы истина была обнаружена! По крайней мере, я так себе представляю, – прибавил он совсем по-детски.

Его секретарша хранила учтивый нейтралитет.

– Отчего же? Дело это значит для меня не больше, чем если бы речь шла о ком-нибудь постороннем. Я свою тетушку не знала совсем, не испытывала к ней никаких родственных чувств и сейчас их не испытываю. Я не собираюсь принимать деньги, которые безо всякого усилия с моей стороны достанутся мне после ее смерти, и хотела бы предоставить все заботы, связанные с расследованием, Скотленд-Ярду – учреждению, которое я нахожу достаточно для этого компетентным. Если вы хотели добиться от меня откровенности, то теперь я удовлетворила ваше желание, вы не находите?

– Не нахожу, – Роджер был раздражен. – Сначала вы заявили, что как сторона заинтересованная не желаете обсуждать дело, а затем, что как сторона незаинтересованная не желаете выяснять подлинные его обстоятельства. Чем вы являетесь, мисс Барнетт, и что именно вы хотели сказать? – Пламя сражения полыхало на физиономии Роджера. Мисс Барнетт больше не представляла собой объекта невольного восхищения. Она являла собой препятствие на тропе, ведущей к Истине, и, как с таковым, с ней следовало обходиться не теряя твердости.

Мисс Барнетт и сама поняла, что хватка ей изменяет.

– Я не вполне понимаю, мистер Шерингэм, какое право вы имеете разговаривать со мной в подобном тоне, – произнесла она уже не столь спокойно и не столь убежденно, как прежде.

– Сейчас я вам это скажу, – улыбнулся Роджер. – Нет У меня никакого права. Абсолютно никакого. Но я буду продолжать в таком тоне, если вы не прекратите идиотские попытки удержать меня, когда я иду по следу. А теперь безо всяких экивоков и прочего: что вы думаете о моей версии по поводу смерти вашей тетки?

– Ну, если вы настаиваете… – В голосе мисс Барнетт был яд. – Я полагаю, вы делаете из мухи слона.

– Из мухи?!– Роджер впервые слышал, чтобы эту пословицу относили к убийству.

– Я неудачно выразилась, – быстро поправила себя секретарша. – Ясно, что я имею в виду. Я хотела сказать, что вы слишком уж усложняете элементарное дело.

– Значит, вы со мной не согласны?

– Нет.

– И доказательства, собранные мной, вас не убеждают?

– Нет.

– Вот как?

Они поедали друг друга глазами.

– Вы считаете, это сделал Кембервильский Малыш?

– Безусловно.

– Понятно.

Роджер был огорчен. Мисс Барнетт, оказывается, совсем не так умна, как он думал.

Зазвонил телефон. Мисс Барнетт схватила трубку прежде, чем Роджер успел протянуть руку.

– Да. Нет. Это секретарша мистера Шерингэма. Нет, я не уверена, что он дома. Подождите, пожалуйста, я узнаю. – Она прикрыла микрофон ладошкой. Старший инспектор Морсби. Будете разговаривать?

– Буду, – сказал Роджер, хватая трубку. – Хелло, Морсби. Что скажете?

– Это вы, мистер Шерингэм? У меня новостишка для вас.

– Неужели нашли Кембервильского Малыша? – весело осведомился Роджер.

– Не совсем. Скорее это он нас нашел. Пять минут назад явился сюда спокойный и невозмутимый. Слышал, видите ли, что мы о нем наводим справки, и, не имея на совести ни пятнышка, пришел узнать, что происходит. Словом, времени у него состряпать небылицу в лицах было полно, он и явился пускать нам пыль в глаза!

Новость так поразила Роджера, что он пропустил мимо ушей этот поток слов, который наверняка заставил бы поморщиться его секретаршу.

– Ну! Это просто замечательно, Морсби.

– Да, они часто морочат нам голову и пускают пыль в глаза. Думают, нас легко взять на пушку. Хотя нельзя не признать, что Малыш похитрей прочих. В общем, я подумал, что раз уж вы видели самое начало дела, вам будет интересно узнать, чем оно закончится. Я тут с полчасика подержу Малыша, чтоб он слегка поостыл, так что, если хотите, можете заскочить и поприсутствовать на допросе. Это, конечно, непорядок, но вы так часто с нами работаете, что уже стали своим.