Чтение онлайн

Боже милостивый, неужели это то, что другие исполнители чувствовали на сцене каждый вечер? Неужели это то, чего мне не хватало?

Все еще в шелках, я поклонилась, получая извращенное удовольствие от пылающего взгляда Сефера. Он не хлопал. Его когти впились в подлокотники трона.

Я выиграла.

Дрогнув челюстью, он поднялся.

Аплодисменты стихли.

Очень тихо, не сводя с меня глаз, он сказал:

— Убирайтесь.

ГЛАВА 34

Я сохраняла позу, отказываясь прикрываться, даже несмотря на то, что мои мышцы напряглись.

Он хотел, чтобы я выступала обнаженной, и это было именно то, что я сделала.

Как только театр опустел, он вышел на сцену, пристально глядя на меня, как тогда, когда охотился за мной.

— Ты сделала это намеренно. — Он скользнул взглядом по моему телу. Каждый его мускул напрягся, как будто он боролся с глубокой и ужасной яростью.

Это только заставило меня улыбнуться еще больше.

— Я просто сделала, как ты приказал.

Он выдохнул с рычанием, сокращая расстояние между нами. Он схватил меня за щеки и притянул мое лицо к своему.

— Ты… — Его челюсть дернулась, как будто он не знал, как закончить предложение.

— Ты заставил меня выступать обнаженной, Сефер. Что я и сделала. Ты получил именно то, что хотел.

— Неистовая… Упрямая… Гребаная ведьма. Я собираюсь… — Его дыхание участилось, когда он уставился на меня.

Я наслаждалась его раздувшимися ноздрями, жесткой хваткой, вжимающейся в мои щеки, широкими, очень широкими зрачками. Это в равной степени подогревало мою радость и гнев.

— Ты думал, что сможешь сломить меня, Сефер. Что ж, тебе чертовски не повезло. Ты выбрал не ту женщину. — Насколько я могла в его объятиях, я вздернула подбородок.

Затем он поцеловал меня.

Жесткий. Грубый. Зверский. Столкновение губ, зубов и языков. Скорее битва за доминирование, чем что-либо романтическое. Его хватка скользнула по моему горлу, но я бы не сдвинулась с места, даже если бы он отпустил меня.

Не тогда, когда эта битва была биением в моих костях, песней в моей душе.

Я прикусила его губу, достаточно сильно, чтобы ощутить железный привкус его крови, и он укусил в ответ, заставив меня взвыть от болезненного наслаждения.

Он попробовал меня на вкус, разорвал на части, озарив меня сиянием ненависти.

В какой-то момент он отпустил мое горло, и я воспользовалась возможностью, чтобы прижаться к нему, жаждая большего этого взаимного опустошения.

Слишком поглощенная поцелуем, я не поняла, что он делал что-то еще своими руками, пока он не отстранился на дюйм, хищно оскалив клыки. Его грудь вздымалась, когда он смотрел на мои запястья и колени и узлы, которые он завязал.

Я потянула. Они не сдвинулись с места.

— Ты, блядь…

Затем его глупый, ухмыляющийся рот снова оказался на моем.

Я взяла его, открылась ему, захныкала в него, когда он просунул руку между нами и провел пальцами по моему центру.

— Уже такая влажная, — пробормотал он мне в губы. — Я думаю, тебе слишком понравилось это представление, маленькая птичка. Такая извращенная. Мне это нравится. — Он рассмеялся и запустил другую руку в мои волосы, используя ее, чтобы выгнуть мое тело назад.

— Ты думаешь, мне стыдно? Ты ожидал, что я отступлю? — Я рассмеялась в ответ, когда он поцеловал и укусил мне горло и плечо.

Он потянул за ошейник, как бы напоминая мне об этом, но в остальном ничего не ответил и вместо этого его рот занялся моими сиськами.

Между этим и его поглаживающими пальцами мое сердце бешено забилось, а дыхание участилось, с каждым мгновением все быстрее и тяжелее.

— Бедный принц, — фыркнула я, способная смотреть только на хаотичное нагромождение подиумов наверху, благодаря его непреклонной хватке. — Не может заставить подчиниться даже жалкого человечка.

Все еще обхватывая губами мой сосок, он промурлыкал что-то, что было наполовину стоном, наполовину развлечением. Вибрация разлилась по моим венам, пронзая удовольствие в самом центре.

Он дернул меня за волосы, так что я посмотрела на него.

— В тебе нет ничего жалкого, вероломная ведьма. — Его нос сморщился в рычании, когда он ткнул в меня пальцем.

Мой крик затерялся в открытом пространстве театра, когда он толкнулся раз, другой, добавил еще один палец, провел большим пальцем по моему клитору и так быстро заставил меня кончить.

Я устремилась в небытие, разбивая вдребезги мерцающее осознание.

Даже когда я плыла обратно вниз, я ненавидела то, что для него это было так легко. Я ненавидела то, что моя ненависть к нему переросла в желание. Я ненавидела его и любила это.

— Ты так легко приходила для своего друга-человека, Зита? — Он усмехнулся, извращенная радость скользнула по его глазам, как расплавленное золото, льющееся из их глубины. — Или это только я могу так быстро раскалить тебя?

— Спрашиваешь о моих бывших любовниках? Осторожнее, принц, ты начинаешь казаться одержимым.

Он вздрогнул, на мгновение его глаза расширились, он был беззащитен. Затем он оскалил зубы и прорычал:

— Пошла ты.

Я улыбнулась в ответ, радуясь победе, заставив его использовать такой слабый ответный удар. Он знал, что я сказала правду. И, будучи фейри, он не мог этого отрицать.

— Трахни меня? — Я выгнула бровь. — Ты продолжаешь это говорить, и все же…

Если бы мои запястья не были связаны, я бы уже сорвала с него одежду. Вместо этого я вцепилась в шелк, желая, чтобы это было его горло, его волосы, его рубашка.

Связанная, я была беспомощна, чтобы прижаться к нему, но это не означало, что я не могла манипулировать им, чтобы он делал то, чего требовала моя горящая плоть.

С невинной улыбкой я захлопала ресницами.

— Жаль, что ты слишком труслив, чтобы довести дело до конца, не так ли?

Его хватка на моих волосах ослабла, откидывая мою голову назад.

— Трус, да? Ты уже второй раз называешь меня так. — Его голос грохотал во мне, низкий, темный и злобный. — Я заставлю тебя пожалеть об этом.